Был канун Нового года. Тридцать первое декабря. Выходной. Середина дня. За окном стояла настоящая русская зима — всё замело снегом. В воздухе, ударяясь в стёкла, летели крупные снежинки, на улице трещал мороз, а на сердце у меня был настоящий холод. Знаете, что такое канун Нового года в такой белоснежный день? Вот именно это и было. Я расстался со своей женщиной, и встречать праздник было решительно не с кем.
К родственникам ехать не хотелось. Не хотелось слушать их расспросы о моей жизни, свои ответы, а потом видеть сочувствующие глаза. На улице и в душе — заморозки. Так-то вот.
Я вспомнил свою тётю. Добрейшей души человек, царствие ей небесное. До самого последнего дня она помогала всем, кому могла, а мне говорила: — В самый канун Нового года надо собрать всё, что можешь. Вкусную еду, одеяла и выйти на улицу. Накормить каждого кота и каждую собаку, которых встретишь, и подстелить им тёплое одеяло. Так она и делала.
А я лентяй. Всего пару раз бегом забегал в наш парк и насыпал в разных местах сухой корм.
Видно, пришло и моё время, подумал я. Пора вспомнить наставления моей доброй тётки и отдать ей дань. Я собрал два больших пакета. В одном — варёная курочка и куча сухого корма, в другом — полотенца и пара старых одеял.
Надев тёплую куртку с капюшоном, я вышел на улицу. В лицо ударил ветер со снегом. Поежившись, я пошёл. Искал долго и безрезультатно. То ли коты попрятались от холода, то ли я просто не мог их найти. Устав до предела и не зная, что делать и куда всё это деть, я вышел к маленькому скверику.
Вот что удивительно. Везде мело и задувал холодный свистящий ветер, а тут на небе разошлись тучи, и один-единственный луч солнца упал на землю и задержался. В этом луче оказалась скамейка в центре сквера и человек, сидящий на ней.
Я подошёл и сел рядом. Очень хотелось отдохнуть, да и приятно было посидеть в этом ласковом лучике.
Это был странный пожилой мужчина в вязаной шапочке. В руках он держал букет тюльпанов и смотрел куда-то вперёд.
— Хорошо тут, — сказал я в никуда.
— Приятно и тепло, — отозвался он.
— А что вы не идёте встречать Новый год? — поинтересовался я.
— Сейчас и пойду, — ответил седой мужчина. — У меня ещё много дел, вот только докурю и закончу одно из них. — Он посмотрел на меня. — А что же ты не идёшь? — улыбнулся он.
— Да не с кем мне встречать, — замялся я. — Да и тётя моя говорила… — И я показал ему пакеты.
— Тётя говорила тебе, что надо в самый канун Нового года собрать всё, что можешь. Вкусную еду, одеяла и пойти на улицу, чтобы раздать всё это бездомным котам и собакам, — продолжил седой старик и посмотрел прямо мне в глаза.
У меня отвисла челюсть, и сигарета выпала на землю.
— Откуда вы знаете? — изумился я.
В глазах седого мужчины вдруг блеснули звёзды.
— Ты иди, — сказал он. — Тебе надо спешить, потому что тебя очень ждут. Тётю чаще вспоминай. Она у тебя была добрейшей души человек.
Он встал, оставив на скамейке букет тюльпанов, пошёл вперёд, вышел из луча солнца и, перейдя дорогу, вдруг исчез за проехавшим автобусом. Будто растворился в воздухе.
Я встал со скамейки и вдруг заметил четырёх котов, смотревших на мои пакеты жадными глазами. Видимо, запах курочки донёсся до них.
Сначала подошли два лохматых красавца с пушистыми хвостами. Потом из кустов, забавно прыгая по сугробам, подтянулись ещё двое.
— Вот вас-то мне и надо, — сказал я им и выложил все угощения и одеяла, разложив под небольшим навесом, который надёжно укрывал котов от обильного снега.
С лёгким сердцем я пошёл домой, выбросив пустые пакеты. Только ругал себя, что не спросил седого старика со звёздами в глазах, что он имел в виду под тем, что меня ждут. Да и про тётю надо было спросить. Вот так я всегда. Всё забуду, самое главное и напутаю. Всю жизнь вот так, ругал я себя.
Не заметив как, ноги сами принесли меня к дому, и я уже поднялся к подъезду, как мой взгляд упал вниз.
Там, в кустах, в сугробе сидел малюсенький серый котёнок и плакал, прижав к себе левую лапку.
Я опустился на корточки перед ним и спросил:
— Что случилось, малыш?
Котёнок всхлипнул и протянул мне маленькую, мокрую и холодную как лёд лапку. Я вытащил из карманов обе руки и взял её в них. И вдруг, совершенно вдруг у меня вырвалось:
— У папы руки очень лечебные. Сейчас солнышко тебе станет лучше.
Я осторожно взял маленькое дрожащее тельце в две ладони и, прижав его к себе, вошёл в подъезд.
Теперь мне было кем заняться и с кем встретить Новый год.
Всё-таки этот седой старик со звёздами в глазах не соврал. Меня ждали. Очень ждали. А ведь это самое главное — когда тебя ждут.
