Новогодняя ночь Оксаны: майонез для салата, каблуки на льду, случайная встреча с хирургом Валерием и выбор между ревностью и любовью

Ксения, ты не занята? послышался голос мамы, заглядывающей в мою комнату.
Минуточку, мам. Сейчас письмо допишу и подойду, ответила Ксюша, не отрываясь от монитора.
На салат майонеза не хватило. Всё не рассчитала. И укроп забыла купить. Смотри, если не трудно, сбегай в Пятёрочку пока не закрыли?
Конечно, сейчас пойду.
Прости, что беспокою. Ты ведь уже прическу сделала. Голова кругом идёт с кухней и этим праздником, вздохнула мама.
Всё, Ксюша закрыла ноутбук и повернулась к матери. Повтори ещё раз, что взять?
Натянула сапоги, шубку, но шапку решила не надевать причёску жалко. Бежать-то всего до соседнего подъезда, не замёрзну. На улице морозец, снег сыплет мелкий словно из открытки. Настоящая новогодняя атмосфера.
В Пятёрочке почти никого. Лишь такие же забывчивые и суетливые, как и мы. Укроп был только в смеси с петрушкой и луком, совсем завядший. Ксюша потянулась к телефону спросить у мамы, брать или нет, но телефон, как назло, остался дома. Подумала и всё-таки взяла, выбрала самую нормальную упаковку майонеза и направилась к кассе. На улице свежо, но не холодно.
Едва она шагнула от магазина, за углом резко показалась машина фары полоснули по глазам. Ксюша инстинктивно отпрыгнула на обочину, каблук скользнул по льду под снегом. Подвернула ногу и с грохотом рухнула на тротуар. Сумка улетела в сторону.
Попробовала подняться боль в щиколотке такая, что аж слёзы навернулись. На улице пусто, телефона нет Что делать? Не услышала даже, как сзади щёлкнула дверца машины.
Сильно ушиблись? надо мной склонился молодой парень. Помочь? Поднять сможете? он подал мне руку.
Ну конечно, из-за вас и грохнулась! с болью в голосе бросила Ксюша, игнорируя его.
Сама виновата. Кто же по льду на каблуках вечером ходит?
Сам такой! огрызнулась она, вытирая слёзы.
Так и будете тут до утра сидеть? Ладно. Я не убийца. Где вы живёте?
Вон там, показала на свой подъезд.
Он вдруг ушёл. Ксюша села на бордюр, стиснув зубы от боли. Через минуту услышала, как подъехала машина тот парень вернулся, припарковался напротив.
Сейчас аккуратно подниму, вы не наступайте на больную ногу. Раз, два, три и прежде чем она могла возмутиться, он ловко поднял её и подставил плечо. Ксюша облокотилась, волоча не сгибающуюся ступню.
Держитесь крепче. Он придерживал её одной рукой, другой открыл дверцу машины. Садитесь.
А сумка? крикнула Ксюша, сев на переднее сиденье.
Парень подобрал сумку с тротуара и забросил на заднее.
У подъезда помог выбраться из машины и снова осторожно поднял на руки, двери закрыл ногой.
Ключи где? Кто есть дома?
Мама Дверь открыта, заходите.
Лифта в доме нет тащит на третий, а у самого лицо всё в поту, тяжело дышит. Так тебе и надо, будешь знать, как гонять! злорадно подумал я. Только сейчас я понял: мне нравится это удивительное чувство быть нужным.
Перед входом в квартиру Ксюша попросила:
Опустите, дальше сама.
Он ничего не ответил, только дышит тяжело. Дверь открылась там мама.
Ксения! Что такое?!
Парень прошёл прямо, осторожно поставил Ксюшу на стул в коридоре. Сам встал на колено.
Что происходит? мама в шоке.
Он не отвлекался, быстро расстегнул сапог, придерживая лодыжку. Я застонал.
Ай! Больно!
Поторопитесь со льдом, я врач, строго сказал парень, не отрывая взгляда от лодыжки девушки.
Мама быстро вынесла из морозилки упаковку с куриными голенями:
Приложите к ноге.
Парень встал, сказал, что сейчас принесёт эластичный бинт из машины и сумку, и ушёл.
Кто этот молодой человек? Ты опять что-то умолчала? мама прикладывала холод.
Я на льду подвернула ногу, а он меня домой принёс. Всё, больше ничего не знаю.
А если жулик? Сейчас с твоей сумкой исчезнет! Там же и деньги, и карточки Может, в полицию?
Мама! Он же меня не бросил, а донёс до квартиры
В это время раздался звонок в домофон.
Это он, сказала Ксюша.
Парень вернул сумку, снял куртку, сёл на пол.
Сейчас может быть больно. Держитесь, надо вправить сустав.
Ксюша схватилась за сиденье, мужчина ловко поставил сустав на место. Всё тело прострелила резкая боль так, что потемнело в глазах.
