Ближе не бывает
Меня зовут Варя. Сегодня я вместе с дочкой Аленкой приехала из Питера в маленькую деревеньку под Тверью. Сошли с автобуса на опушке зима, солнце скользит по заиндевевшему снегу, мороз щиплет щеки, а от яркого блеска перед глазами белесая пелена: Аленка щурится, кутается в шарф.
Мам, а этот дом почему такой пустой стоит? спросила дочка, когда мы проходили мимо старого, ветхого дома, прижавшегося к самому краю деревни.
Здесь раньше бабулька одна жила. Еще до революции родилась. Никогда за ней никто не приезжал, одинокой померла, вспомнила я. Ей сто два года было, когда ушла.
Печку сама топила, но в магазин и за водой ходили кто-нибудь из соседей, продукты оставляли на крыльце а на следующий день ее рубли лежали уже на подоконнике, пустое ведро у дверей. Я, девчонкой, тоже ей помогала.
А если бы кто украл? удивилась Аленка.
Не воровали. Ее за колдунью считали, побаивались. Однажды никто не забрал хлеб и молоко тогда поняли, что она умерла. Долго боялись в дом зайти, а потом решились, нашли, похоронили ее. Дом с тех пор пустой.
Настоящая колдунья, что ли?
Сказки все это. Просто старушка. Никто толком не знал, сколько ей лет. Ходили слухи и двести, и триста. Потом справку в сельсовете нашли сто два года.
Аленка задумалась, смотрела под ноги, а мои мысли ушли в детство. Мы уже прошли тот угрюмый дом, вокруг избы теплом дышат, дворы убраны, снег разметен.
Может, потому все и пустует, что люди боятся? снова спросила Аленка.
Я увидела: у нашего дома уже стоит мама, машет рукой.
Смотри, бабушка идет встречать! сказала я, а сама не удержалась, пошла быстрее. Аленка кинулась вперед лента на шапке развевается.
Ба-а! закричала она, а мама уже раскрыла объятия для любимой внучки.
Я выросла в этой деревне, всегда радовалась возвращению. Здесь дышится особой свободой.
Мама! обняла за плечи, прижалась.
Чувствовала, что приедете, улыбнулась мама и одной рукой к себе прижала Аленку, понаделала пирогов, каждую субботу выходила вас ждать. Не стойте под дверью айда в тепло.
В доме пахло пирогами, печкой, еще чем-то родным, неуловимым за долгие годы этот запах въелся и в бревна, и в скатерть, и в стены. Все по-старому, все близко до боли. Села за стол, улыбнулась как же хорошо дома!
Молодцы, что приехали. Надолго? с тревогой спросила мама.
Нет, вздохнула я. Леша работает, мы не выдержали приехали. На новогодние каникулы хотели, но Аленка заболела, а потом и Леша. В воскресенье нужно обратно, на работу.
Увидела, как мама поседела, руки тоньше стали отец наш умер два года назад. После этого и начала она сдавать.
Сейчас вас накормлю с дороги, сказала мама. Голодные небось. Ушла к печке, за ней вприпрыжку проследовала Аленка.
Мы быстро смели все с тарелок: творог, картошка, пироги с яблоками. Аленка закивала, прижалась к бабушкиному боку.
Устала, ягодка, выросла ты! все гладила ее тёплая рука. Пойдем уложу.
Мама увела Аленку в закуток, там когда-то и я спала одна комната в доме, только шкаф да занавеска делили пространство.
Пусть спит, вышла мама к столу. Рассказывай: как живете? Все ли ладно?
Все хорошо, ответила я не сразу. Вот встретили Раису на автостанции. Она меня Леной назвала. Ты ведь сестру мою всегда вспоминала. Есть фотография ее?
Сколько можно, видела уже! пожала плечами мама.
Еще хочу увидеть.
Ладно, сейчас уберу со стола…
Коробка стояла на комоде, мама поставила на стол, открыла, доставала старые, выцветшие фотографии.
Вот ты маленькая. А это ты в пятом классе. А это… угадаешь?
