Мне двадцать один год. Пять лет назад мама привела в наш дом своего второго мужа. С первого взгляда он вызвал у меня неприязнь. Работал уборщиком. Пришёл к нам с двумя потрёпанными чемоданами и сразу начал отдавать мне приказы, кричать, словно я не человек, а какой-то мешок. Противный тип. Понимания между нами не случилось ни на минуту. Я и представить не могла, что мама выберет такого человека. Его зарплата копеечная, почти всё он отдаёт бывшей жене на алименты. Сначала я молчала, надеясь, что всё как-то уляжется само собой. Но потом не выдержала и начала спорить с ним по каждому поводу.
После школы поступила в медицинский университет на бюджет, ведь с детства мечтала быть врачом. Учиться сложно, словно взбираешься по гигантской сиреневой лестнице, изогнутой под углом, а ступени исчезают под ногами. Получаю стипендию. Но полгода назад он стал бросать мне в лицо, что я якобы сижу у них на шее: Ты уже взрослая, а всё ещё живёшь на шее у матери, мы тебя кормим, одеваем, обувь покупаем. В твоём возрасте я уж работал вовсю! говорит, будто за стеной, сквозь странный туман. Всё чаще упрекает, что денег не хватает, и я должна пойти подрабатывать и помогать семье. Самое страшное мама в этих разговорах всегда на его стороне, будто они вдвоём, а я лишняя.
Мама говорит: Могла бы хоть на полставки устроиться нам не железным быть… Недавно вечером этот человек заявил с выпученными глазами, что взрослые дети обязаны жить отдельно. В комнате пахло как в метро, а на потолке ползали какие-то стёртые тени. Я глянула на маму она молчала, и стало ясно: она согласна с ним.
Я словно провалилась в собственную комнату, а мебель в ней была из прозрачного льда. Утром мама повторила разговор вчерашнего дня. Её голос будто бы доносился издалека: Мне очень тяжело, я стою на перекрёстке, вся жизнь на кону. Мы только и делаем, что спорим ты никак не можешь молчать. Я хочу пожить спокойно. Он ведь прав, ты взрослая, должна жить отдельно. У тебя есть месяц, чтобы найти себе жильё и уйти отсюда.
Теперь внутри всё стало пустым, как длинная зимняя улица в Днепре, где фонари раскачиваются на ветру. Я никогда не думала, что мама сможет вот так захлопнуть за мной дверь. Не прощу ей этого. Даже если увижу дождь из бумажных гривен за окном или на носу у меня вырастет берёзовая ветка не прощу.
