Моя мама ушла из дома, когда мне было одиннадцать. Однажды утром она спокойно собрала вещи и ушла, не оборачиваясь.
Отец сказал мне, что ей нужно «разложить по полочкам свою жизнь», и что какое-то время мы не будем с ней общаться. Это «какое-то время» растянулось на долгие годы.
Я осталась жить с отцом. Мы сменили квартиру, ритм, школу. Имя её постепенно перестали произносить даже шёпотом.
Всю мою юность я не знала, где она. Ни звонков, ни писем, ни объяснений. В дни рождения, на выпускном, в любые важные моменты мама не появлялась. Отец никогда не говорил о ней дурного, но и не пытался её найти. Когда я спрашивала, он отвечал, что она сама выбрала уйти, и мне с этим нужно смириться.
Я выросла без неё. Не помнила её голоса. Только несколько выцветших фотографий напоминали, какой она когда-то была.
Когда мне исполнилось двадцать восемь, я решила её разыскать. Не потому что кто-то подтолкнул, просто мне нужны были ответы.
Я прямо спросила отца, знает ли он, где она сейчас. Оказалось, что знает. Всегда знал район, где она жила. Рассказал, что в детстве у него был её адрес, а потом время от времени слышал через общих знакомых, что она по-прежнему там. Вынул из старой записной книжки адрес и, вздыхая, предупредил: возможно, это уже не актуально.
Я поехала в тот городок на выходные. Расспрашивала в магазинах, в хлебном ларьке, пока не нашёлся кто-то, кто показал мне нужный дом: низенький, с белыми решётками на окнах и тяжёлой железной дверью.
Я позвонила в звонок.
Дверь открылась. Она даже не спросила, кто пришёл. Просто посмотрела на меня долгим взглядом и ждала, когда я заговорю. Я тихо назвала своё имя и сказала, что я её дочь. В её лице не дрогнуло ни одной мышцы ни удивления, ни радости. Она попросила меня не входить, и мы разговаривали прямо на холодном крыльце.
Я объяснила, что хочу просто понять, почему она ушла. Она ответила, что не хочет возобновлять отношения, и просит больше её не искать. Рассказала, что её собственная мать бросила её, когда ей было одиннадцать. С тех пор она усвоила лишь одно уходить раньше, чем слишком привяжешься. Сказала, что никогда не хотела быть матерью. Что остаться со мной было решением, к которому она оказалась не готова, а уйти было единственным, чему научила её жизнь.
Я спросила, почему она никогда не пыталась узнать обо мне, когда я выросла. Она сказала, что отец всегда знал, где её найти, но ни разу не позвонил, чтобы попросить восстановить контакт. Для неё это был ясный сигнал, что надо держаться в стороне. Она не хочет ворошить прошлое и не видит смысла строить какие-то отношения сейчас, после стольких лет.
Всё, о чём мы говорили, длилось меньше пятнадцати минут. Ни объятий, ни долгих прощаний. Она сказала, что надеется, что я пойму её выбор, и закрыла передо мной дверь.
В тот же день я уехала из города.
С тех пор я её не искала, не писала и ничего о ней не слышала.
Иногда я думаю а правильно ли я сделала, что поехала к ней?
