Мой брат не хочет отдавать маму в дом престарелых, но и забрать её к себе тоже не желает говорит, что у него нет места!
Вот уже три месяца мы с братом спорим о судьбе мамы. После инсульта её самочувствие сильно ухудшилось. Она часто забывается, не может оставаться одна, требует постоянного присмотра. Все заботы легли на мои плечи. Чувствую себя, словно воспитываю маленького ребёнка. У меня работа, свой дом, семья. Как разорваться? Я предложила отдать маму в дом престарелых, но брат пришёл в ярость стал обвинять меня в жестокости. И в то же время сам забирать маму к себе не хочет. Ведь он с женой живёт в её квартире.
Когда-то мы были дружной семьёй. Обычная русская семья из четырёх человек. Мой брат Олег старше меня на год, я Лидия. Родители долго не могли решиться на детей, и мы родились уже в их зрелом возрасте. Сейчас мне тридцать шесть, брату тридцать пять. Маме семьдесят два. Пока папа был жив, всё держалось на крепком мужском плече.
После смерти отца брат уехал учиться в Санкт-Петербург и остался там, женился. А я поселилась в родном Ярославле. Сначала жила с родителями, затем, когда вышла замуж, мы с мужем Сашей решили снять квартиру. Мечтали купить своё жильё, завести детей, строили светлое будущее.
Два года назад не стало отца, а мама сильно сдала стала печальной, часто молчала, скучала по нему. С тех пор она словно постарела на глазах. Болела, и полгода назад перенесла инсульт врачи боялись, что она не выживет. Долгое время мама не могла нормально говорить, руки и ноги почти не слушались. Вскоре физическое состояние улучшилось, но стала видна явная слабость в разуме.
Доктора сказали, что психика восстановится лишь частично, и жить как прежде мама уже не сможет. Нужен постоянный уход. Мы с Сашей переехали в мамину квартиру. Я оставила прежнюю работу и стала брать небольшие заказы, чтобы быть рядом. Маму нельзя оставлять одну ни на минуту. Даже когда она стала передвигаться свободно, легче не стало.
Она путалась в словах, терялась на улице, убегала приходилось искать её, уговаривать вернуться домой, а она плакала и повторяла, что где-то ждёт её муж. Ночные кошмары стали привычным делом. Я не могла нормально выспаться боялась, что мама пропадет. О работе и думать трудно не могу собраться, всё валится из рук. Муж предложил найти хороший пансионат для пожилых людей, чтобы не довести себя до истощения.
Это стоит больших денег месяц проживания больше двадцати тысяч рублей. Мама получает пенсию, Саша немного помогает, но всё равно сложновато. Саша говорит, пусть Олег тоже примет участие справедливо ведь.
Долго я сомневалась, мучилась, но поняла иначе не выдержу. Сколько это ещё продлится? В пансионате есть круглосуточная помощь, уход, медицина. Я побывала там, всё посмотрела. Дорого, конечно, но что поделаешь.
Я позвонила Олегу, рассказала о положении. Надеялась, что проявит здравый смысл. Вместо этого он сорвался:
Лидия, ты совсем умом тронулась? Как можно сдать собственную мать в дом престарелых? Там все чужие. Ты уверена, что с ней будут хорошо обращаться? Ты бездушная! Просто избавиться хочешь!
Я пыталась объяснить, но меня никто не хотел слушать. Продолжила сама заботиться о маме, пока совсем не вымоталась. Опять поговорила с братом, но мнения он не изменил.
Я бы никогда так с родной матерью не поступил. Она нас вырастила, дала образование, всегда терпела наши капризы. Мы оба ей обязаны, почему только я должна всё тащить на себе? Если тебе не нравятся мои предложения, можешь забрать маму к себе! Покажи, как ты о ней заботишься!
Лида, ты сама знаешь, мы с Надеждой живём в её однокомнатной квартире. Как её уговорить взять свекровь? оправдывался Олег.
У тебя жена, у меня муж, и оба живут с нашими мамами. Так почему мой муж может помогать, а твоя жена не хочет? пыталась спорить я.
Я сказала брату, что готова оставить всё как есть и пусть он сам переезжает. Олег начал мяться, мол, у него работа, много дел, не может отвлекаться: дескать, я специально гоню маму, чтобы сбросить ношу на других.
Я будто в ловушке живу. С одной стороны, понимаю: дом престарелых лучшее решение для всех. С другой мучает совесть, что буду чувствовать себя неблагодарной дочерью. Муж поддерживает говорит, что мама там не пропадёт, а мы сможем вздохнуть, жить своей жизнью.
Я дала себе неделю. Если Олег не придёт и не возьмёт на себя часть забот, советовать мне больше нечего. Придётся самой решить, и думаю, что так будет правильно для всех. Я отведу маму туда, где ей будут помогать. Ведь советчиков много, а изматывающие дни с больным человеком знает только тот, кто этому посвящает свою жизнь. Пусть брат придумывает оправдания друзьям сколько угодно моё терпение лопнуло.
