Я познакомилась со своим будущим мужем в университете. Тогда нам обоим было по восемнадцать лет, мы только начинали свою студенческую жизнь в Харькове. Я сразу обратила внимание на Ивана он отличался не только силой и умом, но и редкой добротой. Сначала мы были просто друзьями, но вскоре я поняла, что испытываю к нему гораздо большее, чем простую симпатию. Через несколько месяцев мы стали парой. Хмурые, короткие зимние дни, шумные общаги всё это теперь кажется мне самой светлой полосой жизни, и я до сих пор с трепетом вспоминаю эти годы.
Через год, когда Иван сделал мне предложение, я не смогла сдержать слёз от счастья. О свадьбе с размахом тогда и думать не приходилось: денег хватило только на скромное застолье в кругу семьи. Но даже так вечер был наполнен смехом, теплом и танцами под старые русские вальсы.
На втором курсе Иван устроился на работу. Мы тогда снимали комнату в коммуналке, своей квартиры не было она казалась далёкой мечтой, но мы оба верили, что когда-нибудь обязательно выберемся. Судьба всё же оказалась благосклонной: после смерти бабушки мне досталось небольшое наследство, Иван тоже успел накопить кое-какую сумму. Мы сложили всё, что у нас было, и внесли первый взнос за двухкомнатную квартиру в спальном районе Харькова ведь уже тогда строили планы стать большой семьёй.
Десять лет мы прожили душа в душу, но детей у нас так и не появилось… Несколько лет назад у Ивана начались неприятности на работе: начальник обанкроченной фирмы обвинил его, как главного бухгалтера, и в долгах, и в «чёрной бухгалтерии». После суда, где всё было так хитро оформлено, что невиновность Ивана никто и не пытался заметить, моего мужа приговорили к четырём годам тюрьмы. Мы судились, искали адвокатов, тщетно тратили силы и нервы но ничего не добились. Меня не покидала злость и обида за него, ведь Иван лишь выполнял чужие приказы.
Я держалась изо всех сил… но через год стало ясно, что поддержку теперь нужна мне самой.
Однажды, когда я возвращалась домой после тяжёлого дня, ко мне пришла свекровь. Она села напротив, глаза были холодны. Словно нож по сердцу, прозвучало: «Ты больше не имеешь права здесь жить». Она обвинила меня в судьбе Ивана, сказала, что квартира куплена исключительно на его деньги, и я не имею на неё никаких прав. Я стояла растерянная, не веря в такую жестокость.
Оказалось, что перед судом Иван написал доверенность на имя матери, и с её помощью свекровь получила выписку из банка, подтверждающую, что ипотека выплачивалась с карточки Ивана. Она уверена, что этих документов хватит, чтобы суд признал меня чужой в этой квартире. Я не знаю, что делать дальше, запуталась и потеряна.
