Мне 25 лет, и вот уже два месяца я живу со своей бабушкой. Моя тётя — её единственная оставшаяся в живых дочь — внезапно ушла из жизни два месяца назад. До этого бабушка жила вместе с тётей: они делили один дом, одни будни, тишину. Я часто приходила к ним в гости, мы были близки, но у каждой была своя жизнь. Всё изменилось в тот момент, когда бабушка осталась одна.
Утрата для меня — не что-то новое: мамы не стало, когда мне было 19. С тех пор я привыкла жить с этим чувством каждый день. Папу я никогда не знала — не было трагичных историй и «неудобных вопросов», его просто не было в моей жизни. Когда не стало тёти, до меня дошло очень ясно: из нашей семьи остались только я и бабушка.
Первые дни после похорон были словно в тумане. Бабушка не плакала без остановки, но боль была во всём: поднималась медленнее, забывала выключать свет, долго сидела в тишине. Я сказала себе, что останусь «на несколько дней». Эти дни превратились в недели. В какой-то момент я разложила вещи в шкафу и поняла: я уже здесь навсегда.
И тогда, конечно, посыпались мнения окружающих. Кто-то говорит, что я поступила правильно — как можно оставить пожилого человека, который только что потерял дочь, одну? Другие считают, что я теряю молодость, ведь в 25 надо путешествовать, ходить на свидания, «жить для себя». Спрашивают, не тяжело ли мне, не ощущаю ли я себя запертой, не страшно ли мне остаться потом совсем одной.
Но я вижу это иначе.
Я работаю, откладываю деньги, помогаю по дому, вожу бабушку ко врачам, мы вместе готовим, по вечерам смотрим телевизор. Я не чувствую, что чем-то жертвую. Я делаю выбор. Сейчас у меня нет пары, я не думаю о детях или переезде за границу. Я думаю о стабильности, о том, чтобы быть рядом, чтобы не повторять историю покинутости, которая мне слишком хорошо знакома.
Бабушка — всё, что у меня осталось из родных. Нет мамы, нет тёти, нет отца. Я не хочу, чтобы последние годы ей казались бременем или напоминали, что она кому-то мешает. Не хочу, чтобы она ела в одиночестве или засыпала с мыслью, что у неё никого нет.
Может быть, потом моя жизнь изменится: я поеду путешествовать, влюблюсь, уеду. Но сейчас — моё место рядом с бабушкой. Не из чувства долга. Не из чувства вины. А потому что я люблю бабушку. И себя — рядом с ней.
А вы что бы выбрали на моём месте? Мне 25 лет, уже два месяца я живу с бабушкой в Москве. Знаешь, все это случилось совсем внезапно буквально
Предательство своих детей В странном сне Дашенька снова смотрела издали на своего брата и сестру, будто
Во время развода богатый муж решил оставить жене заброшенную ферму где-то на отшибе, в глухой деревне.
Я взяла в отпуск свекровь и её ребёнка. Об этом пожалела тысячу раз. Мы с мужем регулярно устраиваем
Я поняла, что мой бывший муж мне изменяет, когда он вдруг начал подметать двор. Это звучит странно, но
Будущая невестка не умеет элементарных вещей… Что делать маме взрослого сына?
Моя свекровь умерла несколько лет назад, и после похорон я пообещала себе: не буду говорить плохо ни о живых, ни о мёртвых.
И ещё одно важное правило: какой бы невестка ни была — я никогда не стану такой же свекровью, как она.
Но одни намерения, а жизнь — это другое.
Мой единственный сын Алексей отпраздновал 25-летие и летом привёл в дом девушку.
Держа слово не вмешиваться в их отношения, я приняла её с открытым сердцем и слегка прищуренными глазами.
Я сказала себе: не буду косо смотреть, не стану придираться, учить жизни — всему этому меня научила покойная свекровь, но лучше избегать взаимной вражды.
Не хочу терять ни Алексея, ни его девушку. Честно, мне доставляет удовольствие угощать их обоих кофе, я знаю, что они любят на завтрак, и стараюсь радовать их по выходным, хотя в будни на это нет времени.
В такие дни мы с мужем уезжаем на дачу или к друзьям — так молодые остаются сами по себе.
