Отойди от меня! Я никогда не обещал на тебе жениться! И вообще, я знать не знаю, чей это ребенок — может, он вообще не мой? «Вот и гуляй себе, а я, пожалуй, поеду», — так сказал Виктор, приехавший по работе в их поселок, ошеломленной Валентине. А Валя стояла, не веря ни глазам, ни ушам: неужели это тот самый Виктор, что признавался ей в любви и носил на руках? Тот ли это Виктор, что звал её Валюшей и обещал золотые горы? Теперь перед ней стоял растерянный, сердитый, чужой мужчина… Валя проплакала неделю, попрощавшись с Виктором навсегда, но, осознав, что ей уже тридцать пять, красоты от природы немного, да и женское счастье найти вряд ли получится, она решила стать матерью. Родила Валя дочку — крикливую Марийку. Девочка росла спокойной, беспроблемной, не доставляла матери хлопот — будто знала: проси не проси, толку мало… Валя относилась к дочке неплохо — кормила, одевала, игрушки покупала. Но чтобы лишний раз обнять, приласкать, погулять — нет. Маша тянулась к матери, но та только отмахивалась: занята, устала, голова болит. Материнский инстинкт так и не проснулся. Когда Марийке исполнилось семь, случилось небывалое: Валя познакомилась с мужчиной и привела его к себе домой! Всё село гудело: Валя приволокла какого-то приезжего, работы у него постоянной нет, живёт не пойми где — авантюрист, наверное! Валя работала в сельмаге, а он-то грузчика нанялся. Вот так у них и закрутился роман. Новоявленного жениха Валя пригласила жить к себе, за что соседи осуждали её: «О ребёнке бы подумала!» Мужик казался молчаливым, скрытным — значит, что-то не так… Но вскоре мнение изменилось: дом давно требовал ремонта, а Игорь — так звали мужчину — всё подчинил: и крыльцо, и крышу, и забор. Соседи за помощью к нему потянулись, а он говорил: «Старым или бедным помогу просто так, остальным — за продукты или деньги». У Вали животины не было, теперь же и сметанка, и молочко появились… С рук у Игоря всё спорилось, и с ним Валя словно расцвела, да и к дочке стала добрее. Марийка росла — уже и в школу ходила, иногда наблюдала, как дядя Игорь мастерит что-то по дому. Однажды, зайдя во двор, увидела новые качели. «Это мне, дядя Игорь?» — «Тебе, Марийка! Принимай работу!» — ответил он, обычно нелюдимый. Теперь и завтрак, и обед готовил Игорь, пироги пёк, вкусной жизни научил — столько в нём талантов нашлось! С зимой стал он Марийку встречать из школы, рассказывал ей про жизнь, как за больной матерью ухаживал, как брат его из дома выгнал… И рыбачить учил, и первый велосипед купил, и зеленкой коленки мазал. «Игорь, девчонка убьется», — переживала Валя. «Не убьется. Надо учиться падать и вставать», — отвечал он. На Новый год — коньки подарил, учил кататься. Марийка падала, он терпеливо поддерживал. Она сама назвала его папой — и Игорь не сдержал слёз. Потом Марийка выросла, уехала учиться, но Игорь всегда был рядом: на выпускном, с продуктами в город, под окнами роддома, с внуками. Когда его не стало, Мария с матерью стояли у могилы — и она сказала: «Прощай, папа… Ты был лучшим отцом на свете. Я всегда буду тебя помнить». Он остался в её сердце — не отчим и не дядя Игорь, а ПАПА. Ведь отец — не тот, кто дал жизнь, а кто вырастил, был рядом и делил радости и беды… Вот такая трогательная жизненная история! Спасибо за ваши комментарии и лайки! Подписывайтесь на страницу и читайте интересные публикации!

Отставь ты меня! Я тебе не обещал жениться! И вообще, знать не знаю, чей это ребенок!

А может, и вовсе не мой?

Так что иди ты своей дорогой, а я, пожалуй, поеду, так говорил Олег, приехавший к нам в поселок по работе, ошеломленной Валерии.

А она стояла в полном недоумении и не верила своим глазам, ни ушам. Это тот ли Олег, который признавался ей в любви и носил на руках?

Это тот ли Олег, который называл ее Лерочкой и золотые горы обещал? А сейчас перед ней стоял чужой, растерянный и злой мужчина

Проплакала Валерия неделю, попрощавшись с Олегом навсегда, но, учитывая возраст ей уже тридцать пять, свою неприметную внешность и незначительные шансы на женское счастье, решила она стать матерью во что бы то ни стало.

В назначенное время у Валерии родилась крикливая девочка. Назвала ее Агатой имя редкое, но родное. Агата росла тихой, неприхотливой, не доставляла матери хлопот.

Как будто знала: что ни кричи все равно ничего не добьешься Валерия относилась к дочери неплохо, но было видно, что истинной материнской любви в ней нет вроде и кормит, и одевает, и игрушки покупает.

А чтобы приласкать лишний раз, обнять или пойти погулять нет. Такого не было. Маленькая Агата часто тянула ручонки к матери, но та ее отстраняла: то занята, то дел по горло, то устала, то голова болит. Так и не проснулся в Валерии материнский инстинкт.

