Ему ещё не исполнилось семнадцать, когда он привёл её домой… Девчонку, уже порядком округлившуюся, которая оказалась на год старше.
Катя училась в том же училище, только на параллельном потоке. Несколько дней Антон замечал, как незнакомая девушка, съёжившись в углу, бесшумно плачет. Он разглядел и наметившийся животик, и одну и ту же поношенную кофту, и пустой, безрадостный взгляд.
Оказалось, её историю знал весь город… Внук местного чиновника встречался с ней, а потом внезапно испарился — якобы уехал по делам в соседнюю область. Его родные и слышать о ней не хотели, прямо так и заявили. А её собственные родители, боясь «портить репутацию», выставили её из дома и сбежали на дачу. Одни её жалели, другие злорадствовали за спиной.
«Сама дура, надо было думать головой!»
Антон не мог просто стоять в стороне. Взвесив всё, он подошёл.
— Будет тяжело, хватит реветь. Пойдёшь ко мне, распишемся. Но сразу скажу: я не мастер сладких речей и нянчиться не стану ни с тобой, ни с ребёнком. Просто буду рядом и сделаю всё, чтобы у нас всё получилось.
Катя вытерла слёзы и посмотрела на него. Ну что сказать… Самый обычный паренёк, без пафоса. А ей грезился совсем другой кавалер! Но выбирать в её положении не приходилось, и Катя пошла за ним.
Родители были в шоке. Мать умоляла Антона одуматься, но он стоял на своём:
— Мам, не переживай, справимся. У меня две стипендии, плюс подрабатываю, выкрутимся.
— Но ты же собирался в институт!
— Ну и что? Пацану образование никуда не денется. Отец всю жизнь на заводе, ты в бухгалтерии — и живёте же. Это не конец света.
Катя поселилась в его комнате. Он отдал ей кровать, а сам устроился на старой раскладушке. Первые дни она была тихой, как мышь, ходила за ним в училище и обратно, а потом вдруг взорвалась:
— Надоело! Почему твои родители смотрят на меня как на прокажённую? Я им не нравлюсь! И почему ты вечно то за учебниками, то на работе?
Антон удивился.
— Ну а ты чего хотела? Да, ты им не по душе, но крышу над головой дали. А твои родные где? Где отец ребёнка? Я учусь, чтобы не вылететь в первый же год, и подрабатываю, потому что нам на что-то жить надо.
Катя расплакалась.
— Зачем ты так жесток?
— Я же предупреждал: врать не стану. Кстати, когда в загс идти будем?
— Я не могу явиться туда в этом! Купи мне красивое платье с высокой талией, чтобы живот не видно было.
— Ты серьёзно? Мы же со справкой о беременности придём, какое платье? Мне ещё на коляску копить…
Мать хваталась за валерьянку, но постепенно смирилась. Всё чаще её взгляд задерживался на крошечных ползунках в магазине. Ну что ж, пусть живут. Главное, чтоб ребёнок здоровый был. Вот только Катя вечно чем-то недовольна: то Антоном, то тесной квартирой. Ладно, родит — может, остепенится.
Но Катя не собиралась меняться. Когда Антон, вернувшись с автомойки грязный и уставший, принёс в комнату худющую кошку, она аж покраснела от злости:
— Ты совсем дурак? Зачем нам это облезлое чудовище? Выкини её сейчас же!
— Не выкину. Она котёнка ждёт. Если не нравится — дверь там.
— Ах так?! — взвизгнула Катя. — Выбирай: или я, или эта тварь!
Антон скривился.
— Да мне нечего выбирать. Это мой дом, и кошка останется. Может, тебе стоит перестать ко всем придираться?
Катя рыдала, истерила, ревновала к кошке. Где он вообще разглядел, что она беременна? Но скоро стало ясно — кошка и правда ждала потомство.
Антон уставал, но едва в голову закрадывалось сожаление, он гнал его прочь. Ничего, справимся. Катя родит, успокоится, а кошка тем временем принесёт котят — глядишь, и настроение у всех улучшится.
Но вышло иначе… Вернулся из командировки тот самый дед-чиновник, узнал про правнука и влетел внуку по первое число. Пригрозил отрезать от денежного потока, если ребёнок будет расти в чужих руках. А терять «кормушку» молодому повесоне хотелось.
Катя уехала с ним в тот же день, даже не попрощавшись. Документы были при ней — собиралась в консультацию. На вещи махнула рукой: купят новые! Да и в это дырявое училище она больше не вернётся.
Антон был раздавлен.
Выбросил её вещи и сидел один в темноте, прижимая к себе кошку. Та будто понимала его, тихо мурлыкала, жалась к нему — мол, я тут, я с тобой.
Когда пришло время, Антон сам принимал роды у кошки, не подпуская перепуганных родителей. Говорил с ней, успокаивал, держал наготове телефон ветеринара.
Всё прошло хорошо — на свет появились четыре крошечных комочка. Антон сменил подстилку, поставил воду и корм, убедился, что все в порядке, и устало повалился спать. В этой суете он даже забыл, что сегодня — его день рождения.
Ему только что исполнилось семнадцать.
