Этап 1. Месяц, который кружится в сумраке
Владимир то и дело прокручивал этот странный месяц в голове, пытаясь понять, был ли он реальным? Отпустить его или просто исчезнуть самой? Он так и не понял.
В тот вечер, когда она сказала спокойно:
Ну что ж, раз уж любишь другую уходи. Только сделай мне один подарок
он ожидал бурю: слезы, крики, бессонные ночи. Но Галина лишь посмотрела пристально:
Дай мне тридцать дней. Останься дома, как будто ничего не случилось. Как будто ты ещё мой муж. Я не буду спрашивать. Не буду мешать тебе уйти. Но эти тридцать дней мои. Согласен?
Он удивился вот, взрослая женщина, развод без грязи. Даже приятно, что она не цепляется.
Конечно, ответил он. Смогу.
И начались эти тридцать дней, необычных и зыбких.
Галина действительно не спрашивала, не следила за телефоном, не выпытывала имена. Всё наоборот была той, какой он когда-то в неё влюбился: тихой, уютной, с этим её «сделала курочку, пока горячая», с рукой на плечах, когда он входил.
Цветы он приносил вдруг, то ли из вины, то ли «другая» (Татьяна она давно жила у него в голове) ворчала: «Ты что, специально её добиваешь?» и потому он прятал вину за букетами.
Галина принимала цветы и смотрела так, будто запоминала атмосферу: запах лаврового листа на кухне, шум старой стиральной машинки, как свет ложится на его рубашку по утрам.
Иногда Владимир ловил себя на мысли: не хочется уходить. В «другой жизни» было остро, свежо там его хотели. Здесь стабильно, надёжно. Слишком надёжно, чтобы не ценить. Но он уже высказался: «Я люблю другую». Нужно держать слово.
Он не знал, что каждую ночь Галина садится за ноутбук и печатает. Не в соцсетях, не по работе. Она фиксировала: что забирает, что оставляет, кого предупредила.
Этап 2. Тишина, в которой она вывела себя из дома
Он проснулся от тревожной тишины.
Это не была обычная тишина когда она на кухне, кофеварка попыхивает, радио шепчет. Нет. Это была пустота, как в квартире-призраке.
Гал? он потянулся к её половине кровати.
Пусто. Одеяло как под линейку будто номер в гостинице. Халат исчез.
Владимир вышел на кухню. Стол чистый. Ничего на плите. Халата на стуле нет. Прихожая её обувь исчезла. Крючок для сумки голый.
Он не сразу испугался подумал: «Ну, уехала к маме рано». Но на столе лежал сложенный лист бумаги. Обычная белая страница. Расплывчатый, но ровный почерк её.
Вверху единственная фраза, от которой стало холодно между лопаток:
«Володя, подарок я себе сама сделала.»
Он сел, раскрыл письмо.
И то, что прочёл дальше, вызвало чувство нереальности, как будто волосы шевелятся от ветра в закрытой комнате.
Этап 3. Записка, похожая на досье
Это было не просто «я ухожу, будь счастлив». Это был отчёт. Хладнокровный, но с любовью. Она объясняла, будто ведёт за руку через лабиринт:
«Ты сказал: Я люблю другую.
Я ответила: Хорошо, уходи.
Но, Володя, ты не заметил: в этот момент не ты меня бросил, а я тебя отпустила.
Ты захотел свободы я дала. Мне нужен был месяц, чтобы всё окончить и разобраться с твоей другой.
Читай внимательно. Не рви, не жги пригодится.»
Дальше шёл список.
1. «О квартире»
«Квартира, где ты живёшь, моя. Мне её оставили от бабушки, и оформили сразу на меня, как поженились. Ты не помнишь был влюблён и думал, что навеки.
В последние два года ты предлагал продать и взять побольше. Я отказала теперь ясно почему.
Недавно подала заявление в Дию о запрете регистрационных действий без моего присутствия. Так что с твоей другой эту квартиру не провернуть.»
2. «О машине»
«Машину бери, своя. Я оформила дарственную да, представляешь! не хочу, чтобы думал, будто оставляю с пустыми руками. Не мщу, а просто закрываю счёт.»
3. «О твоей другой»
Здесь его охватил холод по коже.
«Ты думаешь, я не знаю, кто она. Знаю. Татьяна. Ей двадцать девять, работает в турагентстве, обожает сияющую жизнь.
Ты познакомился с ней не случайно она попала в тот бар специально.
Но это ещё не всё.
Десять дней назад я с ней встретилась. Да, Володя. Я. С ней. Она знает, что ты женат.
Мы сидели в кафе. Я сказала: Раз уж вы любите моего мужа, познакомимся.
Она сперва строила скромницу, но когда узнала о вашей поездке в Киев, о гостинице на Пушкинской и о браслете, который ты подарил, расслабилась.
И знаешь, что сказала?
Галина, вы чудесная женщина. Но Владимир взрослый. У него выбор.
Я не собираюсь быть его женой и гладить ему рубашки. Мне хватит, что он оплачивает мне квартиру и поездки. Хотите забирайте его обратно, только пусть гривны переводит.
Я включила диктофон.»
В конверте лежала маленькая флешка.
Владимир заледенел. Татьяна? Его Татьяна? Та, ради которой он решил уйти достойно? Чтобы услышать такое?
Дальше письмо продолжалось.