Всё, теперь должно стать легче, сказал он тихо.
Мама только ахнула.
Я наложу повязку, но пару дней придётся потерпеть. И меньше ходите, сказал парень, собирая свои вещи.
Останьтесь у нас, пожалуйста, до боя курантов мало времени, а у меня всё готово заговорила мама.
Если не помешаю, тогда останусь.
Да что вы, Валерий Сергеевич, проходите! Шампанским поможете!
Мама! осудил я её взглядом.
Мама ушла доставать мясо из духовки, а Ксюша, опираясь на его сильную руку, проковыляла до дивана. Там он сел рядом.
Спасибо вам выдохнула Ксюша.
Я виноват.
Не думаю а как вас зовут?
Валерий. Переходим на ты?
Конечно, улыбнулась она.
Судьбой, видно, было суждено нам встретить Новый год вместе. Как коротко, быстро, странно всё сложилось
Когда Валерий ушёл, мы с мамой легли спать. Но уснуть я не мог всё вспоминал его сильные руки, крепкие ладони. Не забыть чувства, когда он смотрел на меня
С утра стало легче наступать на ногу, хоть отёк ещё держался. Но ходить можно.
Как я обрадовался, когда Валерий вернулся проверить повязку! Он снял бинт, внимательно осмотрел, вновь туго обмотал.
Всё хорошо. Можешь ходить.
Спасибо, Валерий.
Чаю? позвала мама.
В другой раз, на дежурство пора.
А зайдёшь? Ксюша спросила, будто боялась отпустить его.
Улыбнулся в ответ.
Через два месяца Ксюша уже собирала вещи переезжала к Валерию.
Он ведь не развёлся А если жена вернётся? качала головой мама.
Нет, не вернётся. У неё другой Мне Валерий сказал.
Я всё равно тревожусь.
Это был по-настоящему счастливый год. Валерия часто вызывали в больницу и в праздники, и по ночам. Молодых медсестёр вокруг хватало. Но когда он был рядом счастью не было предела.
Жену его Ксюша видела на фото красивая, ухоженная, холодная.
Через год всё было как прежде Валерий так и не развёлся, мама время от времени напоминала мол, поговори с ним, реши вопрос. Но Ксюша всё откладывала.
В канун следующего Нового года хлопоты не кончались: ёлка горит в комнате, на кухне вкусно пахнет запечённым мясом, на кровати разложено новое платье. За несколько часов до полуночи Валерий разговаривал по телефону: Скоро приеду
Опять в больницу? упавшим голосом спросила я.
Не-а. Дочка плачет, не хочет спать без меня. Жена просила. Я быстро съезжу.
До полуночи меньше трёх часов!
Я скоро, подожди. Уложу Соню и вернусь.
Обещал и ушёл. Я нарядилась, накрыла стол Ждала. Но стрелки всё ближе к полуночи, а Валерий не возвращается. Слёзы душили. Писать ему не стала вдруг за рулём? Написала смс без ответа.
Устала ждать, задула свечи, убрала на столе. Сердце сжалось вдруг мама права? Жена выпросила прощение, вернулась
Неведомо как подумалось о соседке-старушке с первого этажа: одинокой, тихой, у неё никого нет. Что ж, Новый год вдвоём ведь лучше, чем одному.
Я взяла угощение, спустилась на первый этаж. Старушка впустила нескоро: Спасибо, проходи, доченька
В квартире скромно, но уютно. За чаем потолковали.
Ты ведь с Валерием живёшь? Хорошая ты Жена его была гордая, всех выше себя ставила, доброты не было.
Он ушёл к дочке вздохнул я.
Вернётся, умный он. Ты не ревнуй. Если любишь прости. Жить надо для себя, для счастья Я своё упустила. Любовь не удержала, не простила старушка вспоминала молодость, слёзы в глазах. Дружба, любовь, всё мимо Прости его не повторяй ошибок. Слушай сердце, доченька.
Я поднялась домой, убрала блюда, перевела дух. Валерий вернулся лишь утром.
Прости Я не заметил, как заснул, правда. Голова кружится, ничего не помню.
Почему не разведёшься? Ты её всё ещё любишь?
Нет. Я тебя люблю. Ты настоящая. Жена ради дочки вызывает, но больше у нас ничего нет.
Валерий, уедем? Начнём заново? Больницы есть в каждом городе, ты лучший хирург
Сейчас не могу Давай позже поговорим. Мне плохо, всё болит. Я тебя люблю.
Когда он заснул, я подумал о словах старушки. Если любишь прости. Главное не потерять то, что есть Я верю: любовь победит.
Я выключил гирлянду на ёлке, лёг рядом. Вдохнул его запах, тепло. Люблю. Только так и скажешь. Я люблю тебя.

Когда любишь простить можно всё, кроме одного: когда тебя разлюбили.

Rate article
Новогодняя ночь Оксаны: майонез для салата, каблуки на льду, случайная встреча с хирургом Валерием и выбор между ревностью и любовью