5 июня 2024 года, Киев
Сегодня вечером, сидя на кухне с чашкой чая, я в очередной раз задумалась как же всё изменилось за последнюю неделю. Когда-то простой семейный быт превратился в своеобразный театр, где каждый играет свою роль, а аплодисменты звучат в виде тяжёлых вздохов.
Всё началось пару дней назад, когда мой муж Юрий вернулся домой после очередного трудового дня в банке. Вошел на кухню так самодовольно, будто только что урегулировал все вопросы энергетической безопасности всей Украины. На деле он лишь купил белый хлеб и литр молока, да ещё и с каким-то лирическим величием в осанке теперь после его временного назначения на пост зама в отделе логистики он почему-то перестал просто передвигаться по квартире, а начал шествовать, как гусар на смотре.
Марина, произнёс он, оглядывая мой ужин из печёной скумбрии с видом почти ректоровским, я больше не хочу дома никаких обсуждений. Только тишина и согласие. Понимаешь, день сегодня выдался тяжёлый принимал решения государственного масштаба. Мне нужен отдых, акцент на согласие, без разногласий. Ну… Не спорь. Просто соглашайся.
Я, конечно, могла бы вздохнуть или хотя бы спросить его, почему он так уверен в своём могуществе особенно учитывая, что вклад в семейный бюджет со стороны моего банковского аналитика всегда уверенно закрывал все счета и коммуналку. Но я улыбнулась, вынув вилку из рыбы:
Ты хочешь, чтобы я стала твоим эхом? уточнила я, не может ли случайно проснулась во мне та самая стальная воля, чего боится даже его мама Валентина Семёновна.
Я хочу, чтобы ты уважала мой авторитет, произнёс торжественно Юрий, зачем-то поправляя галстук, который, видимо, решил надеть к ужину. Мужчина это курс гривны, а женщина это поддержка национального банка! Не сбивай курс, Марина.
На его лице читалась такая чистая уверенность, как у курсанта, решившего перебежать проспект Победы в пятницу вечером. Я лишь кивнула:
Конечно, дорогой. Никаких обсуждений.
И вот тут для меня началась своя любимая игра Осторожно с желаниями: сбудутся в деталях.
Первый акт нового спектакля случился в субботу, когда Юра собирался на тимбилдинг почти корпоративного масштаба. Он всё утро бегал перед зеркалом в новых брюках, которые выбрал сам без моего участия. Срочно модные по его мнению, цвета гречневой каши, сидели они, правда, так, будто шились на айтишника в декретном отпуске: на бёдрах болтались, а ниже колен жали до хруста.
Как тебе? Прилично? выпячивая грудь, спросил он. Видно, кто руководитель?
Обычно я бы деликатно намекнула, что подобный стиль больше подошёл бы заслуженному гадалке на Андреевском спуске, но сейчас играла в согласие.
Конечно, Юра, похвалила я, даже не поднимая глаз от книги. Очень оригинально! Этот цвет точно подчеркивает твой новый статус. Сразу понятно: ведёшь за собой команду.
Мой супруг расцвёл, вылетел из дому горделивым петухом, а вернулся вечером злой, в спортивных штанах своего коллеги. Оказалось, при энергичном участии в канатном рывке его брюки треснули так, что эхо ушло по всему офису.
Почему не сказала, что они малы?! бушевал он, бросая разорванные штаны на стул.
Так ты же сам хотел выглядеть руководителем. Значит, твой статус не умещается в новые формы, философски заметила я.
Пик драмы пришёл, когда, как на войне, в игру вступила артиллерия Валентина Семёновна. В субботу заявилась с ревизией. Юра, почувствовав мои последние недели кротости, решил, что теперь можно командовать всем и везде.
Мы сидели за столом, и мама мужа, с её знаменитой причёской у меня дома шпиц, внимательно рассматривала пыль на моём любимом книжном шкафу.
Мариночка, у тебя тут как-то неуютно… особенно шторы! проговорила она, с аппетитом уплетая пирог. Хорошая хозяйка следит, чтобы и пыли не было, и мужу уют был, а ты всё на работе, да на работе Юрику нужен домашний очаг, а не банк!
Юра подхватил:
Вот, мама дело говорит! Зачем столько работать, если ты можешь взять полставки? Всё же, теперь я зам.
Я сцедила в сторону улыбку: его замовская надбавка хватала разве что на метро и пару шаверм по пути. Но игра есть игра.
Вы абсолютно правы, Валентина Семёновна, сказала я, вы, Юра, тоже. Реально, пора сменить приоритеты; шторы лицо женщины.
Вот и умничка! просияла свекровь.
Поэтому увольняю уборщицу, доверительно сообщила я.
Пауза вытянулась, как жвачка из детства.
