Да в общем, я пожал плечами, тебе не кажется, что мы уже не те, кто были раньше? Всё надоело, всё измоталось. Нужно дать друг другу передышку, иначе наш брак разойдётся по швам, Алёна. Ты сама всё видишь.
Алёна медленно поставила картошку на стол.
***
Дождь лил, будто бы из самого неба лили ведра. Я пробегал к автобусу, в магазин, потом забирал дочку из детского сада. Хорошо, что наш старший сын сегодня, впервые за год, сам пришёл за ребёнком из продленки. Плохо, что моя машина уже до послезавтра в сервисе, так что мне пришлось таскать сумки по улицам.
Маш, сними ботинки, они уже промокли, крикнула я, разбрасывая пакеты, иначе простудишься.
Василиса, умница, сразу сняла обувь на коврике, чтоб пол не запачкался, и побежала переодеваться.
Маш, сейчас налью чай! Подогрёшься!
С огромным усилием я донесла сумки до кухни и бросила их под стол. Спина болела, плечи пылали, а в голове лишь одно желание присесть. На работе всё наваливается, потом дети, магазины и ещё готовить.
Едва я успела снять плащ, как заметила сухие следы по всему дому. Грязные отпечатки мужских сапог, нагло топтавших свежевымытый пол в прихожей, на кухне, даже в зале!
Вчера я час тёрла полы до блеска, а теперь Женя, мой муж, оставил свои «автографы». Сапоги валялись под батареей, будто бы ктото их туда бросил.
Нельзя приходить домой в скандальном настроении, зажмурилась я, вспоминая мамин совет: не бросать мужа сразу претензиями, иначе быстрый развод. Но иногда сдержаться невозможно.
Я попыталась не кричать, ведь это же мой муж, отец наших детей. Но слова застряли в горле.
Жень, ты как ребёнок! Маш уже поняла, что не стоит бегать по дому в ботинках! позвала я, надеясь услышать извинения, я же вчера дважды полы мыла!
Тишина. Только монотонный стук дождя за окном.
В ванной я ополоснула лицо, подсушила волосы полотенцем и надела халат. От мужа ни звука. Может, поставил чайник? На кухне пусто, лишь грязная кружка с остатками кофе и крошки от печенья. Чайник пустой опять кипятил воду только для себя!
Не разобравшие сумки, я сама начала их распаковывать. Картошка, морковь, лук, курица обычный набор для ужина, а также молоко, йогурты, фрукты для детей. Я планировала немного отдохнуть, может, даже кофе выпить, придумать детям перекус, а потом заняться готовкой.
Заглянув в холодильник, нашла недоеденный суп Жени будем его ужинать, если понадобится. А пока готовить на завтра.
В этот момент в комнату вошёл Женя с игрушечным пианино, будто только что совершил подвиг. Он плюхнулся на стул.
Привет, пробормотал он, устало потирая переносицу, сегодня тяжёлая смена. Что ты там говорила? Мы с Машей разбирались с пианино. Не слышала?
Я слышала, но голова гудела, ответила я, вываливая картошку в раковину, твои следы по всему коридору говорят сами за себя. Жень, так трудно было протереть? Хотел бы хоть за собой убрать, а не оставлять всё в грязи.
Ой, да что ты! закатил глаза Женя, не заметил. Смотри, какая у меня работа. Пришёл домой, сразу снял ботинки, а на пол даже не посмотрел.
Я пробормотала: «Замотался», продолжая чистить картошку. Я знала, что ему сейчас нужен отдых, дети играют в пианино, а мне нужно накормить всех, потом мыть посуду и готовить на завтра, и ещё полы протереть.
Когда я почти закончила, он вдруг сказал, будто это мелочь:
Слушай, Алёна может, нам стоит пожить отдельно.
Я замерла с недочищенной картошкой в руке, уставившись на него, как на чужого.
