Яд зависти
Владик, мне страшно Варвара нервно скомкала салфетку, а голос у неё стал похож на квакающего лягушонка: дрожащий и жалобный. Она вскинула взгляд на мужчину в глазах явный ужас, как у того самого ежика, которого случайно потревожили веслом под лодкой. Опять эти сообщения…
Судорожно выудив телефон из сумочки, Варвара, дрожащими пальцами, разблокировала его и протянула Владу. Тот, как и положено опытному юристу, внимательно изучил тексты: «Спасибо за шикарный вечер», «Уже скучаю», «Когда увидимся?», «Скоро снова встретимся», «Жду у нашего места после работы» и брови его так сошлись, что все мысли в них застряли.
И когда они приходят? глухо поинтересовался он, вернув мобильник.
Последнее только что, когда мы заказ сделали, Варя сглотнула, ощутив внутри холодок, будто комом мороженое проглотила. И так уже несколько раз стоит нам встретиться, сразу вот это всё. Как будто кто-то за нами следит каждые пять минут!
Влад укоренился на стуле, потер подбородок умный вид сделал, но взгляд у него стал пронзительный, как у кота, который увидел, как в доме мышь опять по ночам ходит.
Показывай все сообщения. И даты, голос его сделался совсем жесткий, ледяной, нервы как струны.
Варя послушно раскрыла переписку, промотала вверх. Влад штудировал каждый чих, запоминал время и слова. Лицо камень, в глазах охотник на следу. Среди безликих посланий пробегали фразы типа: «Не могу забыть наш последний разговор, жду продолжения» и «Ты знаешь, где меня найти, если вдруг что, помни». С каждой строчкой ощущение, что за ними тянется невидимая лапа из черной-черной тени, становилось всё жирнее.
Странно, хмыкнул Влад, а голос его был не менее грозный, чем завуч в школу утром. Целенаправленно, с наукой. Кто-то хочет посеять мыслишки, будто у тебя кто-то есть на стороне. Причем только когда мы вместе нет, это уже излишне продумано.
Варя выдохнула, плечи её ближе к полу стали словно кирпичи на них повесили. Ей бы двадцать пять всего, работает дизайнером в маленькой студии, мечтает о настоящей любви: не про статус или счет в банке а про уютную атмосферу и родную душу. Владику тридцать пять, из юристов не самых скучных; надежный как танк, с чувством юмора получше, чем у телевизора, и слушает, что удивительно. С ним Варя себя ощущала девушкой из рекламы какао: тепло, безопасно и всегда кто-то заботится.
Встречались полгода. За это время Варя убедилась проблемы решает с чувством юмора, а не топором, любит обсуждать, а не приказывать. Не торопил событий, но и не скрывал, что видит в ней будущую жену. Варя всё чаще ловила себя на мысли: а почему бы и нет?
Не понимаю, кто за этим стоит, Варя тихо прошептала, голос еле держался на плаву. У меня нет тайных обожателей, честное слово. А эти «наше место», «наш разговор» будто кто-то сочиняет театр теней, где я и не актриса вовсе.
Я выясню, отрубил Влад, и в глазах засверкала решимость. Знакомые кое-где остались. Телефоны пробьем, не переживай. Не верю я в такие совпадения.
Следующую неделю Влад пропадал в «проверках». Варя зарылась в работу, хваталась за любой повод отвлечься, хватала каждое «привет» от подруг, как утопающий за спасательную ватрушку. Но тревога не уходила: словно ледяная рука держит сердце в ежовых рукавицах. Каждый входящий вызов вызывал панику а вдруг опять? И облегчение, когда всё чисто, длилось ровно столько же, сколько полет пельменя из тарелки в праздничный салат: то есть недолго.
На пятый день Влад позвонил вечером.
Варя, я выяснил, кто это, голос у него консервный, ни капли теплоты. Сообщения шли с анонимных номеров, но продавца нашли. Это Люба.
Варя едва не уронила телефон. Люба?! Подруга ещё с института, двадцать восемь лет, с двумя детьми и разводом в анамнезе. Много лет вместе секреты, поддержка, горечь и радость пополам. Но в последнее время отношения стали, как старые джинсы чуть держатся на честном слове. Люба жаловалась на одиночество, вечные авралы с детьми, деньги вот только песню о бытовых трудностях включала всё чаще.
