Слушай, расскажу тебе одну историю, прямо как на духу. Жили-были две сестры. Старшую звали Валентина
Варвара стояла на кухне, мыли посуду, когда в комнату ввалился Пётр. Как обычно, первым делом он щёлкнул
Поезд шел уже второй день. Пассажиры успели познакомиться, выпили не одну кружку чая, перелистали десятки
Я давно уже вспоминаю те события, когда решил навестить сына, живущего в Москве. Нет, ехать сейчас точно
В ПОИСКАХ ЛЮБОВНИЦЫ Зина, ты что вытворяешь? удивился муж, когда увидел, как жена протягивает ему старенькие
10 марта 2018 года Жизнь иногда заставляет тебя делать выбор, о котором ты никогда не думал.
— Возьми у мамы, доченька, для себя и своих братишек. Поешьте, родные. Не грех делиться, грех — пройти мимо с закрытыми глазами.
Алина всего шести лет, но уже несла на своих плечах груз, незнакомый другим детям. Она росла в маленькой деревне, будто позабытой временем, в стареньком доме, который держался больше на молитвах, чем на фундаменте. Когда ветер завывал, доски скрипели, словно плач, а ночью холод проникал сквозь щели, не спрашивая разрешения.
Папа с мамой работали на подёнщине: то есть работа, то нет. Иногда возвращались усталые, с потрескавшимися руками и пустыми глазами — и с карманами, почти такими же пустыми, как надежда. Алина оставалась дома с двумя младшими братишками, которых прижимала к себе, когда голод становился сильнее холода.
Тот день был декабрьским: настоящее русское декабрьское, с тяжёлым небом и воздухом, пахнущим снегом. Рождество стучало в окна, но не в их дом. На плите кипело простое картофельное рагу — без мяса, без приправ, но приготовленное с материнской любовью. Алина медленно помешивала, будто хотела, чтобы еды хватило на всех.
А тут из соседнего двора потянулся тёплый, манящий запах, который проникал в душу раньше, чем в желудок: соседи справляли старорусский рождественский праздник, резали свинью, слышались веселые голоса, смех, звон посуды и шкварчание мяса в чугунке. Для Алины те звуки были как сказка, рассказанная где-то далеко.
Она подошла к забору, держа за руку братьев. Глоток слюны застрял в горле. Она ничего не просила, только смотрела. Её большие карие глаза наполнились тихим желанием. Она знала: нехорошо хотеть то, чего нет — так учила мама. Но маленькое детское сердце не умело не мечтать.
— Господи, — прошептала она, — хоть чуть-чуть…
И как будто небо её услышало, вдруг ласковый голос пронзил морозный воздух:
— Алиночка!
Девочка вздрогнула.
— Алиночка, иди сюда, дочка!
Старушка Вера стояла у чугуна, румяная от жара и с глазами тёплыми, как натопленная печь. Она помешивала мамалыгу и глядела на Алину с той нежностью, какую девочка уже давно не испытывала.
— Вот, держи, доченька, для тебя и братьев, — сказала она просто и по-доброму.
Алина замерла. Её грудь сжала стеснением. Не знала, можно ли радоваться. Но бабушка кивнула ещё раз, трясущимися руками положила в контейнер горячего, румяного мяса с запахом настоящего праздника.
— Поешьте, родные. Не грех делиться. Грех — пройти мимо с закрытыми глазами.
Слёзы скатились по щекам Алины — не от голода. Она впервые почувствовала — кто-то увидел в ней не “бедную девочку”, а просто ребёнка.
Прижав контейнер к груди, словно святыню, она побежала домой. Братишки радостно подпрыгнули: их дом озарился звонким смехом, теплом и новым, никогда прежде не бывшим здесь, ароматом.
Когда родители вернулись поздно вечером, усталые и озябшие, дети ели и улыбались. Мама молча плакала. Отец снял шапку и поблагодарил небо.
В ту ночь у них не было ёлки, не было подарков.
Но была доброта.
А иногда этого достаточно, чтобы чувствовать: ты не один в этом мире.
Есть дети, как Алина, которые ничего не просят — только смотрят.
Смотрят на свет в соседских okнах, на полные столы, на чужое Рождество.
🤍 Иногда тарелка еды, простое слово, доброе дело — самый ценный подарок в жизни.
👉 Если тебя тронула эта история, не пройди мимо. Возьми, доченька, это тебе и твоим братишкам. Поешьте, родные мои. Грех не делиться, грех закрывать глаза
Слушай, хочу рассказать тебе одну историю, прям душу берёт. Представь, заброшенная русская деревня, серое
Убирайся отсюда, я тебя никогда не любил! крикнул Николай, преследуя свою молодую жену, которая выходила
