Правда, которая обожгла душу
Развешивая бельё на дворе старого деревянного дома в селе под Рязанью, Татьяна Васильевна услышала тихий плач. Она выглянула за калитку и увидела соседскую девочку крошечную, худенькую, с большими, испуганными глазами. Звали её Алена, хоть и училась во втором классе, казалась совсем малышкой.
Аленушка, опять расстроили? Пойдём ко мне, пригласила Татьяна, поднимая провисшую дощечку в заборе. Алена уже знала этот путь и часто искала здесь спасение.
Мамка выгнала, крикнула «убирайся», да и вытолкнула С дядей Серёжей там весело ей, вытирая слёзы, хрипло рассказала девочка.
Идём, не грусти. Мои Маруся и Никита обедают, накормлю и тебя.
Татьяна не один раз становилась защитой для Алены, когда мать её, Евгения, срывалась на ребёнке. Благо, соседствовали через забор, и девочка могла легко пробраться под смородину к Татьяне.
Алена всегда завидовала Марусе и Никите. У тёти Тани с мужем царила любовь, спокойствие, доброта. О детях они пеклись, не кричали, не били. Эта тёплая атмосфера грела девочку, а дома ей было холодно и одиноко, хоть печка и топилась.
Мать никаких нежностей не знала. Заставляла таскать воду из колонки, мыть полы, полоть картошку. Евгения родила без мужа было стыдно, и сердце её будто бы отвергало дочь с рождения. Пока была жива бабушка матушка Евгении, Алене жилось легче, бабушка защищала её, учила, как солить огурцы и печь пироги. После смерти старушки совсем похолодел дом.
Оставшись одна, Евгения работала уборщицей на местном машиностроительном заводе, целыми днями пропадала там. Однажды появился в их жизни Сергей водитель с завода, разведённый, с сыном, которому платил алименты. Евгения схватилась за Сергея, сразу позвала жить под крышу, мужскому плечу была рада.
Сергей быстро понял, что хозяйка вокруг него пляшет, а девочка не мешает:
Пусть шалит, потом на кухне пригодится, думал он. А Евгения всё внимание отдала Сергею, на Алену только ворчала, нередко и прикладывала руку.
Не слушаешься отправлю в интернат! угрожала.
Алена тихо сидела под кустом у забора, когда не могла справиться с хозяйством. Видела Татьяна сразу приглашала к себе, Маруся угощала едой, Никита учил рисовать. Девочка росла запуганной, малоразговорчивой, сторонясь взрослых.
Соседи и знакомые, как водится в селе, косились на Евгению. Татьяна не раз пыталась образумить её, но та сводила всё на сплетни:
Не слушайте Таню, она Сергея моего хочет! Потому наговаривает, будто дочь обижаем.
Праздники у Евгении с Сергеем проходили шумно: водка, крики, смех. Алена тогда сбегала к Тане, ночевала у неё, иногда оставалась в доме на неделю-две, пока в соседней избе не стихали ссоры.
Время шло. Алена училась хорошо, будь почти отличницей. Закончила 9 классов, мечтала поехать в Рязань поступить в медицинский колледж, стать медсестрой. Но мать отрезала резко:
Пора работать, не на пансионе здесь жить! Алена сдерживала слёзы в доме плакать было нельзя.
Соседи знают всё, и Татьяна Васильевна не выдержала, пошла к Евгении:
Женя, ты не мать, тебе чужды чувства материнские! Соришься с девочкой, не ценишь. А она на одни пятёрки школу окончила! Ты бы радовалась за ребёнка, помогла бы, а то всё гоняешь и поносишь! Присмотрись: ты же одна, сын у Сергея в городе учится, а свою дочь прислугой держишь. Уму непостижимо!
Евгения орала, бранилась, но к вечеру сдалась:
Пускай уезжает, раз так хочет. Всё равно из неё толку мало
Алена легко поступила. Учёба давалась весело, хоть денег и не хватало, одевалась скромно. В группе были такие же деревенские сиротливые, трудолюбивые, друг друга поддерживали. Домой Алена старалась не ездить.
