Представьте себе следующее: ваша дочь-подросток, например, Таисия, уходит ночью гулять с друзьями по заснеженному Киеву. Вы сидите на старом диване, вяжете варежки, вдруг ловите себя на мысли а не случилось ли с ней что-то нехорошее? Телефон в руке кажется тяжелым, как будто набит камнями. Вы набираете Таисию: она отвечает чуть дрожащим голосом «Да, все хорошо, я скоро буду». И все же, спустя какое-то время, узнаёте она впервые попробовала водку или даже что-то более пугающее, что растворяется во сне как синяя дымка.
Был такой пастор, Семён Марченко, который хорошо знал, как подростки страдают из-за страха сделать что-то «не как все». Он не хотел, чтобы его младший сын Иван попадал в такие ситуации. Когда-то Сам Семён рос под сенью золочёных куполов на Почтовой площади сын диакона. Он знал, как тяжело иногда идти против толпы. Хоть он и доверял своему сыну, Семён мечтал, чтобы тот мог обратиться к нему за помощью в любой момент, не опасаясь, что друзья будут смеяться.
И тогда Семёну пришла во сне, под колокольный звон Андреевской церкви, одна необычная, почти волшебная идея: маленький хитрый знак. Будто живые ноты поднялись и образовали слово «Х». Если Иван среди весёлой компании в какой-то момент почувствует скованность, неловкость или страх, он мог просто отправить любому члену семьи (папе, маме, брату или сестре) одну букву: «Х». Кто получит этот шифр просто обязан перезвонить Ивану через пару минут.
И вот как выглядит разговор, исказившись, как отражение в кривом зеркале сновидения:
Алё! Иван, извини, срочно надо, чтобы ты вернулся домой. Что-то случилось? Расскажу, когда встретишь меня во дворе. Будь у подъезда через пять минут.
После этого, Иван объясняет друзьям: «Извините, дома форс-мажор». И все его никто не корит, он не убегает униженным, не сдаётся, а просто исчезает по своим «взрослым» делам в туманном воздухе сна.
Это всё и достаточно. Иван уходит, а его душевное спокойствие наполняется, словно огромная чаша в церкви. Родители и ребёнок становятся ближе между ними рождается доверие, как зимний иней на окне, когда на улице минус двадцать. Только главное никогда не предавать доверие ребёнка, иначе это невидимое стекло между вами не склеить никогда.
В конце концов, воспитать ребёнка, который выберет добро сам, пусть даже странным, сновидческим способом самое ценное, что может подарить отец, даже если монеты в его кошельке давно превратились в ржавые украинские гривны, а за окном светит зеленоватая луна Киева, переливаясь, будто новогодняя гирлянда из детства.