Что значит «пожить отдельно»? переспросила я, чувствуя, как внутри сжимается комок, ты предлагаешь гостевой брак?
Для меня «гостевой брак» всегда был фальшивкой, отговоркой тех, кто боится ответственности. Я слышала, как в моей семье говорили, что это «временное решение», но для меня это было неприемлемо.
Да в общем, пожал плечами Женя, тебе не кажется, что мы уже не те, кто были раньше? Всё надоело, всё измоталось. Нужно дать друг другу передышку, иначе наш брак трещит по швам, Алёна. Ты сама всё видишь.
Я медленно поставила картошку на стол.
Все эти годы я жила с ним бок о бок, делила радости и горести, воспитывала детей. И вдруг он говорит, что наш брак трещит? Я ведь ничего не замечала.
Трещит по швам? эхом отозвалась я, а я всё просто живу: работа, дом, дети Может, тебе стало скучно? Я же не успеваю скучать. Нужно забирать старшего из продленки, младшей делать поделки в садик, уроки, кружки, секции Всё постоянно. И готовка, и работа.
Именно! воскликнул он, нашёл подтверждение своей правоты, всё дела! Быт однаковый день за днём. Прихожу с работы, а тут одно и то же: ты подаёшь однообразный ужин, старший просит помочь с математикой, младшая плачет от скуки. Я устал, Алёна. От этой серости, от рутины. И ты устала. Признай, что устала. Крутится, как белка в колесе, а конца нет Если так продолжаться, мы превратимся в соседей, которые лишь время от времени кидают продукты. Немного встряски может вернуть наш брак.
Я, как обычно, бегала по кухне, бросала картошку в кастрюлю, чистила лук, варила макароны. В голове был будто воздушный шарик.
Я всё делала для семьи, не требуя ничего. А он просто устал от «серости» и «рутины». Как будто семья должна быть как парк развлечений, где всё постоянно удивляет.
Я перееду к маме. Жильцам уже сказала съезжать, продолжал он, договор закончился. Почему бы и нет? Отдохну, подумаю, разберусь в себе
А как же мы? Дети? Как же я? Ты думаешь, нам будет легко? Что я им скажу? Что папа ушёл, но мы всё ещё женаты?
Я им скажу, что пока живу отдельно. Не навсегда, убеждал он, просто на время, чтобы разобраться в себе, понять, чего хочу от жизни.
А в нас ты не хочешь разобраться? убавила я газ под кастрюлей, в нашей семье? Или тебе легче просто уйти, чем пытаться чтото менять? Если тебе так невыносимо со мной, почему молчал раньше?
Алёна, сейчас не время, ладно? морщился он, без истерик. Я всё ещё тебя люблю, останусь твоим мужем. Я не прошу развод. Хочу просто немного побыть один.
Спокойно? усмехнулась я, ты предлагаешь обсудить, как бросишь свою семью, потому что тебе скучно и хочется чегото нового? Ты хочешь, чтобы я сидела и ждала, пока ты «разберёшься»?
Я просто буду ночевать в другом месте. Что такого? Я от вас не ухожу, это лучше, чем развод.
Я задумалась. Он намёк на развод? Я не хотела развода
Я перестала спорить. Вспомнила маму: чем больше ссор, тем хуже брак. Надеялась, что через месяцдва он вернётся. Но Женя не торопился.
Он превратился в «постояльца», который приходит вечером на пару часов, поиграть с детьми, поужинать, а потом исчезает в своей холостяцкой квартирке. Приходил чаще, чем я думала, и каждый раз мне приходилось надевать маску радушия, скрывая боль перед детьми.
Представьте субботу: я, с красными от недосыпа глазами, метаюсь по кухне, готовлю обед для детей, ужин для Жени, а ещё чтото «на вынос» для него, ведь он придёт «в гости». Деньги ушли на продукты, которые он съел за прошлый визит и с собой увёз. Он обещал вернуть, но обещания пустой звук.
