Инга, ты сейчас занята? осторожно заглянула в комнату мама.
Минутку, мам. Я вот письмо отправлю и сейчас помогу, не отрываясь от монитора, ответила дочь.
Майонез на салат закончился, совсем не рассчитала, да ещё укроп купить забыла. Можешь в магазин сбегать, пока не закрыли?
Ладно, сейчас, без лишних слов согласилась Инга.
Прости, что дёргаю. Уже вся на нервах, а ты уже прическу сделала, мама устало выдохнула.
Всё, иду, Инга закрыла ноутбук, повернулась к маме и уточнила: Ты что там говорила?
Обуваясь, Инга натянула сапоги, накинула шубку, но шапку брать не стала жалко прическу портить. До магазина буквально минутка, а мороз не сильный. На улице лёгкий снежок и вечерний морозец, кругом тихо, просто сказка перед Новым годом.
В магазине почти никого. Народ уже всё разобрал, остались разве что такие «забывчивые» как она. Из зелени пара грустных пучков укропа, причём только вместе с петрушкой и зелёным луком, плюс увядшие. Хотела проконсультироваться с мамой, но вспомнила телефон домашний остался. Немного подумав, Инга взяла этот набор зелени, кинула в корзинку майонез с почти пустой полки, расплатилась и вышла.
Отошла только чуть-чуть, как тут из-за угла вылетает машина и чуть не ослепила светом фар. Инга шарахнулась в сторону, а каблук соскользнул на ледяном пятне, засыпанном снежком. Лодыжка ушла вбок, Инга со всего маху рухнула на тротуар, а сумка отлетела в сторону.
Хотела было подняться нога будто в огне, глаза на мокром месте. Телефона нет, вокруг тихо ни души. И тут она услышала щелчок дверцы сзади.
С вами всё в порядке? наклонился к ней молодой мужчина. Давайте руку, я помогу встать.
Конечно, «в порядке», спасибо вашей машине! Это по вашей милости. Ездите тут, каток на дороге устроили, Инга со слезами в голосе проворчала, на предложенную руку внимания не обратила.
Всё сама? А нечего по льду по ночам на каблуках бегать, усмехнулся он.
Да ты иди уже, огрызнулась Инга, чуть не захлебнувшись от слёз и злости.
Вы тут до утра сидеть собираетесь? Ладно, преступником быть не хочу. Где вы живёте?
Вон в том доме, махнула рукою в сторону знакомого подъезда.
Мужчина вдруг куда-то делся. Инга уже начала нервничать, но вот мотор: машина задним ходом подъезжает ближе. Он вышел, обошёл машину и, особо не спрашивая, аккуратно подхватил Ингу за талию.
Сейчас аккуратно вас подниму, главное не опирайтесь на больную ногу. Раз, два, три и, не дав опомниться, приподнял и помог дойти до авто.
Сумку не забудьте, замялась Инга, усаживаясь на сиденье.
Сейчас, он подобрал пакет с майонезом и зеленью, бросил назад.
Двор, подъезд. Помог выкрести из машины, подхватил на руки захлопнул дверцу ногой. Перед дверью спросил:
Ключи где? Кто дома?
Мама, код скажу откроет.
Лифта нет, а они живут на третьем. Пришлось ему нести Ингу на руках по лестнице, а у неё в груди прям стучит: и неудобно, и волнующе. Мужчина весь вспотел, но донёс как ни в чём не бывало.
Спасибо, дальше сама, буркнула Инга у входа в квартиру.
В этот момент мама уже открыла, глядя с порога с широко раскрытыми глазами:
Инга, что случилось?
Мужчина, будто таран, прошёл мимо, аккуратно усадил дочь на стул.
Принесите лёд или что-нибудь холодное, сразу потребовал. Я врач, у неё вывих.
Мама пулей на кухню и вот возвращается уже с замороженной курицей. Мужчина, не обращая внимания на протесты, расстегнул молнию сапога и аккуратно приложил холодное.
Сейчас я сбегаю в машине эластичный бинт остался. И сумку ваш верну, направился к выходу.
Ты кто, Инга? шёпотом, как только дверь за ним захлопнулась, спросила мама, удерживая курицу на лодыжке.
Я сама не поняла. Вышел из-за угла на машине, я споткнулась и упала. Потом он донёс меня до дому, всё!
Может, вор какой? Сейчас уйдёт с твоей сумкой там же деньги, карточки! Может, полицию?
Мам, успокойся! Хотел бы бросил бы меня там.
В этот момент домофон вернулся. Он вошёл с сумкой, присел на корточки и ловко перебинтовал Инге ногу.
