Несправедливость
Мама, переспросила Екатерина, Почему мне пришло не миллион рублей? Только триста тридцать тысяч… Что за сумма такая странная
Через дверь в ванную было слышно, как у мамы работает фен. Она выключила его, и, шумно вздохнув, ответила:
Всё верно, Катюша, мама, Мария Сергеевна, распорядилась чужим наследством привычно деловито. Триста тридцать. Как и договаривались.
Но Екатерина точно знала ей должно было прийти гораздо больше.
Триста тридцать? Мама, а где остальные шестьсот семьдесят? Папа завещал мне квартиру, после продажи я почти миллион ждала. Ты должна была всё перевести, когда квартиру продала.
Ой, Кать, ну не начинай ты опять со своими подсчётами, лениво ответила Мария Сергеевна. Ты же знаешь, я всё по справедливости делила.
По какой, извините, «справедливости»? скрип старого паркета под ногами будто поддерживал её возмущение. Я выдала тебе доверенность на продажу квартиры, которая мне по наследству досталась от моего отца. И просила перевести всю сумму. Где мои деньги?!
Эх, зря Екатерина расслабилась. Всё оказалось не так просто, как хотелось.
Перевела же! в ответ вновь загудел фен. Я ведь как мать поступила. По совести. Разделила между всеми детьми. Поровну. Вот твоя законная треть.
Хотя Екатерина была уверена: ей причиталось всё.
Разделила на троих? Меня и моих братьев? Екатерина вспоминала отчимовых сыновей Сергея и Антона. Мама, это мои деньги! Мой отец. У нас вообще-то разные отцы, если что-то забылась.
Какая разница, кто отец? мама отложила фен и принялась укладывать волосы, глядя на себя в зеркало. Деньги семейные. Все вы мои дети. Что мне, смотреть, как ты одна распоряжаешься целым капиталом, а братья на тебя с завистью косятся? Не по-людски. Я уравняла шансы. Так правильно.
Оказаться бы снова в том дне, когда доверенность подписывала выдала бы себе крепкую затрещину за такую наивность.
Поровну, значит? Просто поделила мой миллион на три части. Где ещё сто тысяч, мам? Квартира ведь больше миллиона стоила.
Было там чуть больше миллиона ну вычеты, налоги, мрот, небрежно отмахнулась Мария Сергеевна. Я округлила. Разницу себе взяла за труды. Ты бы сама с этой возней справилась? Нет, вот и не ворчи. Я всё сделала, пока ты работала.
Ты уж слишком утомилась, правда?
Не говори так, резко бросила мама. Твой отец был твоим, но я твоя мать, а потому решаю я. И к тому же, ты старшая, взрослая девочка, тебе меньше надо, чем мальчишкам. Им скоро семьи заводить надо, а ты себе начнёшь мозги забивать, да и ладно.
Так мне, выходит, не надо думать о семье? Или мне можно жить кое-как, потому что я девочка, от меня больших дел не ждут? улыбнулась Екатерина холодно. Переводи остаток, мама. Прямо сейчас.
Нет.
Коротко и отрывисто. Точка.
Мама знала, что Екатерина ничего не будет предпринимать кто на собственную мать в суд подаст? Да и кто поддержит: вон сколько умов сразу осудят. Да и мама всё же мама. Хоть какое-никакое общение не рушить же всю семью из-за денег.
Через пару недель Екатерина заметила в социальных сетях братья уже похвастались: Сергей выложил фотографию у новенькой синей «Лады Весты», Антон фото с подписью: «Моя ласточка!»
Каждому по машине. Ну что ж, Екатерина поступила иначе: отложила свои триста тридцать тысяч, решила не спешить. Как бабушка говорила: «Терпение моё богатство».
Прошёл год. Екатерина работала, копила, мечтала. Отпустила ситуацию, но не забыла вовсе. Мать звонила, рассказывала новости, как будто ничего особенного и не произошло.
Но однажды звонок, голос у матери тихий, взволнованный, даже страшновато стало.
Что случилось, мама?
Бабушка… бабушка Сергея и Антона… ушла сегодня утром.
Екатерина почувствовала странную отстранённость эта бабушка для неё не была близким человеком; обыкновенно говорила о ней как о маминой свекрови, не бабушка а так, родственница по отчиму. Но по-человечески, понятное дело, жалко.
Ой, сочувственно пробормотала Екатерина, Соболезную.
Столько хлопот: похороны, бумаги… я совсем одна, мальчишки теряются, не знают с чего начать. Приедешь? Поможешь?
