Подслушала разговор мужа с другом и поняла, зачем он на самом деле на меня женился.
Сколько можно теребить грудь, Агаша? Прости за грубость, но нервов уже нет! Это же верняк! Ты в курсе, что это значит? нервно топал Кирилл Петров по просторной гостиной, постоянно поправляя аккуратно уложенную челку. Вадим Соколов дает нам шанс войти в долю на этапе закладки фундамента. Через год эти квартиры поднимутся в цене вдвое! Мы вложим 10000000 рублей, а вытащим 20000000!
Агафья Смирнова, сидевшая в глубоком кресле с чашкой уже остывшего чая, хотела закрыть глаза и погрузиться в тишину, но муж уже вторую неделю лишал её этой роскоши.
Кирилл, 10млн это все мои свободные средства, подушка безопасности фирмы. Если чтото пойдёт не так, мне нечем будет платить зарплату и закупать ткань. Ты же знаешь, сейчас сезон школьной формы, потом новогодние корпоративы
Опять ты со своими тканями! закатил глаза Кирилл, будто бы рисуя картину. Агаша, ты же бизнесвумен, а не швеямотористка. Твой цех не исчезнет. Шанс такой выпадает раз в жизни. Вадим мой лучший друг, он бы не подсовывал фуфло. Он сам туда вкладывается.
Агафья вздохнула. Она любила Кирилла: его молодую энергию, горящие глаза, умение красиво говорить и ухаживать. Три года назад ей было 45, ему 37. Она владела сетью ателье и небольшим швейным цехом, привыкла всё держать в своих руках. Первый муж бросил её ради молодой женщины, оставив с подростком и кучу долгов. Она выкарабкалась, построила бизнес, вырастила сына. Когда появился Кирилл галантный, весёлый, не требующий от неё быть «железной леди» она растаяла.
Он работал менеджером по продажам в строительной фирме, звёзд с неба не хватало, но Агафье это было не важно. Ей было важнее, что он встречал её с работы горячим ужином, дарил цветы без повода и возил в отпуск на Сочи.
В последнее время его «проекты» становились всё настойчивее. То он хотел дорогую машину, то предлагал вложиться в криптовалюту, а теперь стройку.
Кирюш, дай ещё подумать, хорошо? Нужно проверить документы, посоветоваться с юристом.
С каким юристом? С твоим старичком Борисом Игнатьевичем? Он живёт в прошлом веке! Он посоветует держать деньги под матрасом. Агаша, решать надо быстро. Завтра последний день, когда можно войти по этой цене. Вадим уже держит бронь.
Кирилл подошёл к креслу, опустился перед ней на колени и взял её руки. Его ладони были тёплыми.
Агаша, поверь мне. Я стараюсь для нас. Хочу, чтобы ты могла отдыхать, а не работать целыми днями. Построим дом, будем путешествовать. Ну что, ради будущего?
Агафья посмотрела в его карие глаза и захотела верить, что он действительно заботится о ней, а не ищет лёгких денег.