Но тут случилось нечто забавное, что растрогало меня и заставило задуматься. Однажды вечером девушка показала мне новую блузку, которую купила по пути домой с работы.
Блузка недорогая, ещё и дешевле вышла — один из пуговиц отсутствовал.
Она примерила её, выглядело очень мило и шло ей. На следующий день, в пятницу, мы собирались в гости, и я спросила, не хочет ли она надеть новую блузку… Но она не смогла, ведь не пришила пуговицу.
«Ой, правда?» — вырвалось у меня: мне по-настоящему было удивительно, что 22-летняя девушка не имеет ни иголки, ни нитки, ни пуговицы.
И думаю: а дальше что? Как будет дом вести, заботиться о семье, принимать важные решения? Семейные истории…
Теперь не знаю, что делать — пришить пуговицу самой, показать, как это делается, или оставить всё как есть: захочет — сама разберётся, не захочет — пусть лежит блузка без пуговицы.
В одном уверена точно — не хочу становиться злой свекровью, я видела, как это бывает, и мне не по душе. Дневник, июнь. Прошло уже несколько лет с того момента, как не стало моей свекрови. После её похорон
Представляешь, ну вот какое бывает, слушай дальше. Значит, выходит Лиза из роддома с сынишкой.
Мне 65 лет, и хотя я всегда относилась к своей внешности спокойно, в последнее время седые волосы всё больше берут верх. Это не пара волосков — целые пряди, особенно у корней. Поход в парикмахерскую уже не кажется таким простым, как раньше: время, цена, очереди… Я задумалась — а может, и не так страшно покраситься дома самой? Ведь всю жизнь сама красилась, что может пойти не так?
Я зашла в ближайшую «Подружку», а не в профессиональный магазин. Сказала девушке, что мне нужна краска для седых волос. Она спросила, какой цвет, я ответила: «Обычный каштан, ничего необычного». Девушка протянула коробку с серьёзной, аккуратной женщиной на обложке и подписью «100% стойкость против седины». Я поверила и не читала больше ничего.
Дома надела старую футболку, застелила плечи полотенцем, смешала всё по инструкции и стала краситься перед зеркалом в ванной. Всё шло как обычно — цвет тёмный, как всегда. Села ждать, заодно помыла посуду на кухне.
Через двадцать минут взглянула в зеркало: волосы были не коричневые, а… фиолетовые! Решила, что это свет в ванной чудит, показалось. Но когда пришло время смывать, я поняла: зря надеялась. Сразу вода стала разноцветной — лиловой, потом кофейной, потом почти чёрной. В отражении я увидела себя с сиреневыми и фиалковыми бликами и каким-то загадочным оттенком, который не могу описать. Седины больше не было — но какой ценой!
Я попыталась высушить волосы феном — вдруг высохнут и потемнеют? Не тут-то было! Цвет стал только ярче. Я выглядела скорее как героиня неудачной молодёжной фотосессии, чем как 65-летняя женщина. Я рассмеялась — что ещё оставалось делать?
Позвонила дочери по видеосвязи, она чуть не надорвалась со смеху:
— Мама, ты что наделала?
Я только сказала:
— Запиши меня к своему парикмахеру.
На следующий день пришлось идти по делам — я замотала голову платком, но фиолетовое всё равно проглядывало. В «Пятёрочке» спросили, не новый ли это стиль. Женщина в булочной похвалила: «Смелый у вас цвет!» Я только кивнула — будто так и задумано.
Через два дня я отправилась к парикмахеру — совсем без гордости. Она только взглянула — и всё поняла. Не осудила, лишь сказала:
— Поверьте, такое бывает чаще, чем вы думаете.
Вышла я с аккуратной стрижкой, похудевшим кошельком и ясным выводом: некоторые вещи кажется, что можешь делать сам, как раньше… пока не окажешься с фиолетовой головой. С тех пор я приняла две истины: седина приходит без спроса, а некоторые битвы лучше отдавать в руки профессионалов.
Это не семейная драма, а самый настоящий житейский анекдот. Мне 65 лет, и хотя я обычно не особо переживаю из-за своей внешности, седина в последнее время ведёт
Когда-то, много лет назад, к нам приехал двоюродный брат моего мужа. Возможно, я в этом устарела, может
