Знаешь, начала Галина, подбирая слова, иногда взрослые ведут себя глупее детей.
Папа не хочет знакомить меня с тётей, которую он любит? спросила Лада тихо.
Дело не в нежелании, скорее они пока не решили, как всё устроить. Может, тётя Тамара стесняется.
Стесняться чего? Я же не кусака.
А дети чужие всегда ответственность. Не каждый к ней готов.
Галина стояла в коридоре, наблюдая, как Лада спешно собирается к отцу.
Телефон в её кармане зазвонил. Девочка подпрыгнула, схватила трубку, а потом снова упала на диван.
Не приедет? спросила Галина.
Сказал, на работе завал, пробурчала Лада, не поднимая глаз. В следующий раз.
Понятно. Переодевайся.
Галина ушла на кухню, чтобы не раскрыть лишнего. Налила в чайник воду, включила его. Шипение кипятка немного заглушало мысли.
Восемь лет прошло со развода, а Дмитрий всё оставался мастером спорта по портить настроение.
***
Первые три года брака казались сказкой: цветы без повода, завтраки в постель, подарки. Галина тогда верила, что вытянула счастливый билет.
Когда она забеременела, Дмитрий держал её на руках. Но уже в роддоме прозвенел первый звонок, который она почти не услышала.
Врач заполнял карту новорождённой Лады. Дмитрий стоял рядом, бледный и нервный.
Группа у неё какая? спросил новоиспечённый папа.
У девочки вторая отрицательная, сказали буднично.
Дмитрий нахмурился.
Как так? спросил он, голос дрожал. У меня первая положительная, у Галины вторая положительная.
Врач поправил очки, погладил переносицу.
Помните школьный курс биологии. Резусфактор хитрая штука. Если у вас обоих скрытый отрицательный ген, у ребёнка может быть минус. Нормально.
Вы уверены? прищурился Дмитрий. Ошибок нет?
Анализы не врут.
Дмитрий потом сто раз звонил жене, спрашивая, почему так вышло. Галина сто раз повторила слова врача, прислала ссылки. Он вроде успокоился, но
***
Беда началась после выписки Дмитрий изменился.
У него был диабет, и Галина постоянно следила за питанием, напоминала про инсулин. Вдруг он стал вести себя, как подросток, жаждущий свободы.
Я на футбол, бросал он, собирая сумку.
Дмитрий, какой футбол? У тебя сахар скачет, врач сказал режим соблюдать.
Не начинай, а? Я мужчина, мне нужно двигаться. Твоя забота меня душит.
Он стал возвращаться поздно. Однажды пришёл, дрожа, лицо бледное, пот как град гипогликемия. Галина, не задумываясь о дочке, бросилась к нему с соком и глюкозой.
Ты где был? спросила она, пока отпускала его.
Сказал же, на футболе, перебегал.
До двух ночи?
Мы потом сидели, разговаривали. Всё нормально.
Галина верила, или хотела верить. Сидела дома одна, гладила крошечные ладошки и убеждала себя, что это просто кризис, что он устал. «Подрастёт малышка всё наладится».
Но не наладилось начались звонки.
Телефон обычно оживал вечером, когда звонили бывшие коллеги: бухгалтерши, менеджеры. Галина дружила со всеми, пока работала.
Привет, Насть, не отвлекаю?
Привет, всё в порядке, что случилось?
Слушай, а Дмитрий твой сегодня на корпоративе задержится?
Наверное. А что?
Да просто начала Катя, смущённо. Ты только не подумай, но он тут с новой, с Верой, весь вечер хихикает.
Ты что, шепчешься? перебила Галина. Может, проект общий.
Галина кликала трубку и фыркала. Сплетни. Она убеждала себя, что Дмитрий любит её, просто общительный. На деле тревога росла, и через полтора года после рождения Лады всё рухнуло.
***
Галину пригласили на крупный корпоратив в Москве. Родители согласились посидеть с внучкой. Она надела платье, которое, как ей казалось, скрывало всё, что осталось после родов, накрасилась. Хочет праздник, хочет снова почувствовать себя частью мира, где есть не только подгузники и каши.
Пошли вместе с мужем, но Дмитрий сразу кудато исчез.
Пойду поздороваюсь с ребятами, бросил он и растворился в толпе.
Галина общалась с коллегами, улыбалась, принимала комплименты, но глазами искала мужа. Час прошёл, второй его нигде не было. Она прошлась в зал, в холл пусто. Решила зайти в коридор рядом со спасательным выходом, обычно тише.
Там они стояли в полутени у огромного фикуса. Тётя Тамра шептала ему, касаясь лацкана пиджака. Дмитрий склонил голову к её плечу и улыбался той же улыбкой, которой когдато радовал Галина. Они прятались, как школьники. Галина замерла. Ощущение, будто на голову вылили ведро ледяной воды дыхание перехватило.
Она не стала устраивать сцену, не начала кричать, просто развернулась, пошла к выходу, вызвала такси и уехала к дочке.
Дмитрий вернулся под утро.
Ты чего уехала? спросил, стягивая галстук. Я тебя искал.
Галина смотрела на него и понимала: говорить нечего.
Я видела вас за фикусом.
Он замер на секунду, потом махнул рукой.
Ой, ну что ты видела? Мы просто разговаривали. Ты опять себе всё придумываешь. У тебя паранойя, Насть.
Не надо, тихо сказала она. Просто не надо.
