Дневник, 1 января
Вчера всё пошло не по плану, хоть я и старалась этого не показывать. Сижу сейчас с кружкой чая, пытаюсь разобраться всё ли я сделала правильно?
Началось всё с того, что Алина, золовка моя, появилась на пороге неожиданно, с чемоданом и своей фирменной натянутой улыбкой. Знает, как меня ставить в неловкое положение…
Надеюсь, вы не против, если я встречу Новый год с вами? выдала сразу, даже не спросив заранее, хотя могла бы.
На улице темень, такси уже уехало, а выставить её за дверь всё равно что сделаться последней стервой. Мое «да» вырвалось не сразу просто голос как будто застрял. Вот и началось.
Я посторонилась, впуская её в наш съёмный угол, и сразу почувствовала, как уют становится чужим. Она стряхнула снег с пальто и оглядела коридор, словно оценивает квартиру перед покупкой.
О, у вас уже стол накрыт! А где Олег?
В ванной, ответила я.
Ага, отдыхает. Ну, я тогда быстренько переоденусь. Кстати, где я буду спать?
Молча указала ей на маленькую комнату-кабинет. Каждый метр на счету, квартира тесная, копим с Олегом на своё жильё уже не первый год. Не шик, но наш угол.
Алина скрылась, а я машинально проверяла салаты и размышляла о том, каким спокойным и домашним должен был быть этот вечер. Хотела остаться с Олегом вдвоём фильмы, оливье, его любимая селёдка под шубой…
Теперь всё это перечёркнуто.
Олег вышел из ванной, сразу почувствовал, что что-то не так.
Ты чего такая? спросил он.
У нас гостья.
Какая ещё гостья?
Твоя сестра.
Олег побледнел, даже спина ссутулилась.
Мы её не звали… только и выдавил.
Вот именно.
Пытался обнять, успокоить, но я только отодвинулась. Мол, не всё так ужасно, задержится пару дней, «просто сюрприз». Но чемоданто огромный… «Пару дней» такими не бывают.
Алина вернулась в гостиную, уютно расположилась, начала заглядывать в холодильник, рассматривать закуски. За столом болтала без умолку: про свою работу, кто у них «жадный», кто ей что должен и между делом спросила, что Олег ей подарит на Новый год. Прозвучал прозрачный намёк на деньги.
Я молчала, хотя внутри всё закипало. Вспомнила, как она несколько раз «занимала» у нас рубли в прошлом году и не возвращала, как вечно прикрывалась своей гипотетической загруженностью и семьёй.
Позже она предложила позвать ещё друзей «а то скучно». Тут я уже не выдержала:
Это наш дом и наш праздник, тихо сказала я.
Значит, я тут лишняя? вскинулась она.
Нет, не лишняя, но и хозяйка тут не ты.
Поругались. Она с обиженным видом захлопнулась в комнате. Олег ещё и меня обвинил «слишком резко». Не знаю, может, и прав… но сил терпеть не было.
Перед полуночью сидели втроём. Ёлка мерцала огоньками, телевизор тихо чтото показывал, часы отсчитывали секунды. В момент боя курантов Олег поднял свой бокал.
Я тоже подняла и произнесла спокойно, чётко и неторопливо:
За тех, кто не умеет спрашивать, а только берёт.
Все замолчали.
Я посмотрела Алине в глаза и впервые не отвела взгляда:
Ты не спрашиваешь. Ты просто приходишь, берёшь нашу квартиру, наши деньги, наше время, наши планы. И ждёшь, что тебе будут благодарны.
Алина побледнела, встала из-за стола.
Понятно. Меня тут не рады видеть.
Тебя рады, когда уважаешь чужой дом. Не когда навязываешь свою волю.
Минут через десять она уже собирала вещи. Захлопнулась дверь.
Олег сел, спрятал лицо в ладонях.
Это же моя сестра… выдохнул он.
А я твоя жена, спокойно ответила я. И больше молчать не буду.
Наутро ни звука, ни сообщений, ни извинений. Привычная тишина. Новый год совсем не такой, как я хотела но впервые я не почувствовала себя маленькой и виноватой.
Порой не важно, кто рядом за столом. Важно осмелиться сказать правду, даже если от этого всем вдруг станет больно.
Мой первый честный Новый год.
