Мы обсудили всё до мелочей и вдруг решили поселиться вместе. Ну а почему бы и нет? Посмотри, какие плюсы мы нашли в этой странной затее:
Мы обе одиноки. В шестьдесят лет найти мужчину далеко не так просто, а если вдруг повезёт, вопрос с квартирой решается легко. Дети и внуки живут где-то далеко, в Харькове и во Львове, и только рады: бабушки не скучают. Когда мы были совсем молоды, снимали одно жильё на двоих в Киеве. У меня тогда была маленькая дочь, но, несмотря на трудные характеры, мы как-то уживались. Мы никогда не скучали. Вместе мы пылесосили, готовили ужин с борщом и пирогами, составляли культурную программу: ни минуты дома не сидели.
Финансовая стабильность. Траты пополам, доходы от сдачи свободной квартиры в гривнах. Сплошная выгода! Забота и поддержка. Если кто-то заболеет помощь круглосуточно.
В общем, мы увидели сплошные плюсы в таком совместном проживании!
Но сон вдруг оказался совсем другим.
Первый спор завладело пространством обе хотели остаться на своей территории, а доводы у каждой были прочнее чугунного моста в Одессе. Я уже почти согласилась уступить, но ругалась для вида чтобы подруга не думала, будто мне всё равно.
Вторая ссора накрыла нас ворохом вещей. Я в итоге согласилась переехать, стала паковать чемоданы, а подруга вдруг начала ворчать мол, вещей у меня уж больно много, а девать их некуда. Оставить всё в квартире нельзя, а кто его знает какие там жильцы у нас будут…
Разрешили дилемму грустно: сняли гараж под друзьями из Житомира, увезли туда половину кастрюль, стопки книг, какой-то хрусталь. Квартиру сдали, квартиросъёмщики нашлись быстро и тут началось самое интересное. Я всё время ощущала себя непрошеной гостьей, как будто шаг не так, взгляд не так, полотенце не туда. Со временем мысли улетучились сквозь дырявое окно сна.
Оказалось, совместная жизнь совсем не радужна никакого равноправия. Все тряпки и порошки хранятся только там, где привыкла она, а я мечусь по углам, слушаю всюду её распоряжения хозяйка же! Даже еда у нас разная: она любит соленья и котлетки, а я всё ещё тоскую по селёдке под шубой, но молчу, доверившись её вкусу. Время прошло, я забыла свои привычки и вкусы; они растворились, как дым над Днепром.
Выяснилось, что я ужасно чутко сплю, а подруга привыкла засыпать под работу телевизора, где гремят вечные новости. Уберу звук она сердится, а мне ни беруши, ни подушки уже не помощники всё гремит у меня в голове.
Постепенно минусы стали затмевать плюсы. Мы пытались не ссориться, даже находили компромиссы иногда казалось, что мы обе давно уже превратились в комичный дуэт старушек с картины Малевича. Но вот однажды я почувствовала, что подруга начинает раздражаться просто при виде меня. Мне казалось, будто я исполняю все её мелкие требования, но что-то тайно её бесит.
Потом она перестала со мной разговаривать день, другой, неделя… Я хваталась за голову, мучилась догадками, чем могла её обидеть, прокручивала ночами чужие диалоги: всё кружится, всё падает. В какой-то момент не выдержала и просто разрыдалась у неё на глазах. Она тоже заплакала сказала, что и сама не понимает, что её так злит. Тогда я поняла: люди созданы жить каждый в своём доме, со своими замысловатыми правилами и жестяными чайниками из советского детства. Иногда лучше чаще видеться, чем жить бок о бок.
Мы разорвали договор с арендаторами, а отношения сразу расправились и будто зазвучали новой, лёгкой песней.
