28 октября, в субботу
Сегодня снова пришлось спасать внуков и платить за свою «неосторожность». Оксана, моя дочерняя невестка, пришла к нам утром, просив присмотреть за её сыновьями семилетним Артёмом и пятилетним Дениской.
Валентина Петровна, вы сможете проследить за мальчишками? спросила она, глядя на меня с мольбой в глазах. Я улыбнулась, гляну на внуков, уже стоящих в прихожей и бросающих кроссовки в кучу.
Конечно, Оксаночка, не переживай. Мы с мальчишками отлично проведём время, ответила я, гладя свои седые косы, собранные в аккуратный пучок.
Оксана поцеловала сыновей в макушки, прошла к двери и исчезла за порогом. Я нежно провела рукой по волосам, потом обернулась к внукам. Артём уже тянул Дениску в гостиную, где стоял телевизор.
Бабуля, а можно мультики посмотреть? закричал Дениска.
Можно, милый, только сначала руки помойте и позавтракайте. Я только что испекла блины с творогом, ваши любимые, сказала я, направляясь на кухню.
Блины уже ждали меня на плите, золотистые и ароматные. Готовка для внуков мой способ ощущать себя нужной. После выхода на пенсию три года назад я часто принимала их к себе, пока Оксана с Павлом были на работе.
Я накрыла стол, вспоминая разговор по телефону с подругой Тамарой. Она переехала в Краснодар четыре года назад, ближе к морю, а свою московскую квартиру оставила дочери Алине. Алина своенравная и избалованная девчушка, в свои тридцать два работает в интернете, зарабатывает прилично, судя по дорогой одежде и частым поездкам за границу.
Бабуля, а сметана есть? заглянул Артём.
В холодильнике, солнышко. Достанешь сам или помогу? ответила я.
Я сам! с гордостью открыл он дверцу холодильника.
Мы с внуками наслаждались блинами, обильно смазанными сметаной, а я рассказывала им об осеннем лесе и походах за грибами с их дедушкой. После завтрака мальчишки бросились к мультфильмам, а я занялась мытьём посуды.
Зазвонил телефон Тамара.
Валюш, привет! Я в Москве на три дня. Приходи к Алине в гости, посидим, поболтаем, скучала ужасно! услышала я.
Я обрадовалась, ведь не виделась с ней уже год, общаясь лишь по видеосвязи.
Тамарочка, хотелось бы, но у меня внуки на выходных. Оксана их оставила, ответила я.
Возьми их с собой! У меня квартира большая, места хватит, предложила она.
Я задумалась. С одной стороны, хотелось увидеть подругу, с другой таскать детей в гости было неудобно.
Хорошо, согласилась я. Предупрежу их, чтобы вели себя прилично.
На следующее утро я одела внуков потеплее: Артёму синий свитер с машинкой, Дениске зелёную толстовку с динозавром. На себя накинула самое красивое пальто цвета кофе с молоком, которое хранила для особых случаев.
Мальчики, едем к моей подруге. Там живёт её дочка, тётя Алина. У неё много дорогих вещей, не трогайте без спроса, сказала я.
Хорошо, бабушка! ответили они хором.
Квартира Тамары встретила нас ароматом дорогого парфюма и блеском белоснежных стен. Тамара обняла меня, поцеловала в обе щеки, выглядела стройной и загорелой после летних каникул у моря.
Валюша, ты молодец, что приехала! Проходи, заходи, сказала она, пока Алина занялась делами.
Мы прошли на огромную кухню с островом и барными стульями. Внуки прижимались ко мне, оглядываясь вокруг. Всё выглядело хрупким и дорогим стеклянная посуда, керамические вазочки, блестящая техника.
Мальчики, вот вам сок и печенье, предложила Тамара, ставя угощения на стол. Можно посмотреть телевизор, там множество детских каналов.
Артём и Дениска взяли по стакану сока и пошли в гостиную. Я проводила их взглядом.
Не бойтесь, там ничего ломать нельзя, отмахнулась Тамара. Расскажите, как живёте.
Мы болтали о здоровье, родных, ценах. Тамара жаловалась, что в Краснодаре летом слишком жарко, я что колено болит в дождливую погоду. Обычные разговоры женщин за шестьдесят.
Вдруг из гостиной донёсся грохот, а затем крик Дениски.
Я бросилась в комнату, опрокинув чашку с чаем. На полу лежал ноутбук тонкий серебристый, экран разбит пополам. Артём стоял бледный, как мел, Дениска рыдал, размывая слёзы по щекам.
