Ольга, мне кажется, мы совсем отдалились друг от друга. Быт нас затянул. Я подумал нам стоит пожить отдельно.
Эти слова Игорь сказал так, будто предлагал на ужин не борщ, а щи сварить. Даже глаза от тарелки с борщом не поднял макал хлеб с салом, как будто ничего не произошло. Я стоял у плиты с черпаком в руке, чувствуя, как горячий бульон слегка обжигает запястье, но боли не чувствовал в ушах шумело, как будто рядом включили свой промышленный пылесос.
Как отдельно? тихо переспросила Ольга, голос у неё дрожал едва заметно. Она опустила половник в кастрюлю. Ты что, в командировку собираешься?
Нет, при чём здесь командировка, Игорь поморщился слегка и поднял на неё уставший взгляд. Так смотрят учителя на учеников, которым третий раз одно и то же объясняют. Я о паузе говорю. Проверить чувства. Понимаешь, пропала искра. Захожу домой и будто в коме: работа-ужин-телевизор-сон. Хочу понять, есть ли у меня к тебе тянутость, или просто привычка осталась.
Ольга медленно села напротив него. Двадцать лет вместе. Двое студентов-детей, живут в разных городах. Еще недавно доплачивали по ипотеке, недавно закрыли. Ремонт делали сами, выдирали старые обои по субботам. И теперь скучно ему?
Ты где будешь жить? еле слышно спросила она.
Я уже снял однушку. Недалеко от работы, чтобы в пробках не торчать, ответил он чересчур быстро. Вещи собираю, они в спальне.
Значит, всё давно решил. Пока Ольга планировала саженцы для дачи, выбирала свитер ему в ТВОЕ по скидке, Игорь уже искал квартиру и платил аванс. Молчал.
Тебя, выходит, моё мнение не интересует? Ольга вгляделась в мужа, будто надеялась увидеть того веселого парня, за которого выходила. Перед ней сидел чужой, толстовато-сгорбленный мужчина с бегающими глазами.
Оля, только без драмы, Игорь отложил ложку. Похоже, аппетит пропал. Я не про развод речь веду. Тайм-аут. Это у многих так. Психологи советуют. Вдруг поймём, что друг без друга не можем. Может, второй медовый месяц будет, а может… тогда честно разойдёмся.
Он встал, бросил салфетку и пошел в спальню. Ольга слышала, как он роется в шкафу, суетится. Она осталась на кухне, смотрела на остывающий борщ его любимый, с фасолью, как просил, и ощущала внутри огромную льдину.
Всё прошло сквозь туман. Игорь деловито таскал чемоданы, пакеты, ноутбук, свою любимую кофеварку (в подарок её коллеги Ольге дарили, а пользовался в основном он).
Я пошёл, сказал Игорь, стоя в прихожей. Вид у него был какой-то благородно-виноватый. Ты мне не звони пока. Договоримся: месяц тишины. Для чистоты эксперимента.
А если что случится? Кран потечёт? глупо спросила Ольга.
Вызовешь сантехника, пожал плечами. Ты справишься. Ключ я свой оставлю мало ли, вдруг что-то важное убрать или забрать.
Хлопнула дверь. Щелкнул замок. Квартира стала как музей простор и гнетущая тишина.
Первые три дня Ольга просто лежала. Только попить воды и в туалет поднималась. В голове крутила где ошиблась, может, ворчала слишком часто, потолстела, стала скучной?
На четвёртый день нагрянула её родная сестра Марина. Ворвалась с пакетами, пачкой Российского сыра и бутылкой сухого вина. Увидев Ольгу нечесаную и в старом халате покачала головой.
Так, хватит. Подскочила, душ принимай. Я тут пока всё разложу.
Через час, на кухне с бокалами вина, Ольга рассказала всё. Марина только хмыкнула:
Проверка чувств, говоришь? Душно. Оль, ну ты бухгалтер мозги-то есть. У него другая. Готова спорить на тысячу рублей.
Бред какой, отмахнулась Ольга. Кому он с радикулитом и гастритом нужен? 52 года.
Оль, гастрит не мешает. Снял однушку, месяц не звони классика. Попробовать с ней пожить и мосты не жечь. А вдруг, у новой борщ невкусный или она стирать не любит? Ты у него запасной аэродром. Если прокатит к ней, не прокатит к тебе, с тюльпанами. А если она рыжая стерва развод подаст, и всё.
Эти слова были как ледяные камни. Ольга пыталась спорить, оправдывать мужа, но понимала сестра права. И пароль на телефоне обновлён, и задержки. Новая рубашка сам купил, хотя магазины терпеть не может.
И что мне делать? вдруг промолвила Ольга. В груди что-то перевернулось.
Делать? Жить! Марина хлопнула ладонью по столу. В парикмахерскую сходи, купи себе что-нибудь. И, главное, не жди ни одного звонка. Квартира-то чья?
Моя. Родительская. Он у своей матери прописан руки не дошли все оформить.
Вот и хорошо. Хозяйка ты. Не жди его у двери с пирогами, удиви его!
Когда Марина ушла, Ольга долго не могла успокоиться. По квартире ходила со светом везде. В ванной стоял его крем для бритья швырнула в помойное ведро со всей дури. С глухим стуком вылетела старая привычка быть удобной.
Две недели шли в каком-то сумраке. Ольга заставила себя ходить на работу, а вечером стала вязать как раньше любила. В квартире порядок, еда не пропадает, борща не надо готовить на кастрюлю. Она заживала.