Мам, хочу кашу! крикнул Вовка из комнаты.
Мам, а мне блинчики! подхватила младшая.
Сейчас, сладкие мои, только сегодня каши не будет, а блинчиков тоже нет, спотыкалась я, бегая от плиты к столу. Продуктов почти не осталось, до зарплаты ещё неделя.
Женя пришёл.
О, папа! радостно воскликнула Василиса, бросившись к нему.
Он, свежий и улыбчивый, обнял дочь, в руках пустая спортивная сумка.
Привет, мои хорошие! сказал он мне, получая лишь недовольный взгляд, Что сегодня вкусненького приготовили? И, Алёна, соберёшь мне те рубашки, что я не забрал в прошлый раз? В сумку.
Я показала на плиту, где варились щи, и на стол, где стоял салат.
Эх, щи он сделал недовольное лицо, я надеялся на чтото более сытное. Может, мяса?
Что ты хотел? отрезала я, у меня нет ресторана. И когда ты в последний раз давал деньги на продукты?
Не кипятись, усмехнулся он, я шучу. Ты же знаешь, я люблю поддразнивать. Деньги на детей дал три недели назад, помнишь?
Это называется «деньги»?
Он привёз лишь крошки. «Я тут не живу», ухмыльнулся он, «за меня платить не надо, только за детей. В следующем месяце постараюсь дать больше».
Я с трудом сдерживала желание бросить в него сковородку. Всё равно готовила блины, доставая муку.
Через час он, сидя за столом, поглощал блины со сметаной, листая телефон. Дети радовались, их желания сбывались.
Вкусно, мам! воскликнули они.
После обеда я начала собирать «паёк» для него: пюре, каши, упаковывала в контейнеры и кладывала в его сумку.
А зачем? спросил он, делая вид, что не понимает, хотя знал точно.
Чтобы ты не голодал, ответила я.
Шутка, повторил он свою привычную фразу, заберу, конечно. Завтра всё равно зайду, принесу чтото свежее.
А деньги на продукты не хочешь? спросила я.
Я их дал, сказал он, на детей, а не на себя.
Ты же тоже ешь, берёшь с собой, рубашку покупаю, а в бюджет мои деньги не попадают, возмутилась я.
Он лишь отметил, что у него тоже есть расходы: квартира, еда, бензин, коммуналка. «Это удар по кошельку», жаловался он, «завтра не приеду, у нас с пацанами пятничная традиция».
Однажды я увидела в интернете распродажу полушубков. Цены были почти даром. Я давно мечтала о таком, но каждый раз деньги уходили на более важные нужды. Когда я поделилась планом с Женей, он нахмурился и отрезал идею:
Какой полушубок? Ты с ума сошла? У тебя же нет денег? Как ты можешь тратить их на шубу, когда нам не хватает до зарплаты?
Я покупаю себе, удивилась я, у меня останется.
Тебя не напрягает, что ты со мной не советовалась? Мы должны решать всё вместе, наставлял он, я твой муж, и имею право знать, на что ты тратишь деньги.
Тут я поняла, что «гостевой брак» для меня не лёгок. На меня навалилось ещё больше обязанностей, а он живёт, как хочет, появляется как в столовой, ест и уходит. Я уже не ощущала мужа.
Ты живёшь отдельно, детей не поддерживаешь, деньги почти не даёшь, а когда придёшь, сразу «муж», с сарказмом ответила я, ты лишь гость.
Ну, Алёна он замялся, не зная, что сказать. Он привык, что я молчу и терплю.
Вот и всё, сказала я, раз мы живём раздельно, ты для меня не муж, а лишь папа по выходным. Забирай детей, корми их, развлекай, но больше не появляйся в квартире. Это мой дом. И никаких «ты мой муж». Я сама решу, что покупать и куда тратить деньги.
Он попытался начать новую лекцию, но время ушло.
Всё, разговор окончен, отрезала я, больше ничего не хочу слышать.
