Мой муж содержал свою бывшую жену за наши деньги и я поставила ему ультиматум.
О бывшей жене я знала с самого начала. Он никогда не скрывал был женат, есть дочь, платит алименты. Даже казалось это правильным: благородно, ответственно. Я уважала его за это.
Но постепенно поняла куда более тревожное: то, что я считала ответственностью, на самом деле было мучительным чувством вины. Хроническим, изматывающим, навязчивым. Вина висела над ним, как невидимое облако… и кое-кто умело этим пользовался.
Алименты он платил регулярно. Суммы были приличные. Но кроме них существовал целый мир «дополнительных расходов».
Нужен новый ноутбук для школы старый медленный, у всех в классе уже лучше. Муж вздыхал и покупал.
Нужен языковой лагерь иначе отстанет от сверстников. Муж соглашался, хотя сумма равнялась стоимости нашей летней поездки на Черное море.
Подарки на Новый год, день рождения, восьмое марта, просто «от души» всё только самое лучшее, дорогое, броское. Ведь «папа должен быть хорошим».
Бывшая жена прекрасно знала, как с ним говорить. Звонила с лёгкой, страдальческой интонацией:
«Надя так расстроится понимаешь? Я одна не справлюсь».
И он сразу понимал.
Понимал настолько остро, что переставал замечать реальность вокруг. Реальность, где он жил со мной. Где были планы, мечты, новое будущее.
Только деньги для этого будущего капля за каплей уходили в прошлое, с которым он не мог проститься.
Я пыталась говорить:
Не кажется ли тебе, что уже слишком? У вашей дочери всё есть, а мы второй месяц не можем купить стиральную машину. Очнись
Он смотрел виновато:
Это же ребёнок я не могу ей отказать, говорят, сложный возраст Надо поддерживать.
А мою самооценку? Нашу жизнь? спрашивала я жёстко.
Он растерянно смотрел:
Ты ревнуешь? К ребёнку?
Это не ревность.
Это справедливость.
Мы жили, как будто в режиме ЧС вечно спонсируя чьи-то «срочные нужды», которые не заканчивались никогда.
Стиральная машина была почти на ладан. Гремела, подпрыгивала, останавливалась на середине цикла. Я мечтала о нормальной, тихой машине. Откладывала с зарплаты, нашла выгодную модель. День покупки наступил.
Я уже представляла, как загружаю бельё и не боюсь, что она сломается.
Утром в этот день муж ходил мрачный, как туча. В квартире будто искал что-то на полу.
И когда я брала сумку, он проговорил:
Я взял деньги на машину.
У меня похолодели пальцы.
Взял? Куда?
Для дочери. Срочно понадобилось надо было лечить зубы. Бывшая написала среди ночи, паника ребёнок мучается от боли, нужен частный врач, а тот дорогой Я не мог отказать
Я опёрлась на дверной косяк:
Ну и вылечили?
Да, да! оживился он, будто всё уже позади. Всё хорошо. Сказали, прошло отлично.
Я смотрела несколько секунд и тихо сказала:
Позвони бывшей сейчас.
Зачем? Почему?
Позвони и спроси, как дочь и какой зуб болит.
Он насупился, но позвонил. Говорил недолго. По лицу было видно: уверенность меняется на неловкость.
Закончил разговор.
Всё хорошо. Боль прошла.
Какой зуб? повторила я.
Не важно
КАКОЙ ЗУБ? голос стал чужим.
Он вздохнул:
Сказали боли не было. Просто планово. Отбеливание. В этом возрасте делают. Девочка ждала целый год
Я села у кухонного стола.
Наши деньги на новый быт ушли на отбеливание зубов потому что так кто-то решил.
И самое страшное он даже не усомнился. Не проверил. Просто взял и отдал. Вина плохой советник, но замечательный инструмент для шантажа.
В доме поселилась ледяная тишина.
Я почти не разговаривала. Он пытался заглаживать мелкими жестами как пластырем залепить огромную рану.
Я поняла: борюсь не с бывшей женой.
Я борюсь с призраком, которого он носит внутри.
Призрак разбитого прошлого. Неуемное чувство, что «дал недостаточно». Что «должен компенсировать».
Этот призрак был голоден.
Он требовал ещё деньги, время, нервы, унижение.
Пик был на дне рождения дочери.
Я переборола внутреннее сопротивление и купила красивую, добротную, но скромную книгу такую, о которой девочка как-то случайно обмолвилась.
А главные подарки от «мамы и папы»: смартфон, каким могут похвастаться только самые богатые дети класса.
Бывшая была одета, как с обложки журнала. Принимала гостей будто хозяйка вечера. Улыбалась обаятельно, но внутри была опасна.
Когда настал момент вручать подарки и девочка взяла мою книгу, бывшая громко, на всю комнату, улыбаясь, сказала:
Вот, доченька кто действительно любит, дарит то, о чём ты мечтаешь. и указала на блестящий смартфон. А это кивнула презрительно на книгу просто от «тёти». Так, для галочки.
Комната замерла.
Потом все уставились на меня.
Затем на моего мужа.
И он промолчал.
Не защитил, не поправил, не сказал ни слова.
Смотрел в тарелку, в пол, внутрь себя. Сжавшись, словно хотел исчезнуть.
Его молчание было громче пощёчины.
Это было согласие.
С праздника я ушла с каменным лицом. Улыбалась, кивала но внутри всё было решено.
Не «обострение». Не ссора.
Конец.
Дома сцены не было. Сцены для тех, кто ещё борется.
Я зашла в спальню, достала старый пыльный чемодан тот самый, с которым он когда-то пришёл ко мне.
Стала медленно, методично складывать его вещи.
Рубашки. Штаны. Носки. Всё аккуратно.
Он услышал, вошёл, увидел чемодан и застыл.
Ты что делаешь?
Помогаю собрать вещи спокойно ответила я.
Куда? Зачем? Из-за сегодняшнего? Она всегда была такой
Не из-за неё, прервала я. Из-за тебя.
Положила последнюю рубашку.
Ты живёшь прошлым. Каждый твой рубль, каждая твоя мысль, каждое молчание там. А я живу настоящим. В настоящем нет денег на стиральную машину, потому что они ушли на чьи-то капризы. В настоящем меня публично унижают, а мой муж молчит.
Закрыла чемодан. Поставила вертикально.
Посмотрела ему в глаза.
Иди. Помогай ей. С зубами, школой, бесконечными дурацкими драмами и манипуляциями. Если вина так велика живи с ней там, не здесь. Освободи место.
Какое место?
Место мужчины в моей жизни. Оно занято призраком другой женщины. Я устала делить с ним кровать, деньги и будущее.
Взяла чемодан, вынесла к входной двери и оставила там.
Он взял и ушёл.
Я не взглянула на дверь.
Впервые за долгое время почувствовала, что дышу своим воздухом.
Что дом принадлежит мне.
Что душе наконец есть место.
Два месяца спустя наш брак был официально расторгнут.
Иногда, чтобы освободить в своей жизни место для счастья, нужно научиться вовремя расставаться с призраками прошлого. Только отпустив их, мы по-настоящему даём себе шанс на настоящее.