NewsControl

Я прожил с женой 34 года, но сейчас полюбил другую женщину. Я не знаю, как поступить. Меня зовут Адам. Мне 65 лет. Я женат, но на пенсии влюбился в другую. Моей жене 62, у нас взрослый сын, он женат, есть внуки. Когда сын вырос, с женой мы сильно отдалились друг от друга. На пенсии я предложил купить дачу за городом. Жена не хотела, но я уговорил. Мы купили милый домик, летом переехали туда. Мне очень нравилось жизнь на даче, жене — совсем нет. Она предпочитала читать на диване и смотреть телевизор, помогать по хозяйству отказывалась, говорила, что неважно себя чувствует. Все приходилось делать самому. Осенью мы вернулись обратно в город. Жена была счастлива, а мне там было неуютно, и через неделю я снова собрал вещи и поехал на дачу. Жена осталась в городе, теперь видимся редко. В деревне я встретил женщину, в которую влюбился. Ей 60 лет. Сначала она не проявляла особого интереса, но теперь у нас всё хорошо. Я хочу развестись с женой, но боюсь, как отреагирует наш сын. Пока я говорю жене, что много работаю по дому, но на самом деле провожу время с любимой женщиной. Жена пока ничего не знает. Я не могу решиться сообщить ей о разводе. Что мне делать — не знаю.

Сегодня был особенно тяжелый день, поэтому решил записать свои мысли вдруг станет легче. Меня зовут Алексей

Įdomybės

046

Вернуть супругу: Как восстановить утерянные чувства и восстановить счастье в семье.

Это же прекрасно, Алёна, моя маленькая! воскликнул я, слегка прихрамывая от смеха. Не смей так ко мне

Įdomybės

Больше, чем просто няня: история Алисы, студентки-педагога, которая изменила жизнь семьи Морозовых и нашла любовь, заботясь о дочках-двойняшках, справляясь с трагедией утраты и открывая сердце отцу-одиночке Богдану

Не просто няня Александра сидела за длинным столом в читальном зале МГУ, окружённая грудами учебников

Įdomybės

В особняке витал аромат французских духов и холода между родными. Маленькую Лизу согревали лишь руки Нюры-домработницы, исчезнувшей после пропажи денег из сейфа — и с ними ушло всё тепло. Двадцать лет спустя, у разбитой просёлочной дороги в Сосновке, теперь уже взрослая Лиза с сыном на руках ищет ту самую кухню, где тесто пахло домом, а любовь была настоящей — не купленной, не вымученной, а бескорыстной и забыть которой невозможно, сколько бы ни прошло зим.

В особняке словно скользило нечто невидимое, пахло прошлогодним медом, перемешанным с духами, в которых

Įdomybės

010

Хотя Людмила была идеальной невесткой и женой, она разрушила не только свой брак, но и саму себя

Хотя Дарья была прекрасной невесткой и женой, она разрушила не только свой брак, но и себя.

Įdomybės

0157

Мужчина на выходные: как провести идеальные дни с любимым?

Да в общем, я пожал плечами, тебе не кажется, что мы уже не те, кто были раньше? Всё надоело, всё измоталось.

