Ночная Москва, будто покрытая серебряной паутиной, тянулась от одного мерцающего огня к другому и сквозь
Голоса расходились, как туман, из летней кухни, и Анна Васильевна остановилась, неуверенно прижав к животу
Зимой 1932 года в деревне Молчаново никто не вел счет дням. Люди считали горсти муки в кладовых, щепки
Когда терпение становится силой Давно это было в южном Киеве, где каштаны серебрились под уличными фонарями
Представь себе, я копался у себя на чердаке и вдруг нашёл письмо от моей первой любви, написанное в 1991 году.
Предала память отца. Я вот иду через наш старый киевский двор медленно, знаете, будто специально тяну время.
Вера Сергеевна, правда, я не могу сейчас, мне очень плохо, Маша едва слышно произнесла эти слова, прикрыв
Ты безответственная, мама. Плодись где-нибудь еще. Оле было всего семнадцать, когда она выскочила замуж
Однажды на чердаке я обнаружил письмо от своей первой любви из 1991 года то самое, которое никогда прежде не видел.





