Мне сорок лет, и дважды я была на грани замужества. Не потому, что не любила а потому, что оба раза поняла: выйти замуж значит утратить часть самой себя.
Я работаю адвокатом по международному праву. Моя жизнь это аэропорты, гостиницы, онлайн-заседания, встречи с клиентами в разных странах. Много лет мне потребовалось, чтобы достичь стабильности: я работала по четырнадцать часов в сутки, училась на ходу, дремала на скамейках в терминалах, отменяла отпуска. У меня не было поддержки богатых родителей всё, что у меня есть, я построила сама.
Первого жениха я встретила в тридцать четыре года. Его звали Андрей Павлов, он был хирургом, уже состоялся в Киеве, имел свою клинику, устоявшийся распорядок. Сначала всё было новым и захватывающим: ночные разговоры, поездки по выходным, планы видеться каждый месяц.
Через восемь месяцев он сделал предложение в дорогом ресторане. Он вынул кольцо при всех гостях. Я сказала «да», расплакалась, обняла его и позвонила маме той же ночью. Но потом наступила реальность: «Когда ты переедешь сюда», «Когда перестанешь летать по миру», «Когда найдёшь более спокойную работу». Он никогда не спросил, хочу ли я поменять свой город. Считалось само собой, что мне придётся подстроиться под его жизнь.
Однажды вечером, в его киевской квартире, пока Андрей проверял расписание операций, я сидела на диване и смотрела свой календарь, заполненный перелётами и встречами. Я ясно поняла: выйду замуж, и меня станут знать как «жена доктора», а не как женщину, построившую свой путь сама. Через два месяца я вернула ему кольцо. Мы оба плакали. Было больно, но я ни о чём не жалею.
Второй случай был другим. Я познакомилась с Игорем Назаровым в тридцать семь лет, буквально в аэропорту Борисполь. Он был пилотом, работал в гражданской авиации. Наше знакомство началось с разговора о задержанном рейсе и закончилось ужином в Харькове. Игорь был внимательным, остроумным, путешествовал, как и я. Спустя год он сделал мне предложение. Уже не в шикарном ресторане а в гостиничном номере после длинного рейса. Я согласилась, потому что впервые почувствовала: кто-то понимает мой ритм жизни.
Но появились тревожные мелочи: перепады настроения, отключённые телефоны, удалённые сообщения, оправдания полётов, которые не совпадали с расписанием компании. Однажды мне написала женщина с неизвестного номера намекнула детали, которые мог знать только близкий человек. Я не имела юридических доказательств или фотографий, но стала складывать факты его постоянные отлучки, мелкие лжи, уклончивые ответы.
Однажды вечером, в своей одесской квартире, я спросила его в лоб. Игорь всё отрицал, смотрел мне в глаза и клялся, что я всё выдумала. В ту же ночь я решила без скандалов и сцен разорвала помолвку. Сказала прямо: я не могу выйти замуж за человека, которому больше не верю.
Сейчас мне сорок. Я осознаю, что биологически не лучший момент для рождения детей. Но не живу тревогой. У меня работа, привычный темп, путешествия, собственный дом и вечера в тишине. Я не ощущаю пустоты. Я цельная.
Иногда меня спрашивают: «Жалеешь ли ты, что не вышла замуж?» Я всегда отвечаю одно: я бы жалела, если бы согласилась на компромисс или предательство.
Что будет дальше не знаю. Но я спокойна: каждый человек достоин честной и уважительной жизни, в которой он не теряет себя ради чужих ожиданий.
