Растишь из него не мужика
Зачем ты записала его в музыкальную школу?
Людмила Петровна вошла в квартиру, на ходу снимая перчатки.
Здравствуйте, Людмила Петровна, проходите. Я, конечно, рада вас видеть.
Ирония пролетела незамеченной. Свекровь швырнула перчатки на комод и повернулась к Марии.
Костя мне по телефону уже рассказал! Светится весь, говорит на фортепиано играть будет! Это что вообще такое? Ты из него девочку растишь?
Маша медленно закрыла дверь. Спокойно. Аккуратно. Всё, чтобы не взорваться и не закричать.
Значит, ваш внук будет учиться музыке. Он этого очень хочет.
Хочет! свекровь презрительно фыркнула. Ему шесть лет, он и сам не понимает, что ему хочется! Это ты должна решать. Мальчик, наследник, мой внук а ты кого из него делаешь?
Людмила Петровна прошла на кухню, уверенно нажала кнопку электрочайника. Маша медленно двинулась вслед, сжав зубы, пока не заныло всё внутри.
Я хочу, чтобы он был счастлив.
Ты хочешь, чтобы он стал тряпкой! свекровь развернулась, уперев руки в бока. Ты бы лучше на футбол его записала! Или на борьбу! Чтобы мужиком рос, а не пианистом каким-то!
Маша оперлась на дверной косяк, считая про себя до пяти. Не спасло.
Костя сам попросил. Сам. Ему музыка нравится.
Нравится ему! махнула рукой свекровь. Сергей в его возрасте в хоккей гонял во дворе, с мальчишками во всю! А твой будет эти свои гаммы лупить? Позорище!
Внутри Маши что-то надломилось. Она сделала шаг к свекрови.
Вы всё сказали?
Нет, не всё! Я давно хотела…
А я давно хотела сказать: Костя мой сын. Мой. Воспитывать буду как считаю нужным. Вам вмешиваться не позволю.
Людмила Петровна покраснела.
Ты… как ты разговариваешь со мной?!
Уходите.
Что?!
Маша прошла в прихожую, сняла с вешалки пальто свекрови и сунула ей в руки.
Уходите из моего дома.
Ты меня выгоняешь?! Серьёзно?!
Она открыла входную дверь, взяла Людмилу Петровну за локоть и подтащила к выходу. Свекровь сопротивлялась, пыталась вырваться, но Маша оказалась решительнее. Она вытолкнула ее за порог.
Я своего добьюсь! завопила внуковая бабушка, лицо перекосилось от злости. Слышишь?! Не дам угробить моего единственного внука!
До свидания, Людмила Петровна.
Сергей всё узнает! Я ему расскажу!
Маша захлопнула дверь. Прислонилась к ней, выдохнула медленно, выпуская всё напряжение.
Еще минуту за дверью слышались приглушённые возмущения, потом шаги и наступила тишина.
Свекровь окончательно достала её… Постоянные замечания, советы, поучения: как кормить, что одевать, куда водить. А Сергей проблемы не видит «мама заботится», «она опытнее», «ну что тебе стоит, Маш, выслушай». Маму боготворит, каждое слово закон. Маша вынуждена терпеть. День за днем.
Но не сегодня.
Сергей пришёл домой к восьми. Маша сразу поняла, что свекровь уже позвонила мужу по тому, как Сергей бросил ключи на тумбочку, как тяжело прошёл на кухню.
Костя, солнышко, посиди немного здесь, Маша присела перед сыном, надела ему наушники и включила любимый мультфильм про роботов. Нам надо с папой поговорить.
Костя кивнул, уткнулся в планшет. Маша закрыла дверь в детскую и пошла на кухню.
Сергей стоял у окна, скрестив руки на груди, даже не посмотрел на жену.
Ты выгнала маму.
Констатация, не вопрос.
Я попросила её уйти.
Ты вытолкала её за дверь! Она два часа плакала мне в трубку! Два часа!
Маша села к столу. Ноги налились тяжестью за день работы, а тут ещё это…
А тебя не удивляет, что она меня унизила?
Сергей растерялся на секунду, потом нервно махнул рукой.
Она просто волнуется о внуке. Что тут плохого?
Она обозвала нашего сына тряпкой. Шестилетнего ребёнка, Серёж.
Ну, погорячилась, бывает. Но мама в чём-то права, Маш. Мальчику нужен спорт, характер…
Маша долго смотрела на мужа, пока тот не отвёл взгляд.
Меня в детстве заставляли ходить в гимнастику. Мама решила будешь гимнасткой, и точка. Пять лет, Серёж. Пять лет я плакала перед каждой тренировкой: шпагаты через боль, худела, умоляла забрать.
Сергей молчал.
Я теперь не могу видеть спортзалы. Никогда. И сыну этого не дам. Захочет сам пойдёт. Но только если сам. Через силу не пущу.
