После ночного дежурства Мария была настолько вымотана, что еле передвигала ноги. Морозы только недавно сменились на слякоть, снега навалило по колено. На каждом шагу она скользила то лед под мокрой кашей, то просто лужа. За всю ночь даже прикорнуть не удалось: то мальчика с аппендицитом привезли, то бабушку со сломанным бедром. Будто все ждали ночи, чтобы вызвать «скорую» и отправиться в больницу. Мария шла домой и грезила только об одном рухнуть на кровать и уснуть. Она смотрела под ноги, чтобы не растянуться на льду, и совсем не заметила, как от стены дома отделился человек и стал у неё на пути. Мария остановилась и подняла глаза.
Перед ней стоял мужчина лет сорока, внешне похожий скорее на бомжа или отчаявшегося. Лицо в царапинах, одежда насквозь мокрая, как будто с чужого плеча. Мария хотела было обойти мужчину, но сил чтобы убежать не было.
Извините, не поможете ли мне? вдруг заговорил он.
Мария работала медсестрой, и подобные просьбы всегда действовали на неё, как тормоз на поезд. Она притормозила.
Я… Мужчина схватился за голову, на мгновение закрыл глаза. Меня с поезда выбросили. Слава богу, снега много, удачно упал, отделался синяками.
Меньше пить надо, устало сказала Мария, делая попытку обойти его.
Да я не пил! Только чай. Что-то подсыпали сразу уснул. Обокрали полностью: даже одежду стащили. Хорошо хоть не голым выкинули, и недалеко от вашей станции.
Повезло. Вам бы в милицию и в больницу. Голова не кружится, не тошнит? Может, сотрясение, Мария снова попыталась обойти его, но он не сдвинулся с места.
Я уже в милиции был. Следующий поезд только утром. В отделении не хотелось торчать. Воров моих вряд ли найдут. Со мной ехал в купе старик на профессора похож: бородка клинышком, очки. В милиции сказали скорее всего, борода и очки фальшивые, и подельники у него были. Так что, считай, легко отделался. Я бы у вас умыться, переодеться хотел. Обещаю, одежду верну.
Это уж вообще. А ключи вам сразу не дать? Может, и кошелёк с деньгами тоже? Мария вздохнула от его наглости.
И вы туда же… Все шарахаются, не верят. Господи, почему никто не верит? Мужчина вскинул голову и так печально глянул на небо, что Марии его стало жалко. Она посмотрела внимательнее одет плохо, но говорит грамотно, не на бомжа похож.
Ладно. Пойдёмте согреетесь, а то простудитесь. Что-нибудь с одеждой придумаю.
Спасибо вам большое. Другие меня сразу прогоняли, не выслушав даже, мужчина двинулся за ней.
Дома Мария первым делом плюхнулась на пуфик в коридоре. Ноги гудели, в глазах слипалось.
Идите в ванную, кивнула она в сторону двери, а я поищу что-нибудь из вещей для вас. Как вас зовут?
Алексей, сказал он и, найдя выключатель, закрылся в ванной. Вскоре за дверью зашумела вода.
Мария тяжело вздохнула. Про покой сегодня придётся забыть. Брат уже несколько лет в Киеве, но кое-что из одежды осталось. «Ничего, не оскудеет рука дающего», подумала она, собрала нужное и, постучав в ванную, объявила, что вещи лежат на тумбочке в прихожей.
Она налила борщ в миску и поставила подогреваться в микроволновку. Села за стол и задумалась: если сейчас мама придёт, что скажет? Поди, пойми тут, если дочка кормит мужчину, который в ванной умывается. «Господи, пусть мама ещё задержится в магазине, или к соседке заглянет», молилась про себя Мария. Но Бог, видимо, был занят, и в дверях щёлкнул ключ.
Маша, ты дома? крикнула мама и сразу выглянула на кухню. Думаю, это ты в ванной, зову тебя. Кто тогда там?
Мам, спокойно. Мужчине плохо стало от поезда отстал, грабанули. Помоется, поест и уйдёт, объяснила Мария как можно мягче.
И ты его в дом пустила?! Может, он сам жулик какой? Вон, как выглядит. Надо милицию вызвать, забеспокоилась мама.
Он уже был в милиции. Поезда до утра не будет, ремонта там… Погреется, попьёт и уйдёт, Мария устало повторила.
Из ванной больше не было слышно воды дверь чуть приоткрылась, и Алексей забрал вещи. Мама села на стуле напротив входной двери, пристально всматриваясь в коридор.
Через несколько минут на кухню вошёл Алексей. Он выглядел сконфуженным, но поздоровался.
Ну-ка, покажись, с подозрением сказала мама. Как же такого здорового мужика обули-то средь бела дня?
Не обессудьте. К дочери на свадьбу ехал. Что-то подсыпали вырубился, обчистили под ноль, даже одежду сняли и выбросили неподалёку от вашей станции. Ни телефона, ни документов, ни гривны не осталось, развёл руками Алексей.
Как же тебя к нам-то занесло? Мы ж не у вокзала живём, продолжала мама допрос.
Мама, отдохни. Дай человеку поесть, вмешалась Мария, налила борща и пододвинула Алексею тарелку.
Маша с детства щенков да кошек подбирала, теперь вот мужиков спасает, проворчала мама, но отодвинулась, освобождая место.
Ешьте, Алексей. Только осторожно если маме понравитесь, живым не выпустит, пошутила Мария с заметной иронией.
Естественно, у тебя личной жизни нет всё на работе, а лежат у тебя всё старики да дети. Пора замуж, тридцать скоро! Кто меня заменит, если ты одна останешься, а? добавила мама, вздыхая.
Мам, не драматизируй, Мария постаралась могущественно улыбнуться. Алексей к нам жениться не приехал.
Ну-ну, мама махнула рукой и ушла в комнату.
У вас строгая мама, вздохнул Алексей и отставил миску.
Она нас с братом одна растила. Просто боится за меня, чтоб я одна с ребёнком не осталась.
Понимаю. Вы врач?
Нет, медсестра. А как вы без паспорта билет купите? И деньги на дорогу?
В милиции обещали помочь. Можно позвонить дочери и другу?
Конечно. Вот телефон, Мария ушла в комнату, а мама в этот момент уже сыпала в шкатулку золотое колечко и бижутерию.
Молчи уж, буркнула она, вдруг и вправду вор? Я к тёте Любе это занесу, подальше.
Мария не стала спорить бесполезно.
Алексей позвонил дочери и по лицу было видно: та не слишком расстроилась, что отец не приедет. Потом связался с кем-то ещё, уточнил адрес.
Ну всё, за мной сейчас водитель приедет. Зря, конечно, поехал жена бывшая не хотела меня там видеть, это дочь настояла… Не надо было ехать. Алексей был удручён.
А кто вы, если водитель за вами приедет? удивилась Мария.
В братовой одежде он выглядел вполне прилично, хоть и тесновата оказалась.
У меня с другом сервис небольшой по ремонту так, своё ИП. Друг отговорил ехать на машине: дороги не знаешь, выпьешь на свадьбе… Вот и выбрал поезд. Лучше б самолётом… Потерпите меня ещё немного, через пару часов уеду. Он улыбнулся ей виновато.
Мария думала о матери в её словах ведь есть правда. Возвращаться домой с работы не в пустую квартиру, а чтобы ждали муж, дети. А ей тридцать, живёт вдвоём с мамой. Перспектив особо не видит. Был, конечно, Николай, строила уже планы, но однажды застала его с подругой и всё разрушилось…
Вы очень добродушны. Всё у вас сложится, вдруг сказал Алексей.
А вы? Почему один? Такой мужчина и один.
Алексей усмехнулся:
С женой развёлся, не попалась такая добрая, как вы. Сейчас женщины сильно расчётливые и мужчины тоже. Вы, наверное, устали после дежурства, а я вас задержал…
Они долго разговаривали. Когда за окном начало темнеть, зазвонил телефон.
