Акуратнее носи, дочка, Галина Ивановна передавала Алине бархатную коробочку, будто вручала айфон, только вековой. Это кольцо нашей семьи. Прабабкино. Царский режим, революция, блокада а это кольцо всё пережило. Мама рассказывала, в сорок шестом за него мешок картошки предлагали, а бабушка и ухом не повела: “Память, говорит, дороже». Хлеба и без того наскребём, а вот прошлое не вернёшь.
Алина, молодая, маникюра ей бы позавидовала сама жена депутата, волосы как только из салона, открыла коробочку. Под люстрой мелькнул тусклым заревом большой рубин с золотыми вензелями в обрамлении. Кольцо хоть сейчас в музей на Кропоткинской, массивное, добротное, а не эти худенькие колечки, которые на молодёжи как будто фольга обёрточная.
Ого! Вот это конструкция… заметила Алина, покрутив кольцо в руках. Сейчас-то таких не встретишь. Ретро, хе-хе.
Это не ретро, Алёнушка, а антик! поправил её Сергей, сын Галины Ивановны. Он, как всегда, после знатного борща сидел умиротворённый и смотрел на женщин с благодушной улыбкой. Мама, ты уверена? Ты же говорила: «Пока я жива, кольцо моё».
А теперь Алина семья, сказала Галина Ивановна, улыбнувшись одобрительно, хоть внутри и комок какой-то заколыхался. Решение это ей гвоздём в сердце давалось: кольцо её защита, якорь рода. Но уж очень сына жалко: любит свою, до невозможности, готов кастрюлю мыть ради неё. Вот и решила пусть узнает, что она не чужая. Три года вместе, а по вам и не скажешь всё как у бабушки с дедушкой. Пусть теперь семейное кольцо ваш очаг бережёт, как меня оберегало.
Алина примерила кольцо, оно на безымянном чуть ли не каталось, словно хомяк по клетке.
Красиво, сказала она, но выражение лица было больше «спасибо за билет в театр» почётно, но без восторга. Спасибо, Галина Ивановна. Буду… очень аккуратна. Только, наверное, ремесленнику покажу уменьшить надо, а то потеряю.
Ты с ювелиром поосторожней, тут же встрепенулась свекровь, проба царская, мастера головой кивают, мол, мягкое золото, возиться непросто. С камнем осторожно чтобы не поцарапали. На средний палец лучше примерь может, пригодится.
Разберусь, отмахнулась Алина, щёлкнув коробочку и сунув её к сумке. Серёжа, пошли, утро завтра раннее, ещё кредит за «Ладу» платить, да и в банк заскочить надо.
Галина Ивановна, провожая молодёжь, стояла у окна, пока их новенький паркетник не скрылся за углом. Как будто часть тепла из дома унесли. Но отогнала мрак: мол, надо внуков ждать, а не грустить. Молодёжь она нынче другая, а память свою место найдёт.
Неделя пролетела между поликлиникой, рынком (творог туда возили, под шёпот бабок), и скандинавскими марш-бросками с подругами по парку. Но тут выпал день, когда небо хмурилось, будто пенсию задержали, а дождь так сыпал, что даже за хлебом идти не хотелось.
Галина Ивановна, возвращаясь после аптеки, пошла знакомым двором, где каждый магазинчик как родственник в деревне: ремонт обуви, фотопечать, и, конечно же, ломбард на углу. Вывеска горела так, что хоть на фотосессию стой «ЗОЛОТО. ТЕХНИКА. 24 ЧАСА». Обычно она такие места стороной обходила: тянет оттуда каким-то чужим горем. Но тут, хоть режь правду, что-то взгляд потянуло на витрину.
Цепочки, крестики, обручалки всё, что кому-то когда-то было дорого. И вдруг взгляд бац! прямо на цель.
Там лежало оно. Кольцо.
Ошибиться невозможно в нашем роду второго такого кольца не водилось. Рубин, словно свежая вишня в компоте, оправа тонкая работа, царапина изнутри, которую только она и знает. Словно из зеркала её совесть выглянула.