Люба? прошептала Варя так, будто попробовала простудить воду взглядом. Но зачем? Как?..
Как? Просто. Зависть, Влад честно, без украшательств. Ты свободная, у тебя парень, да ещё и надежный. Она без мужа, жизнь напоминает сводки МЧС. Ей хотелось, чтобы ты начала оправдываться, а я подумал бы о каком-нибудь обмане.
За пару недель до событий были они на общем дне рождении. Комната широкая, музыка лёгкая, гости то в обнимку у закусок, то с шампанским в руках у окна.
Варя в бирюзовом платье прямо «звезда села Гадюкино». Ткань нежно облакачивала её талию, глаза будто два янтаря. Влад вокруг неё мотался, как на привязи: тот шампанское подаст, то тарталетку подкинет, то за компанию с кем-нибудь разговором увлечёт. Люба подошла улыбка была такой кривой, что только табличку «трещу по швам» повесь.
Ну прям вам на обложку журнала глянцевого, процедила сквозь зубы Люба, скрестив руки. Модный свитер у неё был со скидки, а настроение с распродажи по третьей цене. У вас всё идеально, аж завидно.
Спасибо! честно обрадовалась Варя. Платье, правда, нашлось неожиданно нигде не было вроде.
Да уж, Люба с тоской погладила рукав. Мне бы так А то всё дети, магазин, уроки, в модные бутики только по телевизору посмотреть.
Люб, ну при чем тут это? Варя улыбнулась и аккуратно коснулась подруги за локоть. Ты и в свитере супер. Такой у тебя стиль, шарм. Многие бы позавидовали!
Конечно, Люба чуть хихикнула, но глаза потухшие. Кому-то всё сразу, а кто-то снова идёт за детскими ботинками вместо новой кофточки. Ну ладно, что тут жаловаться.
Тут Влад сменил тему на ресторан, что как раз открыли неподалеку. Предложил выбраться всем. Варя поддержала, а Люба окопалась у окна, глядя на них так, будто в руке не бокал шампанского, а сломанная жизнь.
Второй тревожный звонок был за кофе, под окном лил осенний дождик. Варя с упоением рассказывала о выезде с Владом за город как они шуршали по золоту листьев, жарили шашлык, ржали над глупыми шутками и сидели у костра под звёздами.
Прям сказка, процедила Люба и начала мешать сахар, будто готовилась построить на его основе сахарную башню Останкино. Романтика, лес, настоящий мужчина…
Да, было здорово, Варя погладила чашку кофе, как лампу Аладдина. Может, зимой на лыжи вместе выберемся? Влад научит!
На лыжах? Люба подняла брови до границы роста волос. Это если время будет. У меня каждый день: садик, поликлиника, уроки, кружки, ужин. Компрессор, а не жизнь.
Катя, ещё одна подруга, попыталась сгладить ситуацию. Люба только ухмыльнулась, чашку уронила почти с шумом. Жизнь, по её словам, день сурка, а у Варвары аттракцион радости.
Варя тогда посочувствовала, предложила совместный выезд с детьми в парк на шашлыки. Люба на мгновение задумалась, потом фыркнула: «Лучше наслаждайся своей свободой, а то мало ли завтра тоже окажешься в моей шкуре»
На тот момент Варя решила усталость, осень, у кого не бывает? Но теперь, вспоминая, сообразила: зависть давно тлела под пеплом, не как открытая злоба, а как хроническая усталость и тоска. Даже когда Варя говорила о свиданиях в Любе что-то перещёлкивало.
Что делать будем? наконец спросила Варя, больше с тоской, чем с паникой.
Пойдём к ней. Сейчас. Влад отрезал, встав с места с царской уверенностью.
У Любы дома открыла дверь, увидела их и стала бледной, как простыня из рекламы порошка.
Вы?.. Что случилось? зашептала, держась за дверную ручку.
Не строй из себя театр одного актёра, жёстко сказал Влад. Мы знаем, что это ты. Доказательства имеются.
Люба попятилась и прислонилась к стене. В глазах смесь злости и слёз.