Месяц шёл, как туман. Ей было больно находиться с ним в одной квартире. Когда он собрал вещи и ушёл «пожить отдельно, раз ты такая нервная», ей стало легче. Воздух в квартире будто стал чище.
Развод прошёл быстро. Дмитрий исчез с радаров мгновенно. Первый год он не позвонил вовсе. Соне было два с половиной года, она иногда спрашивала: «Где папа?», и Галина отвечала: «Папа работает». Она не врет, просто не уточняет.
Мама помогала с Соней, Галина вышла на работу. Пахала как проклятая, чтобы не зависеть от кого. Денег хватало. Жили отдельно, в своей квартире, ездили в отпуск. На алименты не подавала не хотела бегать за ним, унижаться, просить справки. Гордость? Возможно. Скорее отвращение.
А потом он вернулся.
Я папа, заявил Дмитрий, позвонив однажды вечером. Я имею право видеть ребёнка.
Галина не стала препятствовать. Хочешь общайся. Не собиралась становиться той злобной бывшей, которая запрещает встречи.
Хорошо, сказала она. Приезжай в субботу.
Он стал приезжать редко, хаотично, но приезжал. Платил за английский и танцы. Это был его способ откупиться воспитанием он не занимался, проблемами не интересовался, но галочку «хороший отец» поставил.
Соня тянулась к нему. Для неё он был человекомпраздником: подарки, кино, кафе. Много ли ребёнку надо? Галина смотрела философски главное, что у дочери есть хоть какойто отец.
***
Соня зашла на кухню в домашней футболке, глаза красные.
Мам, а почему он так? тихо спросила, садясь за стол.
Как, зайка?
Ну обещает и не делает.
Галина вздохнула.
Люди разные, Соня. Папа не со зла, просто он не умеет планировать.
Он сказал, что это изза тебя, вдруг вырвалась девочка.
Галина замерла с чашкой в руках.
Что?
Он по телефону сказал: «Мама твоя вечно планы путает, настраивает тебя, вот и не получается встретиться».
Галина медленно поставила чашку на стол.
Соня, посмотрела она в дочь. Я когданибудь запрещала тебе видеться с папой? Нет. Говорила про него плохо? Нет. Тогда решай сама, кому верить фактам или словам.
История с «новой тётей» тянулась полгода. Соня пришла после выходных к отцу и рассказала:
Папа живёт с тётей Тамарой. Она красивая, я видела её фотографии. У них кот.
Галина лишь пожала плечами: Живёт и живёт. Ей было всё равно, но Соня загорелась желанием познакомиться.
Мам, хочу подружиться с ней. Папа говорит, она добрая.
Галина позвонила Дмитрию.
Дим, тут дело. Соня знает про твою девушку, хочет познакомиться. Ты как?
Не знаю, протянул он. Рано ещё, наверное.
«Потом» растянулось на месяц. Дмитрий то хотел знакомить, то отказывался.
Она очень хочет познакомиться с Соней! уверял он неделю назад. Прямо мечтает.
Давай в следующие выходные? Сходим в парк или в пиццерию.
Хорошо, согласилась Галина. Договаривайтесь.
И опять отмена.
Галина вышла на балкон, телефон в руке, чтобы поговорить без свидетелей. Бывший ответил спустя минуту, голос недовольный, в фоне играла музыка.
Алло, Насть, я занят, чего тебе?
Занят? переспросила она. Ты только что дочери сказал, что у тебя завал на работе. А я слышу музыку. Ты в баре?
Я на встрече, огрызнулся он. Имею право расслабиться?
Имеешь. Только не ври ребёнку. И не смей говорить, что я виновата в том, что ваша встреча сорвалась.
А кто виноват? вспылил Дмитрий. Ты вечно лезешь со своим контролем. «Во сколько заберёшь, во сколько привезёшь». Давишь меня. Оля боится связываться с нами, потому что ты неадекватная.
Неадекватная? усмехнулась Галина. Дим, давай по фактам. Соня час ждала, ты позвонил в последний момент. Это я виновата? Или, может, твоя Оля просто не хочет знакомиться с ребёнком, а ты трус, признаться не можешь?
Не смей так говорить про Олю! заорал он. Она хочет! Просто обстоятельства!
Какие обстоятельства? Пятый раз подряд?
Дим, хватит морочить девчонке голову. Если твоя барышня не готова общаться с ребёнком от первого брака это её право. Но имей смелость сказать Соне правду, а не валить всё на меня.
Ты всегда всё усложняешь, буркнул он. Своего мужика не можешь найти, а я всё хорошо.
Бывший бросил трубку.
Вечером, когда Соня уснула, Галина снова прокручивала в голове разговор. Сглаживать углы ей надоело. Она написала бывшему:
«Дим, с этого момента все договорённости только через меня, за сутки. Если обещаешь Соне и отменяешь в последний день следующей встречи не будет месяц. Не позволю тебе делать из неё невротика. Хочешь знакомить с Олей назначай конкретную дату, время, место. Если Оля не хочет закрыли тему. Соне объясню сама. Больше никаких «потом» и «может быть». Спокойной ночи».
Ответ пришёл через минуту:
«Да плевать! Эти встречи тебе больше нужны, чем мне».
Видеться с дочерью бывший муж теперь не мог. Когда он в очередной раз сунулся, Галина твёрдо заявила, что теперь все встречи только после суда. Дмитрий не стал подавать иск время и деньги, а нынешняя зазноба тоже не хотела знакомиться с падчерицей. Соня страдает, но Галина делает всё, чтобы дочь не чувствовала себя обделённой.
