Да она просто играет на чувствах моего мужа, рассерженно думала я, перелистывая телефон.
Третий звонок Сергея за вечер и у меня внутри снова нарастает это знакомое раздражение, будто ножом по стеклу.
Иннуля, родная, ну извини меня, знакомый до боли уставший голос. Я понимаю, у нас билеты в театр, но тут такое У Мити температура под сорок, Ольга одна, не справляется Ты же всё понимаешь?
Да, я понимала. Слишком хорошо понимала, чтобы не замечать очевидного.
Серёж, билеты мы купили. Мы месяц спектакль ждали, проговорила я спокойно, а внутри всё клокотало от обиды.
Я знаю, солнце. Потом всё исправлю, обещаю. Но бросить его сейчас не могу, сам понимаешь это же ребёнок.
Я повесила трубку, тут же набрала Лену.
Лена, ты представляешь?! я металась по комнате, размахивая руками. Опять! Уже в третий раз за месяц! То Митя заболеет, то у бывшей машина сломается, теперь вот температура.
Ну может, всё-таки Митя на самом деле болеет? осторожно вставила Лена.
Да конечно болеет! я плюхнулась на диван. Дети болеют, это понятно. Но что ненормально почему она всегда звонит только ему? У неё что, ни родителей, ни подруг нет рядом?
Ну-у…
Не ну, я вскочила, она им манипулирует, а он и глазом не моргнет. Добрый чересчур мой Серёжка. Она же знает бросит всё ради неё, вот и пользуется этим!
Лена вздохнула в трубке.
А ты уверена, что вся проблема в Ольге?
А в ком же ещё? я растерялась.
Просто подумай: она звонит, а он всегда бежит… Вот кто кому больше нужен, а кто это позволяет?
Я не нашла, что ответить, и только почувствовала, как в груди неприятно ёкнуло.
Ленка, не ври себе, рявкнула я. Серёжа ответственный отец, вот и всё.
Ну ладно, как скажешь, быстро согласилась Лена.
Но её слова засели в голове, как заноза.
Сергей пришёл домой поздно, смятый, виноватый.
Прости, дурень я, сказал он, обняв меня за плечи. Куплю новые билеты на лучшие места, честное слово.
Я молчала, смотрела сквозь окно на уличные фонари и думала: а сколько уже было этих обещаний? И почему всегда звучит: «Ну, ты же понимаешь»? Понимаю, понимаю Вот только что именно не ясно.
Потом всё начало накапливаться. Незаметно, как пыль, пока по полке пальцем не проведёшь.
Я стала замечать странности: Сергей теперь не оставлял телефон просто так. Раньше клал его везде на кухне, в прихожей, даже в ванной. А теперь носит с собой, даже если просто идёт за чаем.
Серёж, а зачем телефон везде таскаешь? пыталась я пошутить.
Привычка с работы, отвечал он, не глядя на меня. Вдруг начальник позвонит.
Ну-ну
Случайно увидела список дел в его смартфоне собиралась вписать новую дату спектакля. А там: «Забрать Митю из садика 16:00», «Отвезти Ольге документы на машину», «Позвонить О. по поводу прививки». Всё чётко, а у меня, между прочим, защита диплома на носу!
Серёж, а когда у меня защита?
Он поднял голову от тарелки.
В мае, вроде?
В марте. Через две недели.
Ой, запамятовал!
Запамятовал, конечно. Зато у Ольги всё помнил до минут.
А ещё финансы. Я случайно увидела выписку на столе три перевода по двадцать тысяч рублей, получатель О. Никитина.
Сергей, это что? тихо спросила я, подняв глаза.
Помогаю. Ольге на лекарства для матери, потом Мите на секции. Она же одна, отмахнулся он, как будто ничего особенного.
Шестьдесят тысяч за три месяца
Это мой сын! Хочешь, чтобы он жил впроголодь?
Я молча положила листок обратно.
Странно, что ты не сказал мне.
Да знал я, начнёшь закатывать глаза
Это «начнёшь» звучало так, будто я мелочная идиотка, а не жена.
А потом рисунок на заднем сиденье машины: дом, цветы, солнце и три человека. Папа, мама, Митя. Без меня. На обороте: «Папе. Наша семья. Митя».
Серёж, а это что?
Он посмотрел, усмехнулся:
Митя художник растёт!
Здесь «наша семья», тихо сказала я.
Ну, для него так. Ты же понимаешь, психология детей
Я аккуратно положила рисунок обратно, застегнула ремень, всю дорогу молчала.
А потом Ольга стала появляться у нас дома: то за вещами Мити, то по поводу летнего отдыха, то просто «заглянула случайно, мимо шла».
Спокойная, улыбчивая, будто мы и правда подруги. «Инна, привет! Серёжа дома? Надеюсь, не мешаю?»