Мы хотели мультфильмы включить пробормотал Артём. Он лежал на диване, думали, что можно
Тут вошла Алина, увидела разбитый ноутбук и мгновенно взбешилась.
Что случилось?! Это мой рабочий MacBook! На нём все проекты! закричала она.
Алиночка, успокойся, дети не сделали это намеренно попыталась вмешаться Тамара.
Не намеренно? Мне плевать! Это MacBook последней модели, я купила его за двести пятьдесят тысяч рублей! орёт она, глаза полны ярости.
Шум её крика пронзил меня в висках. Я прижала к себе дрожащих мальчишек.
Я возмещу ущерб, прошептала я, простите, пожалуйста. Дети ничего плохого не хотели.
Возместите? Серьёзно? смерила меня Алина презрительным взглядом. И когда? Мне ждать десять лет, пока вы отдадите по пять тысяч в месяц с пенсии?
Алина, хватит! воскликнула Тамара, но Алина отвернулась.
Ты всё испортила! Привела сюда этих вандалов! У меня сроки, а теперь всё разрушено!
Я обняла внуков, сжала их в тисках.
Мы уйдём, сказала я, стараясь сохранять достоинство. Я отправлю вам деньги, как только смогу. Дайте номер карты.
Алина, скрипя зубами, продиктовала цифры. Я записала их дрожащими пальцами в телефон. Тамара провела нас до двери, шепнув на прощание:
Не обижайся, Валя. Она просто на нервах, работа тяжёлая.
Я кивнула, хотя внутри всё горело от унижения. В метро мальчишки молчали, прижимаясь к мне с обеих сторон. Дома я накормила их супом и уложила спать.
Вечером пришли дети Паши. Я собрала всё с собой и рассказала о происшествии.
Двести пятьдесят тысяч рублей, повторила я, глядя на Оксану. Может, поможете хотя бы частично? Я понимаю, что дети шалили, но
Оксана слушала, губы сжаты. Её красивое лицо с безупречным макияжем оставалось непроницаемым.
Валентина Петровна, вы же взрослый человек. Вы взялись присматривать за детьми будьте добры, несите ответственность. Вы не уследили, значит и платите, её слова резали в самое сердце.
Я посмотрела на сына, который молча надевал обувь внукам.
Паша… начал я, но он перебил.
Мам, Оксана права, сказал он, не поднимая глаз. Ты должна была внимательнее следить за мальчишками. Это твоя ошибка.
Семья, самые близкие люди, разошлись, оставив меня в полумраке кухни. Пенсия у меня девятнадцать тысяч рублей. Коммунальные услуги семь тысяч. На еду и лекарства ещё восемь тысяч. Оставалось четыре тысячи, которые обычно откладывала на подарки внукам.
Кредитный договор в банке: процент «драконий», выплаты двенадцать тысяч в месяц три года. Больше половины моей пенсии уходит на долг.
Я отправила Алине деньги в тот же день. Она лишь ответила смайликом с поднятым пальцем.
Прошёл месяц. Внуков больше не приводили. Я звонила сыну, но он отвечал односложно: работа, нет времени, дети в садике. Затем признался, что они больше не хотят ездить ко мне, ведь я не могу покупать им подарки и готовить вкусную еду.
На день рождения Артёма я смогла купить лишь недорогой конструктор. Оксана приняла подарок с видом, будто ей вручили чтото непристойное.
Спасибо, Валентина Петровна. Мы уже купили ему приставку, так что сказала она, отмахиваясь.
Тамара перестала отвечать на звонки. Через две недели пришло сообщение:
«Валя, извини, но изза тебя я с Алинкой поссорилась. Она теперь со мной не разговаривает, говорит, что я виновата, что позвала вас. Лучше пока не общаться».
Сижу в своей крошечной кухне, гляжу на экран телефона. На столе лежат квитанции за свет, газ, капитальный ремонт и кредитный договор. В холодильнике пакет молока, хлеб, немного гречки. До пенсии ещё неделя.
Соседка Нина Ивановна зайшла позаимствовать соли, увидела меня и ахнула:
Валюш, ты чего такая бледная? Болела?
Нет, всё в порядке. Просто устала, ответила я.
А внуки? Давно их не видела.
Внуки всё хорошо. Растут.
Нина ушла, а я осталась в полутёмной кухне, не включив свет экономлю. Гдето за стеной играет телевизор, дети смеются, а я одна, никому не нужная.
Когдато меня ценили: кормить внуков, помогать на даче, приходить на утренник в садик. А теперь? Как только перестала быть удобной, сразу перестала быть нужной.
