Слушай, у меня тут история, которую до сих пор тяжело вспоминать. Мой муж опоздал на похороны моего папы. В тот же день я узнала, где он был на самом деле.
Он позвонил мне за пятнадцать минут до церемонии, сказал, что застрял в пробке, что «ужасный день», что «уже едет». Я стояла тогда у ворот храма, закутанная в чёрное пальто, руки замёрзли и крепко сжимали сумочку. Молча кивала, хотя понимала, что он не может меня видеть.
Постепенно люди заходили внутрь. Кто-то дал мне носовой платок, кто-то просто приобнял за плечи. Все были здесь. Только его не было.
Гроб папы уже стоял возле алтаря. Я смотрела на него и старалась не думать о том, как папа всегда спрашивал, успеет ли мой муж приехать вовремя, «не случится ли чего». Я каждый раз обещала ему, что в этот раз точно будет. Пусть опаздывает на работу, ужин, день рождения но не на такое.
Отпевание началось без него. Телефон в кармане завибрировал один раз, потом второй. Не брала трубку.
После церемонии кто-то сфотографировал людей, совершенно обычное фото: группа, цветы, серое небо. Вечером я увидела это фото в интернете. И рядом случайно мелькнуло другое сделанное в тот же день, в то же время, но совсем не в районе кладбища.
Я застыла перед экраном, пытаясь понять, что смотрю. Фото было ярким, праздничным: смех, цветные шарики, накрытый стол с едой, кто-то отметил место, поставил время, пару сердечек. Всё легко, беззаботно, будто мимо прошёл весь мой долгий, тяжёлый день.
На заднем плане, немного сбоку, была его улыбка расслабленная, счастливая, такой я не видела давно. И рядом с ним стояла женщина, о которой я ещё ничего не знала, но сразу всё поняла. Её рука лежала на его плече слишком свободно для «коллеги» или «случайной знакомой».
Время на фото совпадало с тем моментом, когда я стояла у храма и слушала его обещания, что «уже рядом», что «ещё минутка».
Дорогу домой я совсем не помню. Только тишина в квартире, фото папы на комоде и один вопрос, который эхом бил по голове: как можно настолько ошибиться во времени?
Когда Саша наконец пришёл, было уже поздно всё закончилось, и церемония, и поминки, и первый шок. Вошёл тихо, будто надеялся меня не встретить. На нём была рубашка, которую я раньше никогда не видела, и пахло от него чужими духами и алкоголем.
Прости, сказал с порога, я правда не хотел…
Я не дала ему договорить. Положила телефон на стол, показала фото. Он посмотрел сначала не понимая, а потом заметно напрягся. Улыбка мгновенно испарилась.
Это не то, что ты думаешь, заторопился он. Просто день рождения знакомых, зашёл на пару минут, хотел успеть…
Не успел, перебила я, на похороны моего папы.
Он тяжело сел, провёл рукой по волосам, как обычно, когда нервничает. Начал объяснять про плохое планирование, пробки, думал времени хватит, не хотел меня ранить. Ни сейчас, ни когда-либо.
Я слушала, но казалось, что говорит кто-то совсем чужой. Перед глазами стоял папа, который поправляет галстук и говорит, что всё наладится. Только в этот день ничего не наладилось.
Уйди, сказала я спокойно.
Как это? смотрел на меня удивлённо, мы же можем поговорить.
Уже поговорили. Теперь уйди.
Он быстро собрал несколько вещей в сумку, зарядку, рубашку. Постоял в дверях, наверное, ждал, что я его остановлю, но я не остановила. Несколько дней после этого он звонил, писал сообщения, извинялся, объяснял, обещал, клялся, что больше такого не случится. Что понял всё.
Мы встретились ещё раз. Саша сидел напротив, будто постарел за эти дни, говорил, что хочет всё вернуть, всё исправить, что любит меня. А я смотрела и чувствовала только усталость. Не злость, не обиду, просто усталость от человека, который сумел выбрать чужой праздник вместо моего горя.
