Моему сыну тридцать лет. Вчера он приехал домой около восьми вечера, таща за собой два больших чемодана по тротуару, будто вернулся из долгой поездки или даже эмиграции. Как только он переступил порог, даже не поздоровавшись, сразу заявил, что ему нужно немного «пожить» у меня мол, больше нет сил терпеть эту жизнь «там, за окном».
Когда я спросил, что случилось, сын признался: с работы ушёл без предупреждения, всё бросил, устал от постоянного давления и не хочет никуда возвращаться. А хуже всего было услышать, что он продал и свою машину «чтобы ничто не держало». Говорил об этом с какой-то странной гордостью, будто это самое правильное решение в его жизни. Я был в шоке: ведь он копил на эту машину и работал ради неё не один год.
Я поинтересовался, где он собирается жить, пока снова не встанет на ноги. Сын ответил, что, конечно же, у меня «как раньше», что ему нужна передышка и что только тут он чувствует себя в безопасности. Я даже засмеялся, подумав, что он шутит, но лицо у него было очень серьёзное. Стало ясно: он хочет обратно в свою прежнюю комнату ту самую, из которой уехал двадцати лет, словно с тех пор ничего не изменилось.
Когда он поднялся наверх и увидел, что его старой комнаты уже нет теперь там моё рабочее место, сильно огорчился. Сказал, что я должен был предугадать, что он когда-нибудь обязательно вернётся, и что нужно было оставить комнату «на всякий случай». Я стал объяснять: я уже много лет живу один, весь уклад подстроен под меня, и нельзя прийти вот так внезапно и вести себя будто ничего не произошло. Сын обиделся, будто я его выгоняю.
В тот же вечер он начал строить из себя подростка пятнадцати лет: разбросал одежду по полу в зале, шарил по холодильнику, просил подогреть ему еду, а ещё поинтересовался, не одолжу ли ему немного гривен на пару дней. Я смотрел и не мог понять в какой момент этот взрослый мужчина решил отказаться от всего и вновь стать зависимым.
На следующее утро я встал пораньше, а он всё ещё спал, не убрав ни одной вещи после вчерашнего. Чемоданы до сих пор стояли посредине комнаты, грязные вещи были раскиданы по дивану и по полу, чашки и тарелки в раковине. Когда разбудил его, чтобы поговорить, он разозлился: мол, «для этого и нужен дом родителей», что он сюда пришёл отдыхать, а я только всё драматизирую.
Я твёрдо сказал, что он может остаться ненадолго, но вести себя как безответственный подросток нельзя. Тогда он, ворча и сетуя, что его никто не понимает, вновь схватил чемоданы и вышел, пообещав, что сам всё устроит.
И пусть мне было горько смотреть на это, я позволил ему уйти. Одно дело поддерживать своего ребёнка, но совсем другое тащить на себе взрослого человека, который не хочет нести ответственность за свою жизнь.
Правильно ли я поступил или ошибся?
Анонимная история читателя.