Когда Агате было семь лет, произошло поразительное событие: Валерия познакомилась с мужчиной. Более того, пригласила его к себе жить! Все поселок заговорил: «Ну и Лерка!»

Мужик несерьезный, не местный, работы постоянной нет, живет неизвестно как и где! Может, вообще жулик какой

Вот так дела! Валерия работала в нашем поселковом магазине, а он у них разгружал машины с продуктами. С этого и завертелся у них роман.

Вскоре Валерия пригласила нового жениха, Аркадия, жить к себе. Все соседи осуждали женщину:

Притащила в дом черт-те кого! О дочери бы подумала, судачили соседи. Еще и молчун! Слово не вытянешь! Значит, скрывает что-то!

А Валерия не слушала никого. Как будто чувствовала: это ее последний шанс обрести женское счастье

Но со временем мнение соседей о молчаливом мужике изменилось. Дом Валерии разваливался без мужских рук, требовал ремонта Аркадий, так его звали, сперва крыльцо починил, потом крышу залатал, забор поднял.

Каждый день он что-то чинил, и дом менялся на глазах. Когда люди увидели, что у парня золотые руки, начали обращаться за помощью. А он говорил:

Если ты старый или совсем бедный, помогу просто так. А если нет плати рублями или продуктами.

С богатых брал рубли, с других банки солений, мясо, яйца или молоко. У Валерии огород был, а скотины не было куда без мужчины.

Раньше Агате редко доставалось домашнее молоко и сметана. Теперь же холодильник всегда был полон: сливки, молоко, масло.

Словом, руки у Аркадия были золотые. И сама Валерия изменилась не красавица от природы, стала светлее, мягче. Даже к Агате стала ласковей: улыбается, а у нее, оказывается, ямочки на щеках есть

Агата подросла, пошла в школу. Как-то раз сидела на крыльце, наблюдая, как дядя Аркадий колдует с инструментами, а потом отправилась к подруге.

А домой вернулась только к вечеру заигралась. Открывает калитку и замирает: во дворе стоят качели! Качаются, манят, зовут

Это мне?! Дядя Аркадий! Это вы мне сделали? Качели?! не верила своим глазам Агата.

Тебе, конечно тебе! Смотри, какая работа! весело засмеялся обычно молчаливый дядя Аркадий.

Агата уселась, закружилась туда-сюда, ветер в ушах счастливее ребенка не было на всем белом свете

Валерия на работу уходила рано, поэтому и готовить пришлось Аркадию. Он лепил пельмени, варил супы, а какие у него пироги были за уши не оттащишь!

Именно он научил Агату готовить вкусные блюда и накрывать стол. Столько талантов открылось в этом тихом человеке

Когда пришла зима, дни стали короче, Аркадий стал провожать и встречать Агату из школы. Нес ее портфель, рассказывал истории из жизни.

О том, как ухаживал за больной матерью, продал ради нее квартиру, а родной брат его обманул и выгнал. Научил ее терпению, когда вместе летом на зорьке ходили на рыбалку и сидели у реки, ждя, пока клюнет.

Середина лета он купил ей велосипед, учил кататься, мазал разбитые коленки зеленкой.

Аркадий, убьется девка, ворчала Валерия.

Не убьется. Надо учиться падать и вставать, строго отвечал он.

На Новый год он подарил ей настоящие детские коньки. Вечером уселись за праздничный стол, который Аркадий с Агатой накрыли вместе.

Дождались полуночи, поздравляли друг друга, смеялись, чокались. Утром их разбудил визг Агаты:

Коньки! У меня есть настоящие белые коньки! Спасибо, спасибо!!! кричала она, обняв подарок. По щекам текли слезы счастья.

Потом они шли на реку, Аркадий долго расчищал снег, учил ее кататься. Она падала, но он терпеливо держал за руку, пока не научилась стоять крепко, а потом и кататься без падений. Агата радостно смеялась и визжала от счастья.

А на обратном пути бросилась ему на шею:

Спасибо за все! Спасибо, папа

Теперь уже Аркадий плакал: от радости. Слезы мужские, редкие, катились сами

А потом Агата выросла, уехала учиться в город. Сложностей было много, как у всех. Но Аркадий был рядом всегда.

Он был на ее выпускном, привозил в город передачи лишь бы дочка не голодала.

Он вел ее под руку в ЗАГС, когда она вышла замуж. С зятем стоял у окна роддома в ожидании вести. Он нянчил внуков и любил их так, как не всегда любят своих.

А потом его не стало, как и каждого из нас в свой срок. На прощании Агата стояла с мамой в глубокой печали, кинула жменьку сырой земли и, тяжело вздохнув, сказала:

Прощай, папа Ты был лучшим отцом на свете. Я всегда буду тебя помнить

Он остался в ее сердце навсегда. Не как дядя Аркадий, не как отчим, а как ПАПА Ведь отец не всегда тот, кто дал жизнь, а тот, кто был рядом, делил твою боль и радость, воспитал, поддержал.

Вот такая вот история, вложившая в меня главное: важен не тот, кто кем приходится по крови, а тот, кто умеет любить по-настоящему и быть рядом, когда это нужно.