Да нет, быть не может… шепчет Галина Ивановна. Колени ватные, сердце галопом.
Тянет зашагать прочь: ну мало ли, может, похоже? Реплики наше всё, сейчас любой школьник руками такое сделает. Но потянуло именно туда.
Внутри пахло освежителем “Лимон лайф”, пылью и бедой. За стойкой сидит парнишка лет тридцати малосонный, как будто кофе некрепкий привезли, листает мемы на смартфоне.
Добрый день… Галина Ивановна думала, голос потеряет, но выдавила.
Здравствуйте, покупки-продажи-залог, автоматически отозвался сидящий.
Я бы хотела взглянуть на кольцо… вот то, с рубином.
Парень, тяжело вздохнув (видно, сериал прервали), достал из витрины подставку.
Антик, буркнул. Проба 56-я, сейчас таких не делают. Камень настоящий проверяли. Цена на бирке.
Галина Ивановна дрожащими пальцами взяла кольцо. Оно тут же отозвалось знакомой тяжестью и теплом, как рукопожатие друга. Перевернула да, её царапина, клеймо мастера еле видно, а роднее не сыщешь.
Мир плыл колбасой: неделю назад сама своими руками вручила Алине… И вот. Добро пожаловать «на место боевой славы».
Сколько? спросила она еле слышно.
Тридцать пять тысяч, отрубил парень. По цене “лома” плюс немного за камень. Штука на любителя, размер не ходовой.
Тридцать пять тысяч рублей. Память трёх поколений и тут как обычная монета. В антикварной лавке дали б в разы больше, но ломбарду всё равно: кусок золота и не более.
Беру, твёрдо сказала она.
Паспорт есть?
Есть. И карта.
Это были её «сберегательные». На чёрный день ну вот он. Пальцы сжались на стойке крепко, чтобы не свалиться. В голове роились вопросы: что случилось? Долги? Болезнь? Сказали бы помогла бы, ладно бы взяли в долг но ведь по-тихому!
С кольцом вернулась домой не с облегчением, а с тихой злостью. Дождь не замечала, даже когда вода капала за шиворот: теперь у неё в сумке целая семейная сага.
Скандалить сейчас и рвать душу? Просто. Придумают отговорок, слепят сказку ещё и виноватой останется. Надо подождать.
Два дня дома, якобы давление, а сама с кольцом на ладони, словно гладит котёнка после грозы.
В пятницу позвонила сыну.
Серёженька, привет! У вас дела как? Может, ко мне в субботу? Борщ с тыквой, пироги с капустой твои любимые!
Привет, мамок! Конечно, приедем! Алина всё о тебе думает, забегалась только. Часам к двум нормально?
Жду с нетерпением, сынок.
Перед их приездом ни сна, ни покоя. Слова примеряла, но всё не то как будто надела чьи-то чужие тапки. Предательство в горле комом встал. Или один виноват? Сергей знал?
Приехали как к Новому году: торт в килограммах, хризантемы, Алина вся в рюшечках и улыбчивости. Про встречу, про новости, про скидки на кухонную технику болтает заливисто.
Как у вас вкусно, Галина Ивановна! А мы всё на доставках Работа-подработки, некогда на кастрюлю даже посмотреть!
Всё культурно, как по телевизору. Кольца на руке Алины тонкие, как макаронины, бижутерия, фамильного не видно.
Алиночка, начала Галина Ивановна, когда чай наливала, а чего своё кольцо не надеваешь? Не к платью, что ли, не подошло?
Алина вздрогнула буквально на долю секунды. Сергей тоже на жену зыркнул.
Ой, Галина Ивановна, в шкатулочке держу. Я же говорила, опасаюсь великовато, боюсь потерять. Вот собрались с Сережею к ювелиру, но столько дел!
Да уж, дел как у премьера, кивнул Сергей. В целости оно, не волнуйся.
В целости и сохранности, эхом повторила свекровь.
Дома в шкатулочке, подчеркнула Алина, уже раздражённо. Чего переживать? Это всего лишь вещь.
