Слушай, прикольную историю хочу тебе рассказать! В общем, в нашу многоэтажку на Маяковской, в восьмом доме, в квартиру 222 заселились новые жильцы. Пара такая лет чуть за пятьдесят, оба невысокие, худые, интеллигентные. Мужик с бородой, всегда в сером классическом пальто, а жена его вообще интересная: длинная юбка, берет весь в цветочек. Вечно улыбчивы, всегда здороваются, в лифте двери придерживают, если с авоськами тяжёлыми идёшь.
И главное тишина от них полная. Сейчас такое редко, с нашими то панельками! Мы уже обрадовались было, но дни через десять-двенадцать всё изменилось. Смирновы из 221-ой и Казаковы из 223-ей начали те еще концерты слушать от новых соседей. Я тебе скажу, обсуждений за ужином хватало!
У Смирновых, например, разговоры такие:
Слышала новых соседей?
Ну да, видел в лифте, обычные вроде, странного ничего.
М? Обычные говоришь? А ты днём дома хоть раз бываешь? Они там такое устраивают, что у меня уши краснеют! Не поймёшь сначала, а потом доходит это у них, знаешь ли, «игры»! И с фантазией, кто бы мог подумать!
Да не гони!
Серьёзно, я работаю, а они как будто какой-то фильм разыгрывают. И так уже третьи сутки!
Слушай, в их годы! Молодцы!
Ха! Только работать мешает, а вообще чуточку раздражает.
Ну смотри, людям по пятьдесят, а они друг друга до сих пор любят! Не то что мы только муж про себя думает, что да, давно не было такого огня.
А тут выходные настали, и сам Николай Сергеевич Смирнов стал слушателем страстной классики про хозяйку и садовника. Сидели они с Верой в зале, краснели, а звукоизоляция, сам знаешь, никакая.
А у Казаковых своё кино. Им по тридцать, женаты пятый год, ждут ребёнка:
Костик, видел новых жильцов?
Да, перекрестились во дворе, что?
Она ему обеды звездные готовит, как в ресторане. А он то подарки, то цветы Я каждый раз, когда мимо их двери гуляю, запах стоит шикарный! Раза три встречала с цветами, раз с пакетом подарочным. Он весь светится.
Хм
Думаешь, любовники они, а не супруги?
Кто их знает Вместе живут.
А как они в кухне хихикают прям слышно! Как молодожёны, честное слово.
Ясно-ясно. Новости начались, пошёл смотреть.
И вот в пятницу сталкивается Костя с этим соседом у лифта: тот с цветами, бутылкой вина, прям доволен вечер планирует, ясно.
Время летит месяц прошёл, а страсти в 222-ой только набирают обороты. Смирновы уже смирились каждый день что-то новенькое. То вздохи, то скрипы, словно на последнем вздохе жизни друг друга любят.
И вдруг Вера Смирнова признаётся мужу:
Представь, сегодня в Галерее на бельё зашла Смотри, что купила! и показывает обновку.
А Коля посмелел: в Окей заезжал, пару штук взрослых тоже купил мол, вдруг тебе понравится.
Не попробуешь не узнаешь, говорит Вера, и краснеет.
А тем временем мужичок из 222-ой подслушивает у стены: пошёл процесс у соседей!
А Костя Казаков думает: Блин, я свою давно не радовал И вот заходит он в 585 Золотой, серёжки выбирает. Тут видит: жена в магазине!
Оксана! Ты как тут оказалась?!
Да просто гуляю А ты?
Да серёжки вот купил тебе!
Спасибо, любимый! Я, кстати, пасту решила приготовить, ту самую, с креветками помнишь?
Конечно, помню, аж слюнки потекли! Давай готовь, я к семи буду.
И тут женщина из 222-ой мужу своему:
Ну чего там у них, слышишь?
Вон, про креветки речь. Тоже, видать, процесс идёт!
Время проходит. Смирновых не узнать прям моложе стали, глаза горят, ждут случая ускользнуть вдвоём, даже из дома иногда на пару ночей в гостинице пропадают, словно медовый месяц вспомнили.
У Казаковых тоже всё по-новому: на свиданки ходят, то в Люксор в кино, то в Грабли на ужин, то на выставку, то просто по району бродят. Оксана старую поварёнку нашла, каждый день что-то новое вкуснотища! А Костик каждую неделю ей сюрпризы, пусть даже шоколадку или пирожное любимое, за новостями вообще не успевает.
И вот в какой-то момент женщина из 222-ой спрашивает мужа:
А как у них там дела?
Всё окей! Матрас скрипит потихоньку, дети, похоже, дома. Но жить явно веселее стали, я вечно подслушиваю ради интереса.
И у Казаковых хорошо, воркуют, смеются, едой пахнет шикарно!
Ну и отлично! За три месяца уложились. Ещё недели две и на следующую точку переселимся.
Хорошо. Кто следующий?
Симонова, четвёртый подъезд, квартира 65: там семья в 66-ой пустила быт на самотёк, уже друг друга по именам не зовут. А в 64-ой как обычно, надо в спальне разгрести и порядок навести.
Ясно. Ладно, твои кассеты убирать рано, пошуми пока ещё. И доставку отменять не буду. Масла ещё есть. Кстати, розы, которые ты каждую неделю обновлял, снова завяли придётся купить свежий букет.
Куплю, конечно. Помни́-ка мне спинку, и спать пораИ вот на следующее утро, под окнами восьмого дома, вновь собрались бабушки с лавочки. Перемывают косточки, обсуждая, как в подъезде будто весна пришла: молодёжь руки в руках, пожилые обновлённые, смеются и даже спорят по-доброму. А спорят о том, как теперь попасть к загадочным новым соседям вдруг подскажут их секрет.
Только сами жильцы из 222-й, провожая свой очередной букет роз и мешая утренний кофе, переглянулись, улыбнулись и вышли из квартиры чуть раньше обычного вместе, бодро пританцовывая прямо в коридоре. Третий этаж поприветствовали низким реверансом.
А дежурная по подъезду догадалась что-то оставить на их двери: открытку с надписью Спасибо, что есть вы! и маленькую баночку малинового варенья.
Но всё самое интересное уже началось не в их квартире. Смирновы устроили себе небольшой отпуск поехали в Ярославль, выгуливать новое бельё. Казаковы ждали малыша и впервые за долгое время были уверены, что им не страшны никакие будни. А рядом, через стенку, новую жизнь начинали Симоновы и их соседи: уже слышались первые робкие попытки смеяться, а вечером кто-то готовил оладьи на весь подъезд.
Восьмой дом на Маяковской будто ожил радость вылезла из окон, сползла по лестницам, и стало ясно: когда в стенах заводится любовь и добрый шум, никакая панелька не устоит. А на двери 222-й так и остался висеть простой листок, на котором было написано ровно одно слово: Живите!