Мама просто желает хорошего…
Пусть заведёт себе ещё сына и воспитывает как хочет, Маша поднялась. А Кости я не дам ни тебе, ни ей ломать.
Сергей хотел что-то сказать, но Маша уже ушла из кухни.
Вечер прошёл в тишине. Мария уложила Костю, долго сидела рядом, слушая ровное дыхание.
Следующие два дня прошли молча. Потом Сергей на ужин пошутил, Маша улыбнулась лёд начал таять. К пятнице разговаривали нормально, но тему свекрови избегали.
В субботу утром Маша внезапно проснулась. На часах восемь. Слишком рано. Рядом сопел Сергей, Костя наверняка спал.
Что разбудило?
Из прихожей донесся глухой металлический звук. Поворот ключа.
Маша выскочила, схватив телефон, на цыпочках прокралась в коридор.
Дверь распахнулась.
На пороге, с ключами и победной улыбкой Людмила Петровна.
Доброе утро, невестушка.
Маша стояла босиком на холодном полу, в растянутой футболке, а свекровь смотрела с высоты полное чувство права прийти сюда рано утром.
Откуда у вас ключи?
Серёжа дал. На днях заходил, оставил. Говорит мама, прости её, она не хотела обидеть. Вот так он тебя передо мной оправдывает!
Маша моргнула, пытаясь уложить всё сказанное.
Что вы здесь делаете?
За внуком пришла, уже снимая пальто. Собирайся, Костенька, сегодня первая тренировка по футболу! Я тебя записала!
Ярость вспыхнула мгновенно. Маша бросилась в спальню.
Сергей притворялся спящим, но было видно по напряжённым плечам.
Вставай!
Маш, потом…
Маша сдернула одеяло, схватила за руку и потащила в гостиную. Муж спотыкался, пытался вырваться, но Маша держала крепко.
Людмила Петровна на диване, листает журнал.
Ты дал ей ключи, резко остановилась Маша, всё ещё держа мужа. От моей квартиры.
Сергей мнётся, переминается.
Квартира моя, Серёжа. Я её купила до брака. На свои деньги, честно заработанные. Ты как посмел отдать своей матери ключи от моего дома?
Ой, какая мелочность! свекровь подняла глаза. Всё только о себе! А Серёжа думает о сыне, вот и дал мне ключи чтобы я могла нормально общаться! А ты меня выгонила!
Не смейте вмешиваться! отрезала Маша.
Людмила Петровна задохнулась от возмущения, а Маша смотрела только на мужа.
Костя не пойдёт на футбол, пока сам не захочет.
Не тебе решать! свекровь вскочила с дивана. Ты вообще никто временное явление! Серёжа терпит тебя только ради ребёнка!
Тишина.
Маша медленно повернулась к мужу. Он молчал, голову опустил.
Серёж?
Ни единого слова в защиту.
Хорошо, кивнула Маша. Холодно, спокойно. Временное явление заканчивается сейчас. Забирайте своего сына, Людмила Петровна, а Серёжа больше мне не муж.
Ты не сможешь! свекровь побледнела. Не имеешь права!
Серёжа, смотрит в глаза. У тебя полчаса. Собирай вещи и уходи. Или я выгоню тебя как есть, хоть в пижаме.
Маша, поговорим
Уже поговорили.
Повернулась к свекрови и криво улыбнулась.
Ключи оставьте себе. Я сегодня замки поменяю.
Развод занял четыре месяца. Сергей пытался вернуться, звонил, приезжал с цветами. Людмила Петровна грозила судами, опекой, связями но Маша наняла адвоката и перестала отвечать.
Два года промелькнули незаметно
Актовый зал детской школы искусств гудел от голосов. Маша сидела в третьем ряду, сжимала в руках программу: «Константин Воронов, 8 лет. Бетховен, Ода к радости».
Костя вышел на сцену серьёзный, сосредоточенный, в белой рубашке и чёрных брюках. Сел к роялю, положил руки на клавиши.
Первые ноты заполнили зал, мама замерла, забыв дышать.
Её сын играет Бетховена. Восьмилетний мальчик, который сам попросился в музыкалку, сам часами учился, сам выбрал пьесу для концерта.
Когда последний аккорд стих, зал взорвался аплодисментами. Костя поклонился, взглядом нашёл маму счастливо, широко улыбнулся.
Маша хлопала, а по лицу катились слёзы.
Всё правильно. Она не дала сломать сына ради чужих представлений о «мужественности», не пошла на поводу, не испугалась одиночества.
Так и поступает настоящая мать: она выбирает счастье своего ребёнка, а своё сердце наполняет гордостью за то, что смогла поставить его в жизни на самое главное место.
Настоящее счастье не измеряется чужим мнением. Оно рождается там, где мать слышит сердце своего ребёнка.