Įdomybės

013

«Пожалуйста… не оставляй меня одного снова. Только не этой ночью.» Последние слова, которые 68-летний отставной полковник Василий Петров прошептал, прежде чем рухнуть на паркет гостиной. Единственной живой душой, услышавшей их, был тот, кто слушал Василия почти десять лет — его верный, постаревший овчар Балтик. Василий никогда не был излишне эмоциональным. Даже после ухода на пенсию и смерти супруги он держал свои переживания при себе. Для соседей он был просто молчаливым вдовцом, который вечерами медленно выходит на прогулку со своим старым псом. Они шагали в одном темпе, будто время специально замедлило их обоих. В глазах многих они выглядели как двое уставших ветеранов, которым, казалось, уже ничего не нужно от мира. Но в тот холодный вечер всё изменилось. Балтик дремал у батареи, когда услышал глухой удар — тело Василия опустилось на пол с тяжелым стуком. Старый пёс вскинул голову: тревога, страх, незнакомые запахи. Его суставы ныли от артрита, но он потянулся к хозяину — старому другу и напарнику. Дыхание Василия было сбивчивым, неровным. Пальцы судорожно шевелились, пытаясь ухватиться за что-нибудь, голос дрожал. Балтик не понимал слов, но чувствовал — страх, боль, прощание. Он подал голос — сначала слабо, потом всё громче, отчаянно, настойчиво. Царапал дверь в прихожей, пока когти не окрасились кровью. Лай Балтика эхом разносился по двору. И тогда выбежала Лена — молодая соседка, та самая, что приносила Василию домашние пироги. Она знала: так собаки с тоски или скуки не лают — это крик о помощи. Лена попыталась открыть дверь, но та была заперта. Заглянула в окно — Василий лежал на полу. — Василий Ильич! — закричала она, голос сорвался от страха. Нащупав под ковриком запасной ключ, который Василий спрятал “на всякий случай”, она ворвалась внутрь. Балтик стоял над хозяином, облизывая ему лицо и жалобно подвывая. Лена дрожащими руками набрала «Скорую»: — Пожалуйста, быстрее! Мой сосед — ему очень плохо! Через пару минут комната заполнилась суетой: врачи-реаниматологи с аппаратурой, Балтик — на пути, защитником между людьми и Василием. — Девушка, уберите собаку! — окликнул один из медиков. Лена пыталась увести Балтика за ошейник, но пёс не отступал. Его лапы дрожали, спина выгнута кольцом, но он был непоколебим. Старший врач, Сергей Николаевич, остановился — взгляд упал на собачий жетон и старое служебное клеймо. — Это не просто собака, — тихо сказал он напарнику. — Балтик — настоящий служака, он на посту. Сергей медленно присел и, глядя Балтику в глаза, сказал: — Мы поможем твоему другу, парень… Разреши нам сделать это. Балтик с трудом отступил, но остался у ног Василия, не размыкая контакт. Когда Василия погрузили на носилки, его рука бессильно свесилась, Балтик протяжно завыл — так по-настоящему плачут только те, кто любит без остатка. И когда санитары понесли Василия в скорую, Балтик попытался за ними — но лапы не выдержали, он опустился на асфальт и, царапая когтями, пытался дотянуться до автомобиля. — Пса брать нельзя, инструкции не позволяют, — раздался голос водителя. Василий, без сознания, шепнул в пустоту: — …Балтик… Сергей Николаевич сжал кулак. — К чёрту инструкции, — сказал он. — Поднимайте пса, вместе везём. Два санитара аккуратно подняли тяжелого овчара и устроили рядом с Василием. Когда нос к носу, пульс на мониторе выровнялся — надежда вернулась в комнату. Спустя четыре часа Василий открыл глаза в палате: свет, капельница, запах больницы — всё чужое. — Всё хорошо, Василий Ильич, — сказала медсестра. Он с трудом прорычал: — Где… мой пёс? Вместо привычного ответа она молча отодвинула занавеску: Балтик лежал на одеяле в углу, усталый, но живой. Сергей объяснил: всякий раз, как Балтика уводили, показатели хозяина ухудшались. Врач удовлетворенно кивнул и разрешил исключение из правил — ради сострадания. — Балтик… — Василий протянул руку. Пёс с трудом поднялся, подошёл и положил морду рядом с рукой друга. Василий заплакал, уткнувшись в знакомую шерсть. — Я боялся тебя оставить… думал, всё, это конец… Балтик лизнул слёзы и тихо заурчал, хвост стукнул по кровати. Медсестра вытерла глаза: — Вы не только жизнь друга спасли. Он и вашу спас… В ту ночь Василий не остался во тьме один. Его ладонь держала лапу Балтика — два старых друга, давшие друг другу негласное обещание: больше никогда не быть в одиночестве. Пусть эта история найдет те сердца, которые нуждаются в ней больше всего. 💖

«Пожалуйста… Не оставляй меня сегодня одного. Не сегодня». Это были последние слова, которые 68-летний

Įdomybės

Ну как земля носит таких матерей! Отдала собственного сына в детдом, потому что не хотела его лечить, а мальчику всего 4 года

Как земля носит таких матерей! Представь себе, одна женщина сдала своего маленького сына в детский дом

Įdomybės

017

Годами я была тихой тенью среди полок большой городской библиотеки – меня никто не замечал, и так было правильно… или мне тогда казалось.

Долгие годы я был тенью между стеллажами большой городской библиотеки. Меня словно не замечали и мне