Петя вырос в семье, где всегда было шумно детей много, а радости мало. Отец, страстный к выпивке, менял работы как перчатки, а мать, Исидора Петровна, из последних сил хваталась за две работы: сортировала письма на почте и вела хозяйство дома, чтобы прокормить троих отпрысков.
Петька был старшим, поэтому с детства ему пришлось стать опорой матери: присматривал за младшими сёстрами, таскал ведра с водой из колодца, колол дрова, а как только девочки подросли, и они вместе взялись за работу по дому. Только вот случилось так, что их отец, раз пригубив суррогатного самогона с соседями, не пережил ночи и отправился на тот свет. Семье легче не стало.
Мать часто, расстилая хлеб на стол, жаловалась на судьбу и мужа:
Да, был он выпивать охоч, зато тихий не ругался, не дрался. Хоть чуть-чуть, да приносил денег Ох, Васька, чего ж ты нас бросил
Чтобы не слышать мать, Петя делал необходимые дела и уходил к друзьям туда, где пустовал старый купеческий дом на окраине Луганска. На крыльце его собирались ребятишки, рассаживались вдоль крепких ступенексловно маленькие дрозды. Кто-то приносил семечки, кто-то печенье, но у Пети денег на такое не водилось, мать экономила на всем и никогда не баловала лакомствами.
Соседская девочка, русоглазая и добрая Лидочка, всегда скромно подсыпала Пете горсть подсолнечника аккуратно, чтоб никто не заметил, прятала в его карман или даже прямо в раскрытые ладошки ароматные, жирные, острые зернышки. Петя шёпотом благодарил и ел с таким удовольствием, будто праздничный торт, все забывая и заботы, и голод.
Он со временем перестал стесняться и садился ближе к Лиде ведь она будто ждала его рядом. Брать просто так Петя не привык: в долгу перед девочкой быть не хотел. Так появилась у него новая привычка после обеда идти помогать Лиде в огороде. Подходил, здравствовал:
Людмила Сергеевна дома?
Да нет, все работают Я тут одна.
Тогда Петя присаживался рядом с грядками, быстро пропалывал сорняки, делая компанию Лиде, а потом та выносила к столу чай и домашние ватрушки.
В доме Пети сладости бывали раз в год к Новому году но угощение подруги грело сердце. Петя старался и в учёбе, но всегда лучше всего у него получался спорт. Потому и пошёл после школы в Донецкое спортучилище, а Лидочка отправилась учиться на медсестру.
Жизнь разбросала их: изредка Петя встречал Лиду дома на каникулы, и сердце его сжималось от чего-то щемящего. Из худенького мальчишки Петя стал широкоплечим, крепким мужчиной, а Лидия так и осталась синими глазами, лёгкой походкой и пронзительной улыбкой.
Лидия, рано осиротев в автокатастрофе, поспешила выскочить замуж за разговорчивого и показушного Игоря из их двора ей очень хотелось почувствовать себя нужной и не быть одинокой. Через год у них родился сынок Артём.
Петя не спешил устраивать жизнь мать удивлялась, видя, как сын быстро перебирается по службе: в спортшколе его заметили, и он стал директором крупного спорткомплекса в Днепре. Сестры Пети давно жили своими семьями в разных городах, а у Лидии брак не задался муж оказался таким же, как отец Пети: странствовал по кабакам, не интересовался ни женой, ни сыном.
Игорёк-то совсем не меняется, сетовала Исидора Петровна сыну. Пропивает всё, а недавно Лидиин магнитофон утащил, даже свадебный фарфор унес торгашам. Горе ей одно.
Да зачем она с ним живёт? Горе одно, как у меня в детстве было мрачно сжимая кулаки, произнёс Петя.
Смотри, не лезь в их семью. Чужая душа потёмки наставляла мать.
В одну позднюю осень Петя без слов приехал в городскую квартиру матери с полным багажником еды, одеждой и подарками. Среди пакетов огромные мешки семечек так, чтобы Лида догадалась. Передал всё матери:
Ты разноси Лиде понемногу, чтоб соседей не смутили, да смотри сама ешь, себя не обижай.
Петя, а сёстры? Им ведь тоже надо
Я им и так помогаю, у них мужья нормальные. А Лидии тяжко. Передавай незаметно, чтобы мальчик её не голодал. Если надобно ещё привезу.
Всё сделала Исидора Петровна, как сын попросил. Лиду долго пришлось уговаривать: та приняли семечки, только когда по дому стало нечего было дать ребёнку к чаю. Всплакнула, держа в руках блестящие семена прошлого, и передала Пете через мать:
Спасибо ему. Пусть не тревожится. Я на развод уже подала. Скоро всё закончится.
Лидия, освободившись, словно засветилась. В доме наступило другое утро: появились новые занавески, сын их пошёл в садик, улыбки вернулись в её лицо. Петя приезжал чаще, навещал мать, приносил Виталику игрушки, а по вечерам, за чаем у Исидоры Петровны, они с Лидой делились историями детства, ни разу не вспомнив бывшего мужа словно и не было этих четырёх лет в жизни Лиды.
Петя стал частым гостем у матери, всё чаще спрашивал:
Лидия Георгиевна давно заходила? Виталик не приходил?
Эх, сынок Про моё здоровье бы сначала спросил! смеялась мать.
Прости, мам Как ты? спрашивал Петя, но глаза его уже искали в окне знакомую фигуру.
Ох, иди уж давай. Все давно про вас нашёптывают пусть оправдаются слухи. Хватит вам в прятки играть.
Петя рассмеялся, крепко обнял мать:
Спаси́бо, мама. Ты всё понимаешь. И всё прощаешь
Мать перекрестила сына, пошла к иконам, а Петя достал из пакета букет белых хризантем и отправился через весь двор к знакомому с детства дому. Он не знал, что Лида стоит в глубине комнаты, прижимаясь к занавеске, смотрит через волокна тюли и замирает, когда видит, как взрослый Петя, с недетской уверенностью и надеждой в глазах, несёт ей цветы.
Лугаск, гривны, маленький город, большая любовь, судьба, что, кажется, наконец нашла дорогу.