Какую уборщицу? замер Юра.
Ту женщину, которая убирается два раза в неделю и поддерживает блеск в квартире. Я ведь согласна: уют должна создавать жена собственноручно. Я сама буду всё делать только по выходным.
А в будни? осмелился Юра.
А в будни, любимый, будем дышать настоящей свободой и наблюдать процессы энтропии в живую. Ты ведь не хочешь, чтобы я уставала, верно?
Через две недели Юра и правда погрузился в быт по уши: посуда накапливалась, пыль лежала гордо, как снег в Карпатах, а его рубашки висели мятыми облаками на спинке дивана.
Марина, у меня нет чистых рубашек! в четверг закричал он.
Знаю, милый. Я вчера выбирала шторы по совету мамы. Вот, не осталось уже сил на глажку. Но ты ведь теперь руководитель, делегируй это… себе!
Муж, ругаясь, схватился за утюг, тут же прожёг дырку на рукаве, надел старый свитер и выглядел как боксер после десятого раунда.
Последняя сцена разыгралась, когда Юра решил впечатлить начальника отдела Сергея Григорьевича ужином у нас дома.
Марина, пожалуйста, всё должно быть как положено! Гостей надо поразить: по-украински, сытно, но без всяких западных финтов типа салата цезарь. Мужчины любят традиционную кухню! Ты только подавай и улыбайся, и молчи. Твои советы по работе тут ни к чему. Поняла?
Поняла, ответила я, по-украински, по-домашнему, и слова не скажу.
Вечером я надела вышиванку, поверх цветастый фартук с рюшами (подарок свекрови), а на голове собрала конструкцию, словно собиралась плясать на свадьбе. На стол поставила колбасу, холодец, гору вареной картошки и громадную запечённую рульку, от которой даже у меня сердце замерло.
Гости пришли, Сергей Григорьевич с удивлением взглянул на меня, но промолчал. Юра покраснел до оттенка буряка, а я театрально прокричала:
Прошу к столу, дорогие гости!
Ужин шёл напряжённо: Юра вещал про реструктуризацию человеческих ресурсов, хотя плавал в терминах, как судак на мель.
Простите, Юрий, мягко перебил Сергей Григорьевич, но если делать так, как вы предлагаете, мы рискуем потерять часть азиатского рынка. Марина, а у вас какое мнение? Я слышал, вы ведущий аналитик в Киев Финанс?
В этот миг Юра посмотрел на меня, как на мины перед наступлением: Не вмешивайся!
Я радостно улыбнулась, гремнув браслетами:
Да что вы, Сергей Григорьевич! У нас в семье всей умной работой ведает Юра. А я фон, поддержка, атмосфера уюта. Даже не вникаю, иначе кожа портится.
Гости с трудом сдержали улыбки. Юра вспотел и едва не опрокинул подливку на брюки.
Я, не давая ему времени прийти в себя, с присущей наивностью добавила:
Максим говорит, что его подходы приносят миллионы. А мои анализы ерунда. Кстати, поделись, как ты хочешь поставить Excel в облако, как ты это назвал?
Сергей Григорьевич снял очки и посмотрел на Юру с интересом, как на древнего археологического жителя.
Вы всерьёз это предлагали?
Ну, я это была гипотеза лепетал Юра.
Вчера ж ты мне час разъяснял, что у тебя стратегия, а начальство тормоза! Я не спорю, я соглашаюсь! добавила я.
Юра от растерянности задел локтем миску с борщом, и красное пятно медленно расползлось по скатерти, как пятно на репутации. Гости ушли очень быстро, по дороге Сергей Григорьевич пожал мне руку и тихо сказал:
Марина Александровна, если надоест слушать глупости о борще, милости прошу ко мне есть место стратегу. Видно у вас есть талант расставлять всё по местам.
Юра едва сдерживал слёзы, когда провожал гостей. А потом повернулся ко мне:
Тебе это было нужно? Ты специально меня унизила?!
Я? Что ты, я лишь соблюдала правила твоей игры в согласие. Как фон для вектора.
Ты-то меня выгонишь из квартиры?!
Уже. Чемодан в прихожей, мама ждёт тебя в спальне у метро Почайна. Там и шторы, и ты глава, и никто не спорит.
Юра хотел что-то буркнуть, но я уже смотрела в окно там, где свежий воздух и ясная лунная ночь. Я чувствовала лёгкость. По квартире разливался запах свободы и чуть-чуть запечённой рульки, но это уже не важно.
Вот что записала себе: не спорьте с мужчиной, если он считает себя самым умным. Просто отойдите и наблюдайте, как сама жизнь обламывает дыру в его новой реальности. Шум от падения короны та самая музыка, что раздается прямо в женских сердцах.
