14 февраля, морозный день.
С самого рассвета я вышел из своего маленького барака в деревне Песчаный Бор, где лёгкий снег тихо кружился, а луна, будто стесняясь, пряталась за облаками. К полудню солнце, как добрый сосед, выглянуло из-за леса и согрело землю.
Вечером я возвращался к дому, когда над головой собрались тяжёлые тучи и разразился резкий ветер. Я уже почти дошёл до калитки, как вьюга стала настолько густой, что всё вокруг превратилось в белый шум.
Что за буря, пробормотал я себе, будто сама зима решила устроить спектакль.
Открыв калитку, я заметил, как огромная ель, качаясь от порывов, почти упала на дорогу. Слава Богу, я успел зайти в дом до того, как метель смела всё вокруг.
После ужина я залез на печку, прислушиваясь к завывающему в трубе ветру, и, не заметив, как задремал, услышал настойчивый стук в дверь.
Кто в такую пору пришёл? спросил я, вытянув ноги в валенках и спускаясь с печки.
Хозяин, откройте, мне холодно, донёсся мужской голос.
Кто ты? спросил я, настороженно приоткрыв створку.
Сергей, шофёр. Попал в пробку снега перед вашим домом, не вижу дороги, пытался от тащить лопатой, но всё заваливает. Я из соседней деревни, спасите меня от стужи.
Сомнения крутятся в голове, но я всё же впускал незнакомца. Вскоре в сени ввалился высокий мужчина, весь в снегу, и, стряхивая его с плеч, я пригласил его зайти.
Чайку налить? спросил я.
Было бы кстати, промёрз, ответил он, расправляя тулуп.
Я поставил на стол вчера испечённые пироги, достал чашку с блюдцем и налил горячий чай из печного чайника.
Как тебя зовут? спросил я.
Аграфена Петровна, но можете просто Аграфена, ответила хозяйка, улыбнувшись.
Ты одна живёшь? спросил Сергей.
Пять лет уже, муж ушёл после ссоры, детей нет, коротко ответила она.
Я кивнул, ведь и сам однажды был женат, но развод оказался горьким. Мы говорили о семье, о детях, о том, как иногда судьба подбрасывает камни на путь.
Сергей уселся на печку, быстро уснул, а я сидел в тишине, глядя на огонь. Одиночество, словно тяжёлый сук, давило на сердце: «Как бы хотелось, чтоб рядом был свой, а не чужой, муж». Но утро пришло, и я разжёг печь, приготовив блины. Сергей проснулся, обрадовался аромату и сказал, что они спасут его голодный желудок.
После завтрака я отправился на работу в местный колхоз. Перед уходом я сказал Сергею:
Двери не запираю, если захочешь, можешь занести замок на дужку. Чайник в печи, варёная картошка под рукой. Счастливого пути.
Он кивнул и пошёл. В обеденный перерыв я вернулся и увидел, как он возится с машиной, застрявшей в сугробе. Аккумулятор отдалён, дорога не просматривается.
Ты ещё здесь? спросил я.
Да, нужен трактор, чтобы выехать, ответил он.
Я пригласил его в дом перекусить: «Снег столько, что еле дошёл». Затем посоветовал, где он может взять трактор в мастерской, где работают с часа одиннадцатого до двух.
Неожиданно я почувствовал странное родство с этим человеком, словно в нашем доме появился второй хозяин. Он рассказывал, как лопатой разрубает снег, а я наблюдал за его седыми висками и морщинами у глаз, которые появляются, когда улыбается.
Проводя Сергея до мастерской, я вернулся к своей работе и пожелал ему добра:
Счастливого пути!
Вечером, когда я шёл домой в сумерки, увидел свет в окнах. Сердце подпрыгнуло: приятно знать, что тебя ждут. Сергей стоял у печи, чайник уже кипел.
Почему ты не уехал? спросил я.
Завтра придёт трактор, но сегодня мастерская закрыта, ответил он.
После ужина я занялась делами, а Сергей, не ложась, сидел на печи, задумавшись. Внезапно он подошёл к моей кровати, сел рядом и, почти безмолвно, обнял меня. Я замерла от неожиданности, но он укрыл меня одеялом.
Тишина длится, пока я не нарушила её:
Знаешь, Сергей, я могла бы всю жизнь жить рядом с тобой.
Он чуть взъерошил брови:
Так мне жениться на тебе, что ли?
Что? спросила я робко.
Он, как бы обиженный, сказал, что не верит женщинам, что их предательство оставило шрамы. Я, слёзы за плечами, заявила, что хочу семью, детей, заботу, счастье.
Он отмахнулся, но я всё ещё чувствовала стыд за доверие к чужому человеку. Ночь прошла без сна.
Утром Сергей собирался уезжать: трактор должен был приехать к шести. Я вышла к двери, чтобы попрощаться.
Прости меня, Аграфена, сказал он.
Прощай, Сергей, в следующий раз дверь не открою, ответила я, хотя внутри всё кричало о прощании.
Он уехал. На обеде я ждала его, но машины рядом не было. Подруга Настя, живущая рядом, пришла в гости и, заметив моё состояние, пошутила:
Варя, ты, похоже, беременна!
Я рассмеялась, но потом вспомнила о возможности. Через несколько дней врач подтвердил беременность. Я благодарила судьбу за то, что всё это началось с той ночи, когда Сергей пришёл в мой дом. Я не злилась на него, а была благодарна за шанс стать мамой.
Когда пришло время родов, медсестра спросила, как назвать мальчика.
Степкой назову, а потом Степан, ответила я, улыбаясь.
Не спеши думать о старости, сначала вырастить надо, поддразнила меня медсестра.
Настя, узнав о выписке, сказала, что не сможет отвезти меня в автобусе с ребёнком, но скорую обещала вызвать. Я собрала вещи, держала сына на груди, и вышла в вестибюль, где меня ждал Сергей с огромным букетом, а рядом Настя хитро улыбалась.
Этот Сергей сказал, что он ваш муж и не позволит никому отнять ребёнка, сказал Настя.
Я отдала сына Сергею, улыбнулась, и слёзы радости покатились по щекам.
Сегодня я записал всё в дневник, чтобы помнить: иногда буря приводит к новой жизни, а случайные встречи могут стать началом семьи. Главное не бояться открывать дверь, даже когда за ней стоит незнакомец, ведь в сердце всегда найдётся место для тепла и надежды.
