Эхо в ночи
В отделение реабилитации Надежда Петровна попала за пару недель до Нового года. Раньше не удалось мест не было.
К здоровью у нас относятся серьёзно, поэтому, когда ей выдали направление, Надежда Петровна по-настоящему обрадовалась: медицинский центр, куда её отправляли, славился на весь Новосибирск.
Всё же где-то внутри её закралось беспокойство: вот-вот Новый год, а у неё всегда были свои традиции украшать ёлку, лепить салат оливье, суетиться возле плиты, доставать со шкафа старый праздничный фарфор…
Надежда с детства обожала этот праздник: запах мандаринов, блеск гирлянд, шумный смех за столом. Она всегда сама наряжала дом к торжеству. А теперь? От всего этого надо было отказаться.
С самого первого дня Надежда Петровна пыталась убедить себя: не стоит переживать, это ведь не последний Новый год в жизни, а к Рождеству, авось, уже будет дома.
Похоже, убедила.
***
Поселили Надежду Петровну в двухместной уютной палате с телевизором, где уже лежала женщина вдвое моложе. Процедуры назначили полезные, гимнастику лечебную всё по распорядку.
Надежда Петровна старалась изо всех сил, не пропускала ни одного занятия. Даже в тренажёрный зал ходила инструктор по ЛФК ей очень понравилась.
Врачи хвалили её, говорили, что реабилитация идёт отлично.
Надежда Петровна улыбалась, кивала, но внутри все равно чувствовала грусть.
Впервые она не готовилась к празднику. Не бегала по магазинам в поисках подарков, не размышляла, какую шубку наденет и как украсит стол.
Казалось, Новый год проходит в стороне словно его и нет вовсе.
«Здоровье важнее всего, твердила она себе, буду встречать с соседкой».
30 декабря выяснилось: соседку выписывают. Как только за ней закрылась дверь, Надежда Петровна осталась одна. Совсем одна. В абсолютной тишине.
***
Утром 31 декабря позвонили дети поздравили, расспросили о самочувствии, пообещали заехать после праздников.
Это понятно у всех свои семьи, заботы. Днём с парой бывших коллег обменялись смс…
А потом пришла ночь.
***
Надежда Петровна слышала, как после обращения Президента по коридору раздались поздравления.
Пациенты радостно выкрикивали: «С Новым годом! С новым счастьем!»
Она не двинулась с места.
Ей казалось, между ней и весельем выросла невидимая стена.
Она поняла она никому не нужна…
***
Надежда Петровна взяла телефон. Захотелось услышать живой голос, сказать хоть кому-нибудь пару слов.
Но… кому звонить?
Контактов множество…
«Галина» старая школьная подруга. Лет десять лично не встречались, только лайки друг другу ставим в «ВКонтакте». Удобно. И пусто.
«Валерий» бывший муж. Ему звонить точно бессмысленно.
Листнула дальше.
«Алексей» сын. Конечно, поднимет трубку, будет с ней говорить… если надо, сразу приедет.
Но она не хотела казаться ему слабой. Сын всю жизнь знал её сильной…
Остальные номера ничего не давали. Не было человека, которому хотелось бы позвонить просто так: сказать «С Новым годом!», услышать голос, обменяться словами.
Хоть бы кому-нибудь… прошептала она в стерильной тишине палаты.
И вдруг расплакалась…
Ведь у неё всё было: квартира, работа, опыт, столько знакомых.
И одновременно ничего… и никого.
***
Почувствовав это до самого дна души, Надежда Петровна выскочила из палаты. Натянула пальто и вышла на улицу. Холодный воздух тут же обжёг лёгкие.
Рядом с реабилитационным центром находился маленький заснеженный сквер. Надежда пошла туда просто потому, что нужно было куда-то идти.
На скамейке сидел мужчина примерно её возраста, может, чуть старше.
Он не смотрел на окна, не любовался гирляндами, просто глядел куда-то в темноту.
У Надежды Петровны защемило сердце. Захотелось сказать ему хоть слово.
Она тихо произнесла:
Добрый вечер.
Мужчина поднял глаза и улыбнулся. По-настоящему, по-доброму, так что в уголках глаз появились тёплые морщинки.
И вам добрый. С Новым годом.
Она непроизвольно улыбнулась в ответ. Простая фраза а на душе от неё стало теплее.
А вы почему здесь?
Дома поговорить не с кем, спокойно ответил мужчина. Жены нет уже три года. Дочка в Калининграде, звонила днём, поздравила. Сказала занята. Вот сижу. А вы из больницы?
Надежда кивнула:
Да, восстанавливаюсь после болезни. А сегодня поняла: мне и позвонить-то не кому в эту ночь… Телефон забит контактами, а душа пустая. Даже с поздравлением обратиться не к кому.
Он не удивился.
Одиночество приходит тихо. Иногда просыпаешься и понимаешь: если станет плохо никто не узнает, никто не услышит, посмотрел прямо в глаза. В такие минуты надо решиться и хотя бы попытаться сделать шаг навстречу кому-нибудь. Вот как вы сегодня: подошли, заговорили. Значит, в вас есть сила.
Не чувствую себя сильной…
Это не важно, мягко сказал он. Сильным никто не рождается. Сильным становятся, если идут навстречу жизни, даже если она отвернулась. И знаете… если завтра вы не придёте я всё равно буду вас ждать. Потому что теперь знаю: вы есть.
В его голосе было столько искренности, что Надежда вдруг поняла: она надеялась, что её кто-то спасёт от одиночества, а оказалось сама может стать чьим-то спасением…
***
Поднимаясь наверх, в тёплой ладони Надежда Петровна сжимала тетрадный листочек с номером телефона, который новый знакомый, Степан Олегович, аккуратно написал своим чуть дрожащим почерком.
Пустота не исчезла. Но внутри появилось что-то тёплое. Эхо другого голоса:
Я буду ждать…
В первый раз за долгие месяцы Надежда Петровна подумала не о потере, а о завтрашнем дне. Не о новой жизни, а просто о завтрашнем утре.
«Может, и правда… позвонить? Чтобы просто сказать: “Доброе утро, Степан Олегович”…» думала она, засыпая.