Меня уже ждут внизу. Спасибо вам огромное, Алексей встал, положил телефон. Я свой номер сохранил, подписал: «Алексей с поезда». Навряд ли вы мне позвоните, но… если что обращайтесь. Ещё раз спасибо. Одежду привезу, не сомневайтесь. И маме передайте извинения мне кажется, она думает, что я жулик, добавил он и взглянул с такой грустью, что Мария чуть не расплакалась.
Совсем чужой человек, а уходить его было жаль. Но кто она и кто он? Мария улыбнулась.
Больше в такие истории не попадайте.
Обязательно. Только на машине или самолётом теперь. Хватит поездов, улыбнулся он.
Мария смотрела, как в сгустившихся предвечерних сумерках Алексей идёт к машине, оглянулся, нашёл её окно и помахал рукой.
«Вот и всё. Завтра забудет меня, как сон».
И отпустила? спросила мама с порога, когда вернулась.
То ругаешь, что пустила его, теперь зачем отпустила… Мария удержалась, чтобы не выдать разочарования.
Хороший он человек, покачала головой мама.
А зачем же тогда ювелирку попрятала?
Ду-ра старая, с виноватым смешком выдохнула мама.
Прошло три недели. На носу был Новый год. Марии даже казалось, что Алексей ей просто приснился, настолько всё это стало нереальным. Дежурство в праздничную ночь обещало быть спокойным. В ординаторской стояла небольшая ёлка, пациентов мало. В эти дни, если что-то происходило, люди приходили уже после первого января.
Ну, Машенька, снова вместе дежурим? Хирург Петров широко улыбнулся.
Мария понимала: подгадывает специально, чтобы совпало дежурство. Петров был известен любовью к медсёстрам ни одну не пропускал. Мария делала вид, что ничего не замечает.
Вы тут? Ой, слушайте! влетела медсестра Татьяна из приёмного отделения. К нам в приёмник Дед Мороз пожаловал! С подарками! В отделение рвётся радовать больных. Пустить?
Дед Мороз, значит? Ну надо же, давайте глянем, Петров галантно протянул руку Марии и провёл в коридор.
Уже на подходе к приёмному слышали громкий мужской голос. В сияющей красной шубе, шапке, с мешком и белой бородой стоял Дед Мороз и настаивал, чтобы его пустили к пациентам.
Спешил к вам из Великого Устюга, а вы не пускаете! провозгласил он, и Марии голос показался до странности знакомым.
А мне казалось, что Мороз в Ямало-Ненецком округе живёт, хмыкнул Петров. Ладно, проходи, но только не сильно шуми пациенты всё-таки…
Дед Мороз обошёл палаты, раздал мандарины, конфеты, пациенты радовались, особенно старушки. Медсестра из неврологии попросила зайти и к ним. Дед Мороз смущённо взглянул на Марию.
А Снегурочку вам не отдам, дедушка! Со своей приходи! хохотнул Петров, беря Марию под руку.
Через четверть часа Мороз вернулся, скинул шубу, снял бороду. Перед Марией стоял Алексей. Она не удержалась и засмеялась.
Я узнал, что вы дежурите, хотел сделать сюрприз. Получилось? спросил он с надеждой в голосе.
Получилось, спасибо. Пациенты теперь долго будут делиться впечатлениями, улыбнулась Мария.
Придётся сегодня одному дежурить, с иронией сказал Петров. Идите, Машенька, с Дедом Морозом. Наслаждайтесь жизнью.
Мария не стала отказываться. Через месяц она написала заявление и переехала к Алексею. Мама была на седьмом небе. «Дочку пристроила теперь могу и внуков ждать! Помогать-то надо! решила она. Поживу ещё немного.»
Странно: всё плохое мы называем судьбой, а все светлое и счастье случайностью. Но, видимо, одно без другого не бывает.
