В нашем семействе было две дочери: я и Оксана. Но всем было ясно, что Оксана занимает особое место в сердцах родителей, и они даже не пытались скрыть это. Их любовь к Оксане проявилась с самых ранних лет. Все самое лучшее доставалось ей, а мне перепадали лишь остатки и одежда, которую уже носила сестра. К тому же, Оксана поразительно походила на наших родителей и была редкой красавицей, словно со старой иконы. Я же походила на дядю по отцу, а он, мягко говоря, был человеком не особенно приятной наружности. Родители даже называли меня некрасивой, будто я была невидимкой.
Когда мы окончили школу, родители купили Оксане квартиру в центре Киева и сразу начали ремонт. Меня же отправили жить к бабушке в её уютную, но странно пахнущую трехкомнатную квартиру, где окна всегда были запотевшими. В это время бабушка сильно заболела: мне приходилось бежать домой после занятий, чтобы ухаживать за ней, наполняя чайник и проверяя лекарства, словно в каком-то сне, где утро смешивается с ночью. В один из вечеров бабушка прошептала мне: она хотела оставить квартиру родителям. Я изо всех сил просила маму и папу помочь мне, ведь одной было тяжело заботиться о больном человеке и вставать по ночам, но они утверждали, что заняты ремонтом для Оксаны.
Перед самым уходом бабушка вдруг, сквозь сон и хрустящую постель, открыла тайну: она накопила немалую сумму гривен исключительно для меня, спрятав их в старой коробке, где хранились письма и ленточки. Не говори родителям, сказала она, забери себе эти деньги и молчи. После похорон родители устроили целое расследование, перевернули квартиру вверх дном, заглядывая в каждый шкаф и даже в чайник, но их поиски были бесплодны деньги они так и не нашли.
Я уже к тому времени приобрела небольшой двухкомнатный апартамент на окраине Львова и приступила к ремонту, наняв рабочих, которые приходили с рассветом и исчезали к вечеру. Но пока всё это длилось, я продолжала жить в бабушкиной квартире, где вечерами из радиоприёмника доносился странный голос, будто призрак. Через пару месяцев родители пришли ко мне и сообщили, что хотят сдавать квартиру Оксане требовалась финансовая помощь, ведь её сестра с трудом справлялась с расходами. Я спросила, могу ли забрать себе ту квартиру, но они сказали, что я уже взрослая и должна сама строить свою жизнь, будто бы я давно выпала из их снов.
И так я поступила. Когда моя квартира была готова, я перенесла туда все свои вещи, включая старого плюшевого медведя и пару книг на украинском языке. Вскоре я встретила молодого человека, и наша связь была крепкой, словно сон без пробуждения. Но как только родители узнали, что у меня теперь есть собственное жильё, они объявили меня воровкой, будто бы я краду что-то у них каждую ночь. Устав от постоянных обвинений и преследований, я сказала им уйти из моей жизни, и порвала все контакты, словно обрезала нить сна, который наконец стал моим и только моим.
