В 2018 году Илья Сергеевич Синицын, 34-летний житель Днепра, мечтал выбраться из нищеты и придумал завести свиней. Для этого он арендовал пустующую часть холма в селе под Богуславом решил устроить свинарник прямо на свежем воздухе, в окружении украинской зелени.
Он спустил все накопления до последней копейки, взял кредит в «Ощадбанке», поставил свинарники, вырыл колодец с насосом, купил 30 поросят.
Когда он впервые повёз на гору первую партию поросят, он с гордостью сказал жене Людмиле Ивановне, тогда ей было 31:
Потерпи, дорогая. Через год у нас будет свой дом, настоящий, кирпичный!
Но, как оказалось, жизнь не шоу на ТВ, где все внезапно разбогатели и счастливы.
Не прошло и трёх месяцев, как по стране прокатилась африканская чума свиней. Одна за другой закрывались все свинофермы поблизости. Соседям даже пришлось сжечь целиком свои сараи, чтобы остановить заразу. Недели две над холмами висел стойкий дым будто гиганты шашлыки делают.
Людмила испугалась.
Давай продадим их, пока все живы, уговаривала она.
Но Илья тем упрямством отличался.
Переживём. Сейчас решится и дело пойдёт. Надо только чуть-чуть потерпеть!
Нервы сдали не только у свиней. От бессонных ночей и постоянных тревог Илья слёг. Его даже положили в больницу в Киеве сильно переутомился, организм сказал «до свидания». Месяц отлеживался у тёщи в Фастове, пытался прийти в себя.
Когда вернулся к свинарнику половины его поросят уже не было. Корма стали стоить как чёрная икра. А «Ощадбанк» начал звонить так часто, что Илья вскоре уже боялся брать трубку «алло» превращалось в дрожь в пальцах.
Каждую ночь, когда дождь бил по жестяной крыше сарая, ему казалось: всё, что он строил, рушится с каждым новым ливнем.
В какой-то момент, получив очередной звонок от кредитора, он опустился на пол, уставился в потолок и тихо пробормотал:
Всё. Приехали.
Утром он закрыл сарай на замок, отдал ключ хозяину земли деду Тарасу и, не оборачиваясь, сошёл с холма. Не хотел видеть, как гибнет его мечта. В голове всё уже рассыпалось в прах.
Пять лет он ни разу не возвращался туда.
С Людмилой они переехали в Винницу, устроились работать на завод. Жизнь стала простой: не богато, но спокойно, кредит выплачивали по чуть-чуть. Иногда, когда разговор заходил о фермерстве, Илья только горько отшучивался:
Я просто накормил свои гривны холму. Пускай отрыгнёт, захочу приду, проверю
Но тут, в начале этого года, вдруг звонит ему дед Тарас. Голос еле слышен, как будто сам с холма спускается:
Илья, милый, приезжай Со свинарником твоим тут ну, в общем, лучше приезжай.
На следующий день Илья проделал путь в 40 километров по разбитой, покрытой травой дороге, которую за пять лет, казалось, охраняли только суслики и крапива. Чем выше он поднимался, тем сильнее сжималось сердце.
Что ждёт: дырявая крыша, развалившиеся сараи? Или вообще и следа не осталось холм всё стёр?
Но, выйдя на привычный поворот, он замер.
Место, откуда он когда-то ушёл с пустыми руками, оказалось живым!
Это был не прежний унылый сарай: крыша обросла вьюном и мхом, грязные загоны слились с лесом. Вокруг выросли высокие тополя, тропинка поросла бурьяном.
Но главное не это.
До Ильи донёсся знакомый звук:
Хрю хрю
Илья окаменел.
Он осторожно подошёл к почти исчезнувшему забору и о чудо! в старом загоне были свиньи.
Не одна, не две а целый табун!
Крупные, откормленные, и мелькает то тут, то там мелкая поросячья братия.
Тридцать поросят, которых он когда-то сюда завёз, превратились за пять лет в дикий свиной рай.
Нет этого быть не может пробормотал Илья.
Дед Тарас подошёл поближе и уселся на поваленный ствол.
Вот я тебе и говорил не пропали они. Разломали забор, ушли в лес. Я думал, не выживут, а оно вон как
Илья огляделся.
За свинарником журчал ручеёк, о котором он и не подозревал. Пробились кусты картофеля, разрослись банановое дерево (видимо, шутка природы!), грецкие орехи и даже какая-то картошка.
Выживать научились, задумчиво сказал дед Тарас. А детей своих тут выгул устраивают
Илья смотрел на свиней, и вдруг одна, большая, с рыжим боком и шрамом на ухе (точно как у той, самой первой, что он тогда купил), подошла к забору, принюхиваясь. Глядит будто вспоминает.
Та самая выдохнул Илья.
Первый мой поросёнок
На душе защемило.
Всё, что казалось утраченным жило. Не просто пережило выросло, расширилось.
Ну что, хозяин, что теперь делать будешь? усмехнулся дед Тарас.
Илья ещё минуты стоял в раздумьях, глядя, как его холм бурлит жизнью, как будто пять лет и не прошли мимо.
Впервые за многие годы Илья улыбнулся.
Похоже, тихо сказал он, мечта, она не умирает, если по-настоящему своя.
И вдруг понял простую, народную истину: иногда, даже если ты оставил мечту где-то по дороге
она просто ждёт, когда ты вернёшься.
