Представь, под самый Новый год у Петра такой «сюрприз» от жены прилетел, что хоть стой, хоть падай. Двадцать лет, считай, вместе прожили думал, что все хорошо у них, дочь красавица, давно замужем, уже внучку подарила. Живи и радуйся, казалось бы.
А Петр ведь пахал, чтобы семья ни в чем не нуждалась, фуры по всей России гонял, бывало, месяцами дома не ночевал. Думал всё для своих, всё для дома. Дочь с матерью летом на юга отправлял, машину жене купил, ремонт в квартире своими руками сделал. Время пришло свадьбу для дочки справил такую, что вся родня ахнула. Из каждой поездки гостинцы вез, звонил, как только свободная минута появится, скучал, любил. И ни разу и в мыслях не было, что жена может… А она, оказывается, давно завела себе другого, а Петру одно на уши вешала мол, скучаю, подушку от слёз мокрую…
Все произошло, как в старом анекдоте: вернулся он раньше из рейса, и все увидел своими глазами. Скандалить не стал, собрал молча вещи, документы, сел на своего «КАМАЗа» и уехал. Вырулил за город, встал где попало руки дрожат, мысли путаются, как такое произошло, понять не может.
Вспоминал все эти годы: всё в семью, всё для них. И ремонт, и отдых, и подарки, и забота. А она во дворе плела интриги. Вот и верь после этого женщинам Хотя, конечно, мужики тоже не святые, у многих на трассе подружки бывают. Но он никогда не позволял себе ничего лишнего жену любил.
Куда ехать не знает. Злость, обида, тревога засели в душе. Решил, что поедет в свою родную деревню, далеко километров триста. Да хоть на край света, лишь бы подальше от этой жизни.
Телефон надрывается жена, дочь, по сотне пропущенных. Петр вырубил телефон, слушать никого не хотел. Предательство это будто ледяной водой окатили.
Вспомнил, как из ЗАГСа шли, как дочку из роддома встречали, как в первый класс вели Всё хорошее мелькало перед глазами. И не заметил он, когда жена его перестала любить.
Теща его, царствие ей небесное, всегда дочери говорила: “Жизнь не в деньгах счастье, мужа береги, а то семью потеряешь.” Прям в воду глядела Местные бабульки тоже намекали иногда, но он и слушать не хотел не верил ни во что.
А теперь, вот сейчас, едет куда глаза глядят. Может, даже и дом в деревне развалился, лет десять ведь туда не заезжал.
По пути заехал в магазин у трассы, накупил еды, как будто направлялся в Сибирь все подряд в тележку кидал. Свернул с трассы по снегу, по занесённым проселкам. Деревни все пустые стоят лишь редкие огоньки ближе к ночи. Погода против снег, вьюга. Но дорогу Петр помнит с детства.
Мать его, не уговорил он её никуда переехать, прожила всю жизнь в деревне там и осталась. Жаль ему мать всегда было понимал, как тяжело оставить родное гнездо. «Своя земля мне мила, не срывай меня, сынок», вот так и прожила.
Он её проводил в последний путь, дом заколотил с тех пор и не был там больше ни разу.
Метель крепчала. До деревни оставалось чуть больше десяти километров. Еле-еле протолкался на своем старичке-КАМАЗе по родной улице многие дома заколочены, многие темные. Только в одном окошке свет горел, да и то ближе к дороге. Вот и его дом родной покосившийся забор, доски на окнах. По пояс провалился в снег, дошёл до калитки, ворота открыты. Нашёл ключ в старом чулане в деревне редко кто двери на замок закрывает. Огромный замок болтается, а дверь ерунда, могла бы и без замка обойтись.
С трудом открыл, зашёл с фонариком, к свету пробирался. Всё как десять лет назад осталось. Только холодно и пусто
Первым делом дрова из сеней приволок, растопил печь. Дрова вспыхнули сразу тепло и уютно стало. Петр воды из колонки натаскал, чайник поставил, чугунок как было при матери. Полчаса и уже чисто, уютно, тепло в горнице. Разложил еду: хлеб, колбаса, сыр, тушёнка, яичница. На часах одиннадцать.
Вот и Новый год на носу. Сел за стол, думает: «Может, с этого и начнётся новая жизнь? Утро вечера мудренее так всегда мама говорила…»
Только собрался рюмку налить тут вдруг в окно как застучат громко! Петр аж подпрыгнул.
Оказывается, еще кто-то живет в деревне! Открывает на пороге женщина, со снежной шалью, глаза заплаканные испуганные. Говорит, сын у нее заболел сильно живот схватило, боится, что аппендицит, как у неё когда-то.
Петр сразу за собой позвал, мальчишку закутал, куртку накинул, шапку и в машину. Снегом замело, лопату с собой прихватил, по пути и дорогу чистил. До трассы добрались, а там до райцентра, до больницы, ехали полтора часа. Там их ждал хирург, и женщина не ошиблась мальчика сразу увезли в операционную.
На часах уже два ночи, Новый год наступил Женщина извиняется, что праздник испортила, Петр отмахивается: «Да ты что, главное, чтобы всё хорошо закончилось».
Просидели они ночь у палаты. Потом мальчика Ромку перевели, и мать, Римму, впустили. Утром Петр уехал в деревню, истопил печь, поел и решил снова новых знакомых проведать. Ромка уже улыбался, только переживал, что Дед Мороз не пришёл подарок не подложил.
Петр его утешил, мол, не расстраивайся может, Дед Мороз по-своему спрятал подарок, найдёшь потом! Так и договорились.
Римма осталась с сыном, а Петр вернулся в деревню. И недели не прошло, как стал у них частым гостем помогал с дровами, снег расчищал, да и к Ромке наведывался. Мальцу тяжко в больнице было, но швы заживали, его выписали, и всей дорогой он всё только про новогодний подарок думал.
Петр не поленился купил игрушечную пожарную машину, сладостей, приехал, спрятал подарок на крыльце. Ромка потом его нашёл, целый день радовался убежден теперь, что Дед Мороз реальный.
Римма пригласила Петра на ужин. Разговорились: она с сыном сбежала от пьяного мужа из города, тут её покойная тётя дом оставила. Денег в обрез, новой жизни начали понемногу. Петр знал, что у самого жизнь перевернулась с ног на голову и с этой семьёй, как ни странно, легче становилось на душе.
Потом снова был рейс недели три по стране катался, но всё думал о Римме и Ромке. В город заехал, дочери гостинцы отвёз, с женой не встречался только сообщил ей, что подал на развод.
Наступили выходные и снова его потянуло в деревню. Приехал Ромка его на улице встретил, по-мужски рукой пожал: «Мама вас заждалась».
Вошёл в избу, Римма встречает, отворачивается, из кастрюльки не вылезает. Говорит: «Я думала, вы больше не приедете». Петр только головой качает: «Жизнь в городе не сахар после такого. Тянет почему-то к вам Примешь?» смотрит в глаза.
Римма подошла, обняла крепко. Так и остался он у них. Летом дом подлатал, баню обновил, воду провёл, даже кур и козу купили. Риммин дом сдали дачникам место хорошее, отдыхающих всегда много. Ромка со временем папой стал Петра звать, хотя сначала стеснялся.
Вот так бывает жизнь только кажется прямой дорогой. А ведь повернёт и не знаешь, куда приведет. Не зря наши старики всегда говорили: жизнь прожить не поле перейти.
