Мы встретились с Русланом на лекции по квантовой физике в МГУ. Обычное занятие, но именно среди уравнений о множестве вселенных я увидела в нём родственную душу.
Он сидел позади, и я ощутила его взгляд тёплый, искренний. После пары Руслан подошёл, запинаясь:
Извините, я предыдущий урок пропустил. Вы, судя по конспекту, пишете аккуратно. Не могли бы одолжить тетрадку на пару дней?
Конечно, ответила я, меня зовут Людмила. Пойдем на «ты»? Ты Руслан, верно?
Он кивнул, а я уже запустила разговор.
Мы направились в столовую, и за чашкой кофе болтали, будто знакомы сто лет: о книгах, преподавателях, абсурдности бытия и о том, как декабрь пахнет осенью. Руслан оказался тем, с кем легко говорить и с кем молчание звучало лучше любых слов. С первого дня он стал моим лучшим другом.
Через три месяца он пришёл к моему окну с букетом нежных тюльпанов и предложил выйти замуж. Я кивнула «да», ведь всё выглядело логично. Все вокруг восклицали: «Вы созданы друг для друга!». Мы чувствовали себя двумя половинками одного пазла, лишь забыв одно между нами не горела страсть, не вспыхивала та искра, от которой кровь закипает, а дыхание замирает.
Наша брачная ночь прошла тихо и мило: мы смеялись, пролили шампанское, болтали до утра, а потом, устав, обнялись, как два уставших ребёнка. В тот же миг я ощутила холодный укол тревоги будто обняла самого дорогого человека, но не почувствовала того электричества, о котором пишут в романах.
Жили мы спокойно: готовили вместе, ходили в кино, читали друг другу вслух. Это было уютно и безопасно, словно надев самые удобные в мире тапочки. Однажды моя подруга Надежда, глядя на нас, вздохнула:
Вы словно супруги, прожившие тридцать лет вместе.
В её голосе звучала не восхищённость, а жалость. Эта мысль поселилась в моём сознании. Я начала замечать, как всё чаще задерживаюсь, глядя на незнакомцев в метро, не потому что они лучше Руслана, а потому что их взгляд отличается.
Полгода спустя наступил момент истины. Мы сидели на кухне, Руслан, сияя, рассказывал о новой научной статье. Я смотрела на его умный, добрый профиль, когда меня охватила волна холодной, кристальной ясности: «Я не люблю этого человека так, как должна любить мужчину».
Это не была ненависть, а горькое осознание, что мы ошиблись, приняв крепкую дружбу за любовь.
Той ночью я не смогла заснуть. Лежа рядом, я чувствовала себя чудовищем как я могу ранить того, кто для меня дороже всего? Ещё страшнее было мыслить о жизни без любви для нас обоих.
Утром, пока Руслан варил кофе, я призналась, глядя в стол:
Руслан, я больше так не могу. Я тебя не люблю. Прости, это была ошибка.
Он замер, кофейник в руке.
Что ты имеешь в виду? голос его задрожал.
Мы не муж и жена. Мы друзья. И, надев кольца, мы убили эту дружбу.
Руслан поставил кофейник, сел, засунул лицо в ладони, его плечи подрагивали. Моё сердце разрывалось. Я хотела схватить его, отозвать слова, но знала это лишь усилит боль.
Почему? выдохнул он. Что я сделал не так?
Ничего! я вспыхнула. Ты идеален, но между нами нет страсти. Я в двадцать три года хочу огня, а ты тихий, надёжный свет. Я не хочу, чтобы ты всю жизнь горел этим светом, никому не нужным.
Развод оформили быстро. В тот день солнце светило ярко, погода была безупречна. Руслан выглядел бледным и потерянным. Он держал всё в себе, а мне от этого только хуже. Я была тем, кто бросил его в эту ситуацию.
Давай не будем терять связь, всхлипнула я, пожалуйста, ты мой лучший друг.
Он посмотрел, и в его глазах отразилась глубокая боль, которой я сожалела. Руслан не мог представить, как вернуть дружбу.
Я не знаю, Людмила, сказал он честно. Мне нужно время.
Он ушёл, а я осталась одна, чувствуя, что своими руками разрушила самую ценную связь. Глубоко внутри, под тяжестью вины, теплился крошечный огонёк надежды надежда, что когданибудь мы снова будем смеяться вместе, уже как друзья.
Когда рана успокоилась, Руслан понял, что я была права: переводить отношения в романтическое русло было ошибкой. Через какоето время обида ушла, и мы снова начали общаться. Он больше не пытался вернуть меня, не создавал неловких ситуаций, не вспоминал о браке, даже в шутку. Наоборот, стал моей закадычной подругой.
Когда приходила грусть, я могла позвонить ему, приехать и выплакаться после разрыва с очередным мужчиной. На личном фронте у Руслана всё было не особо: женщины находили его привлекательным, образованным, молодым, но каждое знакомство быстро заканчивалось, чегото не хватало.
Он всё ещё любил меня, но выражать это смог только спустя годы. Через три года в отпуске меня очаровал мужчина из Тюмени. Мы провели две волшебные недели, и перед отъездом Сергей внезапно сделал предложение. Я согласилась.
О новостях Руслан узнал от моего брата. Он был так опечален, что отказался встретиться со мной перед отъездом:
Нет, Людмила, прости, много работы, сказал он сухо, отклоняя моё приглашение посидеть вдвоём.
Брат уже на вокзале рассказал, что Руслан всё это время тайно надеялся меня вернуть, а теперь свадьба, переезд в другой город.
Теперь твоему бывшему придётся избавиться от безответной любви, сказал он, прощаясь.
Мой муж тоже утверждает, что дружбы между мужчиной и женщиной не бывает. Я быстро заскучала по Руслану, сначала чувствуя вину, потом понимая, как сильно скучаю по нашим разговорам, ведь никому нет лучше меня. В конце концов, у меня не было лучшей подруги, чем он.
Через три года я позвонила ему и пригласила в гости «приезжай, крестить сына». Он сразу согласился, без вопросов.
На перроне я встретила его одна.
Ты совсем не изменилась, сказал я, улыбаясь.
Ты както возмужал, стал серьёзнее, ответил он.
Да, я всё время не спала, волновалась продолжала я.
Прости меня за то, что уехала, не поговорив до конца, вдруг прошептала я. Боялась, не знала, как сказать. Было тяжело расставаться.
Он посмотрел удивлённо, в его глазах я увидела облегчение, которое чувствовала сама.
Всё в порядке, выдохнул он. Я обиделся, как ребёнок, но теперь всё ясно. Мы могли бы просто поговорить и остаться друзьями.
Через час мы были в его квартире, где он познакомился с мужем Светы и их энергичным сыном. Три дня пролетели незаметно. Руслану понравился суровый нефтяник Сергей, а со Светой они вспоминали всё, кроме того, что предшествовало её отъезду. Он не спрашивал, счастлива ли она, но видел это в её спокойных глазах, в рассказах о муже, в материнском умиротворении. Это счастье не ранило его, а согревало.
Надеюсь, вы придёте в гости к нам ещё, сказал Руслан, уезжая, без нотки фальши. Призрак безответной любви наконец умер.
Света улыбнулась, глаза её засияли.
Обязательно. Сначала найдём ту самую, и будем дружить нашими семьями.
Они обнялись дружески, без тени старой боли. Руслан поднялся в вагон, помахал в окно и сел на своё место. Поезд тронулся.
Смотрел на мерцающие огни города, и тяжесть ушла. Вместо неё появилось странное, новое чувство лёгкость.
