Я была ещё совсем молодой, когда встретила этого мерзавца. Он был как будто из сказки одаривал меня славословиями, заботился и окружал теплом, словно идеальный мужчина из старого фильма. Но, едва получив желаемое, он исчез, растворился как дым будто бы его и не было вовсе на этих улицах Киева. Я пережила потрясение от разрыва, медленно скатываясь в беспомощность, совершенно не подозревая, какие последствия повлечёт за собой эта встреча.
История приобрела странное продолжение: внезапно я обнаружила, что жду ребёнка. В начале я решила держать эту тайну от мамы, не впускать её в мою солнечную или, скорее, сумеречную комнату. Но живот уже становился заметен; четыре месяца это не просто ускользающая тень, которую можно спрятать под пальто. Пришлось вырезать на душе это признание и признаться маме. Она превратилась в гром и молнию и сразу же позвонила отцу. От него я услышала только упрёки, а от мамы только желчные слова: «Лучше бы я тебя никогда не рожала».
В страхе опозорить всю нашу улицу, родители стали давить на меня, убеждая избавиться от малыша, несмотря на угрозу для моего здоровья. Я нехотя согласилась, и потом многие ночи провяла, рыдая в подушку, как если бы предала не только ребёнка, а и себя. До сих пор мечусь в своих снах, выпрашивая прощения у Бога за содеянное. Жизнь словно остановилась и застыла в стеклянном аквариуме. Иногда мне казалось, что даже физическая смерть была бы облегчением, раз уж для моей души настал такой конец.
Родители были бесчувственными будто бы камни, единственное, что их волновало, была репутация их фамилии на закоулках нашего микрорайона. Через какое-то время, на границе безумия, я убежала прочь из их душного дома, как призрак, бесшумно растаяв в вечерних переулках. Через два года я закончила университет, построила успешную карьеру. Достигла того, о чём раньше могла лишь мечтать в кошмарных и сладких снах под жужжание киевских троллейбусов.
Но был один островок, на который ни банковская карта, ни сколько бы то ни было гривен не могли меня доставить. Семье мне не досталось. Этот странный, зыбкий дом остался за стеной Я давно потеряла возможность стать матерью. Встречала мужчин, получала предложения, но когда они узнавали о моей бесплодности, исчезали будто мой секрет был надписью на водной глади. В этом вся вина моих родителей. Им никогда не понять, какую радость они выдернули с корнем из моей судьбы.
Я не искала с ними встреч, не поднимала телефонных трубок. Однажды, когда у отца случился сердечный приступ и мама умоляла меня прийти на помощь, я холодно отказалась. Для собственного спокойствия я отправляю им немного денег каждый месяц, кивнув гривне, как незнакомцу на остановке. Но клянусь: никогда не позволю своей дочери пройти через подобное. Родители не должны отворачиваться от своих детей в миг их самой отчаянной нужды. Они не поняли, какое счастье растворили в воздухе счастье, которое когда-то светилось во мне, как купола вечернего Киева.