Галина Ивановна молча встала, достала из серванта ту самую коробочку и положила перед Алиной. Щёлк и рубин блеснул.
Тишина можно было услышать, как капля воды по подоконнику скачет.
Алина побледнела, будто студентка на экзамене по физике. Сергей поперхнулся чаем.
Мама выговорил сын. Откуда?..
Из ломбарда на улице Ленина, спокойно ответила вона, усаживаясь за стол. Спокойствие, будто после тайфуна. Во вторник зашла. Случайно. А вот и кольцо за тридцать пять тысяч. Так сейчас память оценивают.
Алина уронила взгляд, аккуратно изучала скатерть.
Мы хотели выкупить, бормотала. Правда с зарплаты следующей.
А если бы забрал другой? Выковыряли бы камень, переплавили на золотую цепь? Ну?!
Ой, ну и трагедию сделали! вдруг вспыхнула Алина, встала, в глазах злые, мокрые искры. Да это просто металл! Денег срочно надо, кредит душит! Сереже премию срезали, зарплата ужимается мы ж не компьютеры, что делать? Не идти же к вам, ныть? Опять бы лекций наслушались Хотели временно сдать, выкупить при первой возможности. Ну ошиблись, с кем не бывает!
Ага, лишь бы Галина Ивановна не узнала, сухо повторила свекровь. А совесть? Доверие?
Люди это главное, буркнула Алина. А это кусок железа. Мир не рухнет.
Сергей схватился за голову.
Ты знал? тихо спросила мать.
Знал кивнул он, не поднимая лица. Прости, мам. Денег не хватало. Алина предложила Я не хотел, но
Но согласился. Потому что проще врать. Потому что кредит выше памяти.
Галина Ивановна поднялась:
Вы мне всё вернули. Не надо денег. Всё ясно как белый день.
Она встала к дверям.
Уходите.
Мама, не начинай вскочил Сергей.
Родные так не поступают! отрезала она. Кто семью уважает, тот память не продаст.
Ну и отлично! Алина тяжело подняла сумку. Вот и сидите тут со своими сокровищами!
Дверь хлопнула. Запах духов цепко повис над столом. Но теперь он был как излишек бывших богатств: больше тяготил, чем радовал.
Галина Ивановна убрала торт, перемыла всё до скрипа, потом разглядела кольцо:
Вернулось, родимое Знала, что чужим не приживёшься, не по Сашкиной, видно, шапке!
Вечером крутила рубин в свете лампы. Что ж, настоящие вещи возвращаются к настоящим людям.
Сын звонил, извинялся, пытался наладить она говорила ровно, но внутренне поставила границу. Чашка с надщербинкой всё ещё можно пить, но гостей больше не зовёшь.
Алина теперь встречалась с ней только по праздникам, и то с таким видом, что будто ее из роддома не так встретили. Кольцо оставалось на пальце хозяйки: теперь из рук не выпускала.
Через полгода, Галина Ивановна присела на лавочку к соседке Вере Павловне старой учительнице.
Галочка, кольцо у тебя загляденье, прямо царевна Лебедь.
Мамино, кивнула Галина Ивановна. Думала, оставить молодым, да планы изменила не доросли.
Умно, кивнула Вера Павловна, молодёжь сейчас как на конвейере: вещи расходные, чувства тоже.
Ничего. Может, внучка появится, тогда ей отдам. А сейчас пусть у меня поживёт. Со мной ему покойней.
Она поняла: любовь не вещь, уважение не авансом. Пусть правда сперва кусается, зато глаза открывает. Кольцо вернулось к ней как напоминание: не всякой шкатулке семейная реликвия по плечу.
Жизнь шла. Галина Ивановна пошла на курсы выучилась интернету пользоваться, иногда в театр. Хватит экономить до последнего рубля «для детей» пусть хоть себя порадует! Кольцо на пальце напоминало: стержень внутри крепче времени, а память сильнее любой брони. И пока её держит она не одна.
Если улыбнуло ставь лайк, авось больше таких историй напишу. А вы бы как поступили на моём месте?