Сейчас будет немного неприятно, но лучше потерпеть, предупредил он, и через секунду Инга чуть не вскрикнула от боли.
Всё, теперь лёгкий режим. Две-три недели и всё заживёт. Спасибо за курицу, улыбнулся, надевая куртку.
Может, останетесь? Новый год уже через пару часов, у нас как раз всё почти готово, предложила мама.
Он помедлил, кивнул, мол: «А почему бы и нет?»
Вскоре уже за столом вместе пили «Советское шампанское», открывали салаты. Инга ловила себя на мысли, что так тепло и душевно ей не было давненько.
Еду проводили все вместе: мама, Инга и Валерий так представился мужчина по ходу. Он оказался хирургом, развёлся с женой, жена ушла надоели ей ночные дежурства и нехватка внимания, дочку забрала.
В ту ночь Инга никак не могла уснуть прокручивала в голове, как её несли по лестнице, как он держал за талию Приятно и волнительно.
Наутро наступать на ногу было уже легче, хотя бинт давил, лодыжка опухла. Инга обрадовалась, когда Валерий вновь заглянул на чай: перебинтовал ногу, внимательно осмотрел.
Всё нормально, можешь потихоньку ходить, сказал, попивая чай.
Будешь ещё заезжать? Инга даже сама не заметила, как это спросила.
Он просто тепло улыбнулся.
Через два месяца она уже жила у Валерия. Мама недовольно качала головой, бормотая: «А если жена вернётся?» но Инга чувствовала себя по-настоящему счастливой. Год пролетел в трудах и тревогах: Валерий часто ночевал на работе, приезжал усталый и задумчивый, иногда виделся с бывшей женой и дочкой. Инга ревновала, пересматривала фотографии, иногда ловила себя на мысли может, необдуманно всё так быстро. Но когда Валерий был дома, она расцветала.
Новый год на носу, Инга хлопочет на кухне, платье новое на кровати, ёлка сверкает в комнате. За час до боя курантов Валерий говорит: «Жена позвонила, дочка плачет, без меня не заснёт, я мигом поеду и обратно». Инга выдавила улыбку, но внутри всё похолодело.
Время идёт, а Валерий не возвращается. Телефон молчит, только сообщение с глухим «прочитано». Инга долго смотрела на часы, в конце концов накрыла стол тряпкой, погасила свечи. Ощутила вдруг знакомое женское одиночество, вспомнила на первом этаже живёт бабушка, совсем одна.
Собрала домашний салат, кусок торта, позвонила старушке. Долго ждала за дверью, та приоткрыла глаза щурит, Ингу узнала.
Заходи, доченька, раз пришла, чайник поставлю, пригласила она.
В квартире уют, по-тёплому пахнет свежим хлебом. Ни ёлки, ни гирлянд, только телевизор тихонько бормочет.
Ты ведь с Валерием Дмитриевичем живёшь? спросила старушка за чашкой.
Да.
Хороший мужик, коротко кивнула бабушка.
Расспросили друг друга о жизни, и тут старушка рассказала, как когда-то в молодости влюбилась в Федю, но подруга увела: придумала про беременность, а она не простила никого ушла, так и осталась одна. Да и Федя, бедняга, спился, замёрз под Новый год у дома.
Не держи в себе обиду, доченька. Если любишь его, не ревнуй. Гони грусть прочь. Уезжайте куда подальше, если вместе быть по-настоящему хотите. Чего тянуть и думать? Я вот промолчала, и вся жизнь мимо… Не повторяй моих ошибок.
Возвращаясь домой, Инга думала о словах бабушки. Вскоре Валерий вернулся понял всё без слов, смущённо попросил прощения, объяснил, что жена подсыпала ему что-то в чай, голова болит целый день. Инга погладила его по руке, прижалась.
Может, уедем? Куда угодно, хоть на другой конец страны. Больницы всюду нужны, ты замечательный хирург.
Позже обсудим, тихо сказал Валерий, я тебя люблю, Инга.
Утром Инга настолько была уверена в своём выборе, что тихо улыбалась даже через слёзы. Она знала: он её счастье.
Так прошёл ещё один год не простой, но по-настоящему её. Да, Валерий так и не развёлся. Да, мама лушает и советует: «Нужно расставить все точки», а Инга оттягивает важный разговор. Но в этой тёплой квартире, с запахом ёлки и мандаринов, за окнами метелью завывает зима, а у неё на душе первый раз за долгое время спокойно потому что она любит. По-настоящему. И знает: простить можно многое, если сердце велит.
«Новогодняя ночь на двоих: как случайная встреча у магазина изменила жизнь Оксаны, или история любви, ревности и прощения среди зимней Москвы»