Но сомнения остались. А вдруг Марина ошиблась?
Всё прояснилось в пятницу вечером. Ольга шла через Европейский, хотела купить новую пряжу. Подходя к эскалатору, увидела Игоря. Он стоял у витрины 585 Золотой. На локте у него висела молодая женщина лет тридцать, яркое пальто. Игорь улыбался ей той же хитрой улыбочкой, которой когда-то улыбался своей. Они болтали, показывали браслет, хохотали, как будто мир вокруг не существует.
Ольга сделала шаг назад, спряталась за какого-то крупного мужчину. Сердце колотилось за четырёх, коленки тряслись. Она смотрела, как её муж обнимает другую и ведет к выходу. Вот она и пауза проверяет чувства.
Внутри будто что-то сломалось и сразу стало спокойно. Не стала ни догонять, ни выяснять, ни звонить.
Приехав домой, первым делом достала документы: свидетельство, договор дарения, всё на своё имя. Убедилась: мужа нет и не было никогда зарегистрированного. Игорь всегда говорил: Да ладно, что париться, у мамы и прописан.
Нашла номер службы по замене замков.
Алло, нужна срочная замена замка, металлическая дверь, документы на квартиру есть. Через час? Отлично, жду.
Мастер приехал коренастый, в спецовке.
Самый надёжный, пожалуйста, чтобы ключи старые не подошли.
Гардиан в самый раз. Никто не вскроет, обещаю.
Гудела дрель. Стружка на ковре. Выпавшая личинка замка как сброшенный якорь старой зависимости.
Когда мастер вручил ей новые ключи, Ольга закрыла дверь на все четыре оборота. Больше её крепость не для него.
Остатки вещей мужа куртка, обувь, удочки, инструменты собрала в большие чёрные мешки. Вынесла в тамбур. Пять пакетов.
Неделя прошла, Игорь не появлялся. Проверка явно затянулась. Ольга уже оформила в Госуслугах заявление на развод.
В субботу утром звонок в дверь: настойчивый, злой.
В глазок Игорь. С перекошенным лицом, пакетом из Пятёрочки и огромным букетом гвоздик.
Ольга не открыла, просто прислонилась ко входной железной двери.
Щёлк пытается вставить ключ. Скрежет не подходит. Ещё попытка, ещё.
Ольга! Ты дома? Что с замком?
Молчит.
Оля, ну хватит! Я пришёл! Мы же месяц договаривались, а я раньше! Скучал! Ну открой!
Ольга вздохнула и спокойно сказала в открытую щелку двери:
Твои вещи в чёрных мешках слева от дверей. Забери их.
Тишина. Потом шорох заметил пакеты.
Ты, что, с ума сошла? Какие мешки? Я муж! Я имею право зайти в свой дом!
Ты здесь даже не прописан. Хотел жить отдельно пожалуйста, выполняй.
Ты что, замки поменяла? Я полицию вызову, понял? Суд!
Позвони, покажешь паспорт без регистрации и расскажешь про съёмную однушку и чувства. Думаю, и участковый посмеётся.
У меня не было никого!
Я видела вас в торговом центре, Игорь. Ювелирка. Красное пальто. Хватит.
За дверью маты. Пнул дверь, бросил букет, зашуршал мешками.
Стерва! Корова чертова!
Послышался лифт, следом мешки загремели, тишина.
Ольга тихо сползла по двери вниз. Руки тряслись, слёзы текли но слёзы были не горя, а облегчения.
Минут десять так и просидела. Потом умылась, посмотрела в зеркало. Уставшая, но гордая женщина смотрела в ответ.
Написала Марине:
Ушёл. Вещи забрал. Замки супер.
Горжусь! Вечером приеду с тортом.
На коврике валялись гвоздики. За двадцать лет не запомнил Ольга терпеть их не могла. Любила только белые тюльпаны.
Через месяц развели быстро дети взрослые. Дачу пришлось продать и поделить деньги, Игорю досталась машина с выплатой доли Ольге она на эти деньги купила себе тур в Турцию.
Новая муза бросила Игоря, едва всё узнала. А съёмное жильё он не потянул, пришлось вернуться к маме на окраину общей хрущёвки.
Ольга всё это знала от знакомых, но ей было всё равно. Она загорала в Анталье, впервые за много лет отдыхала одна. Купила платье, даже закрутила легкий курортный роман немца встретила. Вспомнила она снова красивая женщина.
Однажды выходит из Пятёрочки, слышит:
Ольга?
Игорь, похудевший, какой-то помятый.
Привет.
Оля, поговорим? Я был дурак. Ошибся. Мама меня пилит, дома тоска, тебя не хватает Может, всё вернём? Двадцать лет не вычеркнуть
Ольга посмотрела на него, ничего не почувствовал: ни злости, ни боли.
Да, двадцать лет не выкинуть. Но всё должно остаться в прошлом. У меня новая жизнь. Для старых ошибок там места нет.
Но я изменился! Всё понял!
Я тоже, Игорь. Я теперь одна мне свободно.
Она уверенно прошла к двери и поднялась в квартиру. За дверью только она и её будущее.
Про лифт подумал: обои переклеить, кресло купить для вязания. Всё только начинается. И ключи от этой жизни теперь только у меня.
Понравилось? Подпишитесь и ставьте лайк! Напишите, как бы вы поступили?
