Я уверена, что всё, что происходит в нашей жизни далеко не случайно. Мы сами несём ответственность за всё, что имеем, и тем более, чего не имеем. Все выборы, которые мы сделали вчера, а то и двадцать лет назад, откликаются эхом в нашей сегодняшней судьбе. Вот и я когда-то выбрала себе спутника жизни такого, что лучше бы его не выбирала. Влюбилась по уши в Анатолия, доверилась ему, хотя прекрасно знала, что он любитель заглядывать на чужие огороды. Получилось, как у Пушкина: «Я думала, он исправится, а у него новая Маша на горизонте».
И правда, люди не меняются, хоть тресни. Даже когда родился наш сын, Анатолий еще больше стал крутиться около дам. Сначала я слышала только слухи то подруга подскажет, то соседка намекнёт, а то и тётка с другого конца Харькова позвонит сообщить «интересное». Стыдно и больно было до слёз не знаю, чего было больше. Так я и прожила в таком положении почти пять лет.
К счастью, Анатолий всё же съехал с нашей квартиры с барского плеча оставил её сыну, чтобы не платить алименты ни копейки. А я же, не долго думая, взяла и арендовала жильё у собственного бывшего мужа такая ирония и переехала туда вместе с сыном и мамой, которой уже тогда требовалась забота.
С самого детства старалась дать сыну всё лучшее: деньги с аренды шли на школу, одежду, книжки, конфеты и вообще все нужды. Хотела, чтобы у него было детство в стиле лучших советских фильмов, а не по Чехову. Остальное шло на еду, платежи, лекарства для мамы мне казалось, что в будущем сын обязательно оценит всё это. А теперь, когда мне 57, я сражаюсь с диабетом, как герой из русского романа. Ежедневно слежу за сахаром, колю инсулин жизнь, как в фармакологическом детективе.
Из-за болезни работодатель на меня, мягко говоря, смотреть не хочет кому нужна пожилая диабетичка в бухгалтерии или на почте? Вот и держусь на доходе от аренды того самого пресловутого жилища. А сыну недавно стукнуло 31, и вдруг заявляет: «Мама, хохлы съезжают! Я с женой хочу жить в квартире отца». Я в растерянности: куда же мне? А он как Скрудж МакДак в худшем настроении «Ну, мама, это не моя проблема».
Сижу, глажу кота Василия, а сама думаю: как же так? Всю жизнь трудилась, а накопить на пенсию даже гривны не отложила. Сейчас вообще не знаю, как быть лекарства нужны, сахар в крови скачет, счета растут, холодильник как после революции, мама постарела. Как мог мой собственный сын поступить так по-украински, хотя растил я его в русской культуре? За кого он себя возомнил, спрашивается?