Кажется, я. Но не помню такой кофты.
Нет, это Оля, моя младшая сестра, твоя тётка.
Точно похожа. Как две капли воды…
Вот ее последняя, выпускная. Протянула мне цветную фотографию девушка нежная, светловолосая, аж глаз не отвести.
Я долго смотрела.
А на тебя-то, мама, совсем не похожа.
Тут мама тяжело вздохнула.
Видимо, пришло время. Пусть будет, как будет. Оля… Оля твоя настоящая мать. Прости, что молчала.
Я замерла. Мама села рядом и начала рассказывать негромко, глядя в окно:
Моя мама поздно Олю родила, тяжело, не хотела, таскала ведра, парилась в бане, надеялась потерять ребенка. Но Оля выжила. Красивая девочка выросла. Я уже взрослая была, осталась из-за них в деревне, молодежь вся разъехалась. В деревне хлопот много да и счастья мало…
Оля мечтала уехать из деревни. После школы и поехала в Питер. Через пару лет вернулась с тобой. Малюткой. Оля вся какая-то тень стала. Не разговаривает, то смеется. А потом однажды снова исчезла, уехала. Потом мы узнали наркотики… Умерла у чужих, от передозировки, а я ездила хоронить. Моя мать тогда уже болела сильно.
Бабушка твоя твердила: детдом, детдом тебе… Я не отдала. Решила раз уж одна, будет хоть ребенок. Кому еще? Люди в деревне все молчали, кто понял промолчали. Я договорилась с больницей, тебя записали на меня, как будто я родила. Имя тоже дала Варвара. Оля тебя как-то по-заграничному хотела назвать Барбара. Варварой ты у нас стала.
Год спустя приехал твой отец. Оля от него уехала, когда была беременна, не сказала ему ничего. Вернулся начал искать, через общих друзей все узнал. После армии его комиссовали из-за ранения. Остался с нами. Мама и его приняла. Потом я с ним расписалась. Хороший человек был. Моя мама. Вот почему я молчала пусть лучше правда выйдет от меня. Я тебя вырастила как дочь. Не родная, а все равно ближе всех. Как говорят: не та мама, что родила, а та, что воспитала.
Я сидела, будто меня ледяной водой окатили всю жизнь мне не говорили!
Встала, пошла к двери. Мама всполошилась:
Куда?
Нужно подумать сказала, накинула пуховик и вышла.
Холод пробрал до костей. В голове только стук: “Мать наркоманка, бросила ради укола” Но была ведь у меня мама та, что меня подняла, укладывала спать, лечила, гладила по голове. Могла ведь отправить в детдом
Я остыла, вернулась в дом. Мама так и сидела за столом.
Прости меня, обняла я, ты моя мама. Самая настоящая. Люблю тебя.
И ты меня прости, Варя, что скрывала столько лет.
А чего это вы в темноте сидите? вдруг появилась Аленка из своего закутка. Мам, а это твоя фотография? Какая красивая!
Мама строго собрала снимки, убрала в коробку.
Некогда тебе старье рассматривать, улыбнулась мама, вот на нас смотри.
Ночью долго не спала, слышала, как и мама ворочается, скрипят пружины старой кровати. Встала, ткнулась носом к ее подушке.
Не спишь?
Мама подняла одеяло.
Пол-то ледяной, ложись ко мне.
Я забралась под одеяло, как в детстве, прижалась.
Переживаешь?
Уже нет. Ты для меня всегда мама. И другой не надо.
Мама тихо гладила меня. Мы долго шептались. Перед самым сном подоткнула ей одеяло, как она мне раньше, и ушла на свою кровать уснула сразу.
Утром мама провожала нас до автобуса. Мы с Аленкой махали, автобус уезжал прочь, а мама стояла, не уходила, снег слезился в ее глазах
В тридцать три года я узнала: мама умерла, когда мне было всего несколько месяцев, а старшая мамина сестра вырастила меня как свою.
Сначала была боль, что мне лгали, но подумала и поняла: все равно ближе родных не бывает.
