НЕБЛАГОДАРНЫЙ ГРИША
С утра Ирина сидела в своем отделе, как вдруг зазвонил телефон муж, как всегда без особых эмоций, объявил:
После работы иду к Сидоровым профессиональный праздник, будем отмечать. Можешь прийти, если хочешь.
Конечно, он был уверен, что Ирина никуда не пойдет почитает книжку или залипнет у компа до ночи.
Хорошо, с тем же равнодушием ответила она, но в обед сбегала в ЦУМ, выбирать подарок. В отделе парфюмерии столпились женщины, бурно обсуждали новинки. Глаза у Ирины сразу цепляются за флакон модного одеколона: на коробке элегантный красавец в пиджаке нараспашку, нагло щурится и с ухмылочкой. Прямо вылитый её Гриша!
Продавщица ловко заворачивала подарки в блестящую фольгу, клеила бантики. Тут же к стойке подходит старушка и ворчит:
Эх, девочки… одеколоны вы им дарите, а нюхать-то будут другие, и на галстуки смотреть тоже!
Все рассмеялись, а Ирина задумалась: всю жизнь всё для Гришеньки а в ответ Когда были молодыми, она его просто боготворила, а он только снисходительно принимал. В институт заочно поступил она ночами за него контрольные строчила. Дети родились вся домашняя вахта её. В молодости хоть говорил “спасибо”, а теперь привык и думает, что так и надо.
Выглядели они со стороны как картинка: достаток, мир, дети просто умницы. Но дети выросли, разъехались. И тут Ирина осталась с мужем наедине Почувствовала: чего-то не хватает. Мама её когда-то уговаривала: “Ну посмотри на него весь из себя красавец, и знает об этом, и в зеркале не может себя миновать! Красивый мужчина на всех, твой он разве что на четвертинку. Все будут заглядываться, а тебе достанется только морока”. И теперь нелюбимая жена в 43, никому не нужная
Ирина подошла к окну. Солнышко пригревало по-весеннему. “Скоро 8 Марта, мелькнула мысль, и опять я одна А жизнь-то мимо, как трамвай мимо остановки И что впереди?”
Со двора весело застрекотал воробей, потом стук в окно. Смотрит: на подоконнике вышагивает растрёпанный, но уверенный в себе воробей, глядит наглым глазом. “Это же знак!” подумала Ирина. В подтверждение этому зазвонили кукушки на старых часах.
“Ну что ж, время пошло. Пункт первый: если нас не любят, будем любить себя сами!” Со скоростью маршрутки она шуганула в парикмахерскую, а потом в модный бутик.
К семи вечера зеркало не верило своему счастью: в его отражении манерно восседала загадочная дама. Маленькое чёрное платье, дерзкая короткая стрижка, разноцветная чёлка, макияж просто загадка! Губы пухлые, блестят, так и тянет сказать “Ну, привет, жизнь!”
Ирина с бокалом грузинского вина чинно чокнулась со своим отражением: “Пункт второй: в сорок лет всё только начинается!”
Побродила на кухню, отхватила закуски, вернулась: “Пункт третий а нужен ли нам такой муж, который и женщину оценить не может?”
Зачем рассказывать, что к Сидоровым она явилась эффектная, на шпильках, под руку с неожиданной свободой. В комнате замешательство; мужики тут же обступили: стул подали, ладонь, яблочко протянули. “Правда? И мой муж здесь? А я не заметила сразу”
Гриша не ожидал такой атаки растерялся под натиском всеобщего обожания и остолбенел от незапланированной “революции”.
Утром, в надежде вернуть былое влияние, он привычным голосом заявил:
Ну что, завтракать будем?
Но тут-то он и просчитался. Рядом больше не было терпеливой “домохозяйки”. Рядом, уютно подмурлыкивая, дремала настоящая женщина: с характером и уверенностью. Даже не открыв глаз, она томно произнесла:
А ты уже приготовил завтрак, дорогой?
Потянулась и, засыпая дальше, с улыбкой подумала: “Вот так-то, Гришенька. А не поймёшь вернусь к пункту третьему!”