Мам, у меня работа. Я и так еле отпрашиваюсь, а для похорон человека, к которому я едва трижды приезжала извини, не получится.
К той бабушке её никогда даже в гости не брали.
Очень надо! взмолилась мама. Помоги хоть чем-нибудь.
Приехать не могу, но помогу деньгами. Сколько нужно? Скажи переведу сейчас.
Мама помялась, но лишние деньги всегда кстати.
Это, конечно, не то… ну двадцать тысяч добавишь?
Сделаю. Екатерина секунду помолчала и добавила: А ещё я тебе переведу чуть больше на хозяйство и суету, чтоб ни о чём не переживала. Такой мой вклад в память.
Спасибо, Катюша, вздохнула мама с облегчением. На тебя всегда можно положиться
Отключившись, Екатерина испытала смутное удовлетворение не поехала, но помогла. Теперь никто не сможет упрекнуть.
Полгода спустя похороны забылись, братья обзавелись новыми игрушками то машинами, то телефонами, гуляли на полную катушку.
В один обычный вторник Екатерина решила: пора действовать. Позвонила маме, сидя в столовой при институте, обсуждая планы на очередное совещание.
Привет, мамуля! Как у вас дела?
Катюша, всё по-старому. Антон новую работу нашёл, повыше платят. У Серёжи тоже всё хорошо девушку встретил.
Рада за них, ответила Екатерина. Мама, хотела уточнить насчёт одного дела
Какого ещё дела? осторожно спросила мама.
Уже прошло полгода с тех пор, как бабушки не стало. Наследство оформили?
Разговор дался тяжело почти как в тот день, когда Екатерина спрашивала про триста тридцать тысяч.
Кать, а это к чему всё? Оформили, конечно.
Вот я и интересуюсь: где моя часть наследства?
Какого наследства? мама сразу стала строить из себя непонимающую, но Екатерина уже знала эти интонации сейчас последует враньё.
Наследство от бабушки.
Но она же не твоя бабушка!
А имеет значение? Екатерина терпеливо подводила маму к её же логике. Ты всегда говорила, что нельзя кого-то из детей обделять. Помнишь, когда мой миллион делила на всех поровну.
Кать, это другое! резко оборвала мама. Это совсем другая ситуация!
Чем же отличается? Ты сама придумала, что всё делится между детьми, потому что ты мать, и имущество одно на всех! Вот теперь наследство общее, я же тоже твой ребёнок.
Ну, Катя, не сравнивай…
Как удобно повернулось! усмехнулась Екатерина. Когда делили мой миллион, оказалось, что имущество надо делить между всеми, а как бабушкина квартира уже только братьям?
Не придирайся к словам! разозлилась мама. Неужели ты всерьёз собралась претендовать на наследство моей свекрови? Как я это мальчикам скажу?
Я лишь хочу, чтобы мои права уважали. Ты воспользовалась моим доверием, отдала моим братьям часть моих денег только потому, что «вы все дети одной матери». Логика, которая подошла тебе тогда, должна подойти и сейчас. Ты же помогала им с оформлением?
Деньги уже потрачены, Катя…
На что? Машины? Ремонт? А я тоже человек мне тоже причитается. Почему мне, как девочке, нужно довольствоваться меньшим, чем братьям?
Мама замолчала, видимо, раздумывая как выбраться из ямы, которую сама вырыла год назад. В их семье так было всегда: отчим отец для братьев, им всё лучшее. Та бабушка и вовсе на Катю косилась чужая девчонка не внучка. Да и мама ни разу не заступилась.
Катя, какой же ты человек! вздохнула наконец мама. Зачем тебе эти деньги? Ты и так работаешь, молодая, здоровая, самостоятельная. А ребятам надо семьи строить. Мужчины, им сложнее…
То есть твоя позиция: наследство отца общее, потому что мы братья и сестра, а наследство бабушки братьев личное, потому что они мужчины, а я «девочка, от которой мало что требуется»?
Не груби! вспылила мама. Вот уж не ожидала от тебя такой жадности.
Мама не умела признавать свои ошибки. У Екатерины в семье всегда были двоякие стандарты.
Мама, возможно, ты не в курсе, но по той доверенности ты должна была перевести мне всё до копейки. А до окончания срока исковой давности ещё есть время. Я ничего не намекаю, просто подумай.
Кать! Ты что, мне угрожаешь?! мама перешла на шёпот.
Нет, мама. Но если ничего не изменится, я могу обратиться за помощью. Решай сама.
Через месяц на счету Екатерины оказались все полагающиеся ей деньги и тишина. Только в социальных сетях блокировка от родной матери.