4. «Почему я хотела месяц»
«Я не истеричная. Не хотела пилить тебя ночами. Мне нужно было:
встретиться с Татьяной и поговорить без истерик;
вернуть деньги, которые ты тайком переводил ей с нашего общего счёта (общий он общий, а не на тебя и твою пассию);
предупредить банк, что ты будешь пытаться снять копилки;
подготовить бумаги на развод правильно;
и запомнить тебя нормального. Не того, что ходил с перегоревшим лицом и цветами откупиться, а того, кто шутил, ел пельмени и целовал мне плечо по утрам.
Это был мой подарок прожить последний, нормальный месяц брака. А потом просто закрыть дверь.»
Страх сковал его. Всё время он думал, что рулит. Что красиво уйдёт, она скажет спасибо за честность. А оказалось его давно просчитали.
5. «Что дальше»
«Когда дочитаешь письмо я буду ехать к маме в Николаев. Там подам на развод.
Не приезжай всё оформлено через моего адвоката.
Тебе остаётся машина и твои вещи.
Кредит за кухню твой (ты же всегда говорил, что это твоё логово, вот и плати).
Общие накопления заморожены, подпишем соглашение разморозят.
Да, и ещё. Татьяна через месяц уволится и выйдет замуж. Не за тебя. У неё свой жених.
Это она сама сказала. У тебя на флешке запись.
Так что ты, Володя, любишь не другую, а свою иллюзию, в которую тебя искусно ввели.»
Последняя строка уже мягче.
«Ты не плохой. Просто поверил, что тебя невозможно не любить. Это мужская болезнь.
Я тебя любила. Долго.
Но люблю ли я мужчину, который готов продать нашу жизнь за экскурсию с красивой юбкой? нет.
Поэтому уйди.
И, пожалуйста, прежде чем говорить я люблю другую проверь, любит ли другая тебя.
Прощай.
Твоя бывшая удобная жена,
Галина.»
Внизу была приписка, вызывающая жар:
«P.S. Если начнёшь искать и устраивать сцены запись с Татьяной отправлю твоему начальнику и маме. Не мщу, просто иногда надо смотреть на себя со стороны.»
Этап 4. Проверка реальности
Первым делом Владимир бросился к ноутбуку. Вставил флешку. Запись открылась.
вы понимаете, Галина, звучал голос Татьяны. Спокойный, весёлый. Ну что же вы цепляетесь к этому Володе? Вы взрослая женщина. Он нормальный. Щедрый. Но у него семья. Я не дурочка замуж за него не собираюсь. Я получила от него всё, и хватит.
А если он уйдёт? спрашивала Галина.
Ну и что? зевала Татьяна. Он через полгода поймёт, что я не собираюсь варить ему борщ. А к тому времени я расписываться. У меня человек есть. Просто Володя удобный кошелёк сейчас.
Он думает, что любит вас.
Да пусть думает, фыркнула Татьяна. Мужчинам надо сыграть в влюблённого мальчика. Главное, чтоб гривны шли. Не бойтесь, я вашего мужа не заберу. Мне это не нужно.
Галина чуть тише в записи:
А если я сама его отдам?
Ой, да забирайте обратно! смеялась Татьяна. Я не за ним. Я за возможностями.
Владимир выключил запись.
В груди стало ледяно и липко.
Он ушёл к женщине, которая уже планировала выйти за другого.
Он честно признался жене, которая закрыла за ним все финансовые дыры.
Он думал поступил по-взрослому, а выглядел мальчиком с толстым кошельком.
Ему стало стыдно как никогда прежде.
Этап 5. Вот зачем был этот подарок
Только к вечеру он понял почему она назвала это подарком.
Потому что он думал, что сделал подарок ей честностью.
А она подарила себе время.
За тридцать дней Галина:
вывела общие гривны из-под его контроля;
убедилась другая не соперница, а потребительница;
оформила документы на своё жилище и свою жизнь;
и, главное попрощалась с ним по-своему.
Дверью не хлопнула, тарелки не разбила.
Ушла спокойно, красиво так, что теперь ноет не ей, а ему.
Владимир сел на пол в прихожей. В их прихожей, в её квартире. И только теперь заплакал.
Не от того, что жена ушла. А от того, что понял:
Галина всё это время была умнее.
Галина всё это время знала.
Галина всё это время любила по-взрослому, а не как Татьяна пока платят.
Он открыл телефон. Нашёл Татьяну. Позвонил.
Привет, кот, ответила она беззаботно. Рано что-то
Можно увидеться? хрипло спросил он.
Ой, нет, она засуетилась. Я сегодня с Сашей. Я ж говорила. Не заводи сцен. Ты же знал, что у меня жизнь.
С Сашей? пересохло в горле. Это твой жених?
Ну пусть так, пожала плечами. Володя, не будем. Ты мне помог спасибо. Я не обещала тебе ничего. Всё, я побежала.
Связь оборвалась.
Он смотрел в экран.
Всё закончилось.
Он потерял жену ради женщины, для которой был просто способом оплаты.
Эпилог
Неделей позже пришло письмо. Настоящее.
«Володя.
Не ищи меня.
Я не злюсь.
Я просто закончила.
Если когда-нибудь дорастёшь до того, чтобы любить не иллюзию, а живого человека всё получится.
Только не повторяй я люблю другую, если не уверен, что другая не говорит про тебя то, что Татьяна сказала мне.
Береги себя.
Г.»
Он положил письмо рядом с её первой запиской и понял: самый большой подарок она показала ему его самого. Целиком, без фильтров.
И волосы действительно стали дыбом потому что видеть себя таким страшнее, чем признаться: «я влюбился в другую».