Да! Я! выкрикнула так, что аж дети за стеной подпрыгнули. Хотела посмотреть, каково это когда у тебя все, и мужчина, и работа, и жизнь с конфетами. А я с двумя детьми и без Радости жизни! Всё время в тени, вечная массовка при твоем счастье!
Говорила, будто зал лектории так искренне и горячо. Обида прорвалась, глаза покраснели, слёзы текут.
Ты даже не представляешь, каково чувствовать, будто тебя не существует, скрипя зубами, добавила Люба. Хотела, чтобы ты ощутила свою уязвимость, страх. Может, поняла, как непросто быть всегда «другой».
Варя слушала и чувствовала, что вместо души у неё клубок проводов всё перекручено, болит. Перед ней стояла некогда лучшая подруга теперь злой призрак, только с бытовыми заботами вместо белой простыни.
Хотела разрушить из зависти? тихо спросила Варя уже не голосом, а дырочкой между слезами. Чтоб Влад поверил в обман?..
А что, жалко, да? Люба вытерла слёзы рукой. Жизнь не поровну раздаёт счастье. Кому-то ипотека, кому-то подарки под ёлкой. Ты бы хоть иногда вспоминала про подруг!
Влад встал рядом с Варей, стал щитом.
Всё, отрезал он, чинить сломанные отношения не наш метод. Просто не лезь больше. В противном случае сами понимаете, органы заинтересуются.
На секунду в Любе мелькнуло что-то человеческое грусть, почти детский испуг.
Да ладно… Как будто ты не знала, что я тебе завидую, бросила она. Даже на дне рождении моем в прошлом году все плясали вокруг тебя. А я единственная, кто на торт дула и задувала свечи одна.
Варя вспомнила праздник: искренне радовалась, блистала не задумываясь, что рядом кто-то тихо грустит.
Люб, я не хотела тебе больно, правда, Варя говорила теперь серьёзно, хоть и сквозь обиду. Всегда считала тебя близкой. Но если ты не радуешься за других какая тут дружба?
А как по-другому? Люба резко пригладила волосы. Никогда не думала, что кому-то может так переть по жизни.
Влад жестко подытожил:
Зависть штука своя, но тут надо с собой разбираться. А не подставлять других.
Люба наконец по-настоящему расплакалась.
Извините прошептала она. Я просто устала, на пределе. Иногда кажется, будто вокруг все веселятся, а ты в очереди за ватрушкой. Хотела, чтоб и у тебя появились бытовые проблемы, как у меня Дурость, да?
Варваре стало горько, неприятно, но жалко по-настоящему. Люба в этот момент выглядела разбитой куклой уставшей от жизни.
Перед глазами встали их разговоры, когда Люба жаловалась: мол, какая-то несправедливость «Ты всё успеваешь, у тебя на ужин лосось гриль и в Инстаграме жизнь-мечта, а я как белка в колесе. Чаще всего просыпаюсь и думаю: ещё один день у плиты и уроков»
Варя тогда пыталась подбодрить предлагала помощь, работу поискать. Но та лишь фыркала: кому я нужна. Завидую, мол, твоей свободе-и-легкости.
Теперь всё стало предельно ясно. Осознав, Варя внутренне съежилась не заметила, что подруга давно просила помощи, только совсем не так, как полагается.
Люба, я не знала, что всё так плохо. Если бы сказала прямо мы бы что-нибудь придумали. Но так… Мне мало объяснений. Мне нужна поддержка, а не соперница рядом.
Люба кивнула, со слезой сверкающей в уголке глаза.
Спасибо, что хотя бы поговорила, тихо выдавила.
Варя и Влад вышли из квартиры. На улице темнело, по переулкам разбухали фонари, отражаясь в свежем мокром асфальте. Варя вдохнула холодный воздух и внезапно почувствовала: груз на душе стал легче.
Как будто пусто внутри призналась она Владу, прижимаясь к нему. Всё прояснилось, но так грустно.
Это нормально, Влад обнял её, согревая теплом. После предательства всегда начинается новая жизнь. Главное идти дальше. Ты не одна.
А главное вместе, Варя улыбнулась, и в глазах её уже плескался свет надежды.
Они пошли под дождём, и тревога сама собой растворялась улица была длинной, но впереди, среди ярких пятен фонарей, уже ждал кто-то по-настоящему родной и надёжный, чтобы пережить все осенние ненастья.
