Слушай, хочу рассказать тебе про своих родителей. Мама у меня была такая красивая Ну, говорю «была», потому что полгода назад её не стало ушла всего через две недели после папы. И хотя им обоим уже было больше восьмидесяти, у меня всё равно ощущение, будто прожили мало, ведь это же мои мама с папой.
Мама у меня, правда, красавица была, я это даже как сын, но в то же время как мужчина понимал. И папа тоже часто мне об этом напоминал. Даже когда мама злилась на меня из-за учёбы или какой-нибудь ерунды, он приходил ко мне, садился рядом оба ладони между колен, вздыхал тяжело и говорил:
Ладно, Игорёк, не держи зла на маму Ну поругала, ну наорала, мы с тобой ведь тоже ещё те кадры, а она у нас девочка Нам обоим она нужна как кислород. Сходил бы к ней, у мамы прощения попросил.
А у меня, бывало, уже язык чешется возмутиться, покипеть, на папу рявкнуть. А он, будто заранее знал, сразу ладонь ко мне вытягивает, как бы рот мне закрывает:
И не вздумай мне говорить ничего плохого о моей жене!
И я сразу сдувался, молчал. Потому что очень любил папу. И маму тоже. Ну, правда, очень.
А эта любовь, наверное, потому что я знал, как у них всё началось. И папа, и мама мне по секрету, только каждый не знал, что другой тоже рассказывал.
Мама тогда училась ещё в МГУ, на первом курсе. И вроде бы замуж собралась за какого-то Аркадия. Однажды этот Аркадий пришёл на свидание с другом Валерой, который только приехал в Москву. Вот они втроём и провели вечер: гуляли по парку Горького, потом папа, креативный как всегда, затащил всех смотреть открытый летний кинотеатр, на крышу беседки, чтоб за билеты не платить. Эту идею, конечно, папа придумал, Аркадий бы в жизни не додумался.
Аркадий весь вечер что-то говорил, шутил, стихи читал, строил планы с мамой о совместной жизни после выпуска. А папа сидел, молчал, только внимательно слушал и сопел, как мама потом со смехом рассказывала.
В конце вечера, когда уже расходились, папа взял маму за руку у него такие сильные, горячие руки были и говорит:
Лиза! Не нужен он тебе. Замуж выйдешь за меня.
Мама прямо растерялась, спрашивает:
А когда?
Папа, без раздумий:
Завтра.
И добавляет, окончательно смутив маму и Аркадия заодно:
У нас сын будет. Мы его очень полюбим. А через него друг друга ещё больше. Назовём его Игорём в честь великого князя.
Мама по-русски так ответила:
Ну ладно!
И вот папа с мамой поженились. А Аркадий свидетелем на свадьбе был.
Потом они оба окончили МГУ, поехали работать по распределению в Якутию, георазведку осваивать (оба по профессии стали геологами). Там и дали им комнату, да не комнату даже, а бывшую кладовку при клубе, которую начальник «выбил» для молодых спецов. Вот так и началась их семейная жизнь.
Вскоре у них появился я, Игорь. Они оба меня любили “сильно-пресильно”, как папа обещал маме. Папа даже старую лошадь Федосьевну у местных попросил, чтобы забрать нас с мамой из роддома. Приезжаем, а у порога клуба стоит Аркадий с цинковой детской ванночкой на плече по большому блату достал.
Эта ванночка стала мне и умывальником, и первой кроваткой. Мама клала внутрь пуховую подушку её бабушка ещё подарила застилала простынкой, и я там спал. Когда купать надо было подушку убирали, а я плескался, как князь. Папа даже с работы бегом мчался это был его принципиальный момент: сына купал не реже мамы. Держал аккуратно голову, мама мыла маленькое «княжеское» тело.
В князья, конечно, я не попал, но геологом благодаря родителям стал вполне приличным. А забавно, что и жену себе нашёл Дашу, тоже геолога, мы вместе работали после моего университета. Мама Дашу сразу обожать начала, и папа тоже её полюбил. Когда они к нам или мы к ним приезжали, мы с папой на кухню выходили, он курил свою трубку, смотрел в окно и говорил:
Вот знаешь, Игорь, дважды мне повезло: когда с Лизой познакомился, и когда ты на Даше женился. Береги её она ведь, как и мама, девочка.
Папа умер неожиданно ночью. Мама сразу почувствовала проснулась и всё поняла После этого она будто вмиг стала старенькая, начала забывать многое. Даже что папы уже нет забывала иногда. Когда мы забрали её к себе, всё сидела у окна, ждала папу с работы. И до своего последнего дня всё готовила наши любимые котлетки, “как Валерочка любит”
Вот как-то так. Мои родители.