После её визитов Сергей становился молчаливым, хмурым, будто уходил куда-то внутрь себя.
Ты чего?
Устал
Я впервые почувствовала себя лишней.
Однажды слышу тихий разговор из ванной. Дверь приоткрыта
Оль, ну не плачь Я помогу, конечно помогу. Ты ведь знаешь, я всегда рядом, его голос нежный, ласковый.
Я развернулась, ушла на кухню и вдруг поняла.
Манипулирует не она он сам позволяет собой управлять. Потому что ему ТАК удобно.
Три дня я молчала. Не выясняла отношений. Только наблюдала за Сергеем, как учёный за жуком под стеклом.
Он помнил, чем живёт Ольга, когда у Мити занятия, когда документы, когда у неё поход к врачу. А когда у меня защита забыл. Телефон вибрировал, он сразу отвечал, будто боялся пропустить что-то важное.
Однажды, пока он принимал душ, звонок: на экране «Оля».
Я машинально взяла трубку.
Серёжа? Ты можешь приехать? Мне очень плохо, я не знаю, к кому ещё обратиться Ты ведь всегда был рядом
Я молча положила трубку. Села на диван. Засмеялась. Господи, какая же я дура!
Сергей вышел, мокрый, с полотенцем на бедрах.
Тебе звонила Ольга, сказала я ровно.
Он замер.
Ты ответила?
Да. Она плакала, просила о помощи. Говорила, ты всегда рядом.
Он пытался что-то придумать, оправдаться:
У неё сложный период Я не могу бросить её, ведь только я и остался рядом
Я резко подошла ближе:
Сергей! Ты развёлся с ней четыре года назад! Она твоя бывшая. Ты ОБЯЗАН был бывать рядом, когда был мужем. А теперь должен только ради сына. А не её спасать по первому звонку, переводить деньги, помнить её расписание!
Ты всё утрируешь!
Нет. Не я.
Я почувствовала, как внутри оборвалась какая-то нить. Я тихо начала собирать вещи.
Я долго винила её, думала это она не может отпустить. Она злится, манипулирует, играет. А теперь поняла: проблема не в Ольге. Проблема в тебе. Ты не хочешь расставаться с прошлым. Тебе удобно: бывшая, которую нужно спасать, и новая, которая всё терпит. Ты не выбираешь. Ты плывёшь по течению.
Инна, не уходи!
Я не ухожу, отвечаю спокойно. Я просто выхожу. Из этого треугольника, куда меня никогда по-настоящему не пускали. Я не буду бороться за место рядом с тобой. Живите, как хотите.
Он жалко смотрел, мокрый, растерянный.
Давай поговорим
Говорить не о чем. Ты сделал выбор давно. Просто я тогда не заметила. А теперь вижу всё ясно.
Я надела пальто, открыла дверь:
Передавай Ольге привет. Теперь она может звонить тебе хоть каждую ночь.
Дверь закрылась почти беззвучно.
Через месяц я сидела в кофейне с Леной.
Ну как ты? ей явно было тревожно.
Нормально, я впервые за долгое время улыбнулась. Правда нормально.
Было тяжело первую неделю накатывало, хотелось позвонить, вернуться, хотя бы узнать новости. Но я держалась. Сняла крохотную студию, устроилась в редакцию, защитила диплом.
Сергей писал, звонил, умолял, объяснялся:
«Инна, прости меня Давай всё начнём заново»
Я не отвечала. Я знала: всё бессмысленно, если он сам не признаёт свои ошибки.
А он? спросила Лена.
Кто?
Сергей
Без понятия. Мы не общаемся.
Лена замолчала.
А не жалко?..
Я задумалась. Стало ли мне жаль? Нет, только легко. Как будто с плеч сняли тяжесть, и дышать свободно.
Я просто выбрала себя, наконец сказала я.
Лена кивнула, улыбнулась.
Умница.
Ничего особенного. Просто повзрослела.
Сергей действительно остался один.
Ольга быстро исчезла из его жизни, без меня весь этот спектакль потерял смысл. Когда Сергей захотел вернуть былую близость, она холодно заметила:
Ты сделал свой выбор. Живи как хочешь. Я сама всё наладила, мне больше твоя помощь не нужна.
Сергей ещё пытался что-то вернуть, приезжал, искал встречи, писал длинные сообщения. Я была спокойна.
Сергей, отпусти меня. И себя тоже. У тебя всегда было две жизни, а у меня есть теперь только одна. Правда.
Вечером я шла по московским улицам, вдыхала холодный воздух и думала: удивительно, с кем мы порой цепляемся за привычное. Я боялась остаться одна а потеряв его, обрела свободу.
Люди, не умеющие выбирать, не способны дать другому настоящее счастье.
А я заслуживаю только настоящее.