К Татьяне забегала первой та усадит, накормит, расспросит, как успехи. В доме всегда находили добрые слова и улыбки.
А вот у Евгении хлынули беды. Сергей стал частым гостем у молодой продавщицы с гастронома, вскоре ушёл к ней жить. На одном из приездов домой Алена услышала:
Ты зачем заявилась? На шее сидеть нельзя! Каникулы есть иди подрабатывай.
Однажды Сергей собрал вещи.
Куда собрался? завопила Евгения.
У Риты ребёнок будет. Своего сына я не брошу, а ты вот свою давно бросила. Он будет расти в семье, знать любовь и заботу. Твои руки не руки матери. Я хочу быть отцом для своего сына. Сергей хлопнул дверью.
У Евгении всё в душе остановилось, даже закричать не могла. Эта правда, произнесённая Сергеем, будто ледяной нож её пронзила.
Алена всё слышала. Перед глазами мелькали картины: драки, обиды, холодные вечера, тихий отчим-хозяин, но никогда не защитник.
На четвёртом курсе колледжа Алена устроилась санитаркой в районную больницу сама себя содержала, домой не ездила. Евгения запила, опустилась, дом стал похож на притон. Из зажатой, скромной девочки выросла Алена трудолюбивая, добрая, красивая медсестра, любимая коллективом. О ней говорили: «Воспитанная, чудесная, спасибо матери!» А она только улыбалась:
Это всё тётя Таня. Её забота и понимание сделали меня человеком. Профессию тоже она подсказала.
Мать всё чаще приглашала пьяных знакомых, дом терял вид, везде грязь, пустота. Алена хотела всё исправить, мечтала выбросить всю пьянь, привести дом в порядок, сблизиться с матерью. Но Евгении ближе становилось дно, чем собственная дочь.
После окончания колледжа Алена приехала домой.
Надолго явилась? зло кинула мать. Жрать нечего, дай денег, голова болит.
К горлу подступил ком, но Алена сдержалась:
Я в областную еду, работать в городской больнице. Часто приезжать не смогу, но деньги высылать буду. Пока, мама.
Евгения услышала только про «деньги»:
Давай, давай! Мне нужны, голова раскалывается! Какая ты дочь, если не любишь мать?
Алена оставила несколько тысяч рублей на столе, тихо закрыла дверь и помедлила вдруг позовёт, обнимет. Не дождалась. Направилась к Татьяне.
Таня обрадовалась, позвала за стол. Муж Михаил уже ждал с обедом. Потом Татьяна вынесла свёрток:
Это тебе, Алена, в подарок, за твои старания, за отличные оценки. Деньги тоже положила, чтобы жить было легче.
Алена расплакалась:
Почему, тётя Таня? За что мама так ко мне? Как чужая я для неё…
Ты, Аленушка, умница! Придёт твоя большая радость, обязательно будешь счастлива, пусть даже мама не оценила.
В областном городе Алена устроилась медсестрой в хирургии. Судьба подарила ей встречу с молодым врачом Олегом, который полюбил её сразу, недолго они встречались и вскоре сыграли свадьбу. Татьяна Васильевна сидела рядом с Аленой в день радости, гладила по руке, радовалась как за родную дочь.
Евгения получала переводы от Алены, говорила пьяным друзьям:
Вот, воспитала дочь, медичка теперь, на меня работает, деньги шлёт.
Но на свадьбу её не позвали, и внуков она так и не увидела.
Однажды Татьяна обнаружила Евгению мёртвой на полу никто не знал, сколько дней она лежала одна. Соседка забеспокоилась, когда не услышала шума во дворе. Алена с мужем похоронили мать, дом продали, навещали Татьяну время от времени.
Горе и обида с годами притупились, а любовь и добро, давно найденные в чужом доме, стали тихим светом в душе Алены. Она поняла важное: чужая ласка иногда важнее родной крови, и не тот родитель, кто родил, а тот, кто сумел согреть сердце и открыть дорогу к счастью.
