Брат посмотрел на меня при всех и сказал, что «у меня больше нет места в этом доме», как будто я не выросла в этих же стенах.
Сейчас воскресенье, после обеда. В доме родителей собралась вся родня. Во дворе большой стол накрыт, как и каждое лето. По двору плывёт запах печёного перца и свежего хлеба.
С тех пор, как не стало мамы, брат живёт здесь. Я приезжаю иногда помочь с огородом, навестить отца, просто почувствовать себя частью этого дома хоть на немного.
Сегодня я привезла пирог. По маминому рецепту.
Как только зашла во двор, тёти тепло меня встретили:
Варвара, проходи, садись.
Я улыбнулась и поставила коробку на стол.
Брат мой, Дмитрий, стоял возле мангала. Как только увидел меня, лицо его напряглось.
Я не знал, что ты придёшь, сказал он.
Голос у него был холодный. Не грубый, но такой, что все заметили.
Решила зайти к отцу, ответила я спокойно.
Отец сидел на стуле у виноградной лозы. Старый, молчаливый, но когда увидел меня, в глазах появилась улыбка.
Варвара пришла, тихо произнёс он.
Я села рядом с ним. Мы говорим о делах в огороде, про помидоры, про погоду. Обычные темы.
Но напряжённость в воздухе никуда не уходит.
Через некоторое время брат подходит к столу:
Варя, говорит он.
Я посмотрела на него.
Нам надо поговорить.
Несколько человек остановили разговор. Все почувствовали, что что-то не так.
Говори, ответила я ровно.
Он вздохнул, отвёл взгляд, потом посмотрел мне в глаза:
Теперь этот дом моя забота. Я отвечаю за всё здесь.
Я знаю, спокойно кивнула я.
И думаю, лучше бы… тебе не приезжать так часто.
Наступила тишина.
Тётя медленно положила вилку на стол.
Дима, тихо сказала она.
Но он поднял руку:
Нет, я хочу сказать.
Посмотрел прямо в глаза:
У тебя есть своя жизнь, свой дом. Тебе уже нет места здесь.
Слова зазвучали тяжело.
Я посмотрела на двор. На виноградную лозу, на старую скамейку, на дерево, под которым мы играли в детстве.
Потом перевела взгляд на отца. Он смотрел в землю.
Значит, вот как? спросила я тихо.
Да.
Кто-то позади меня прошептал:
Так нельзя.
Но брат стоял на своём.
Я медленно встала.
Хорошо, сказала я.
Мой голос был ровный, хотя внутри всё перевернулось.
Я подошла к отцу и мягко коснулась его плеча:
Я ещё приеду к тебе, прошептала я.
Он еле заметно кивнул.
Потом я взяла с пустую коробку со стола:
Пирог оставляю, сказала негромко.
Брат выглядел напряжённым, будто ждал спора.
Но я не спорила.
Я просто посмотрела на него:
Дима… дом это не только тот, у кого ключ.
Он не ответил.
Я двинулась к калитке. Когда открыла её, за спиной ктото тяжело вздохнул.
На улице воздух тихий. Птицы поют, будто ничего не случилось.
Но внутри меня всё изменилось.
Иногда самое болезненное когда кто-то решает, что может лишить тебя места, где ты вырос.
И я до сих пор думаю
если бы вы были на моём месте, вы бы вернулись на этот двор?
Или уже никогда не переступили бы этот порог?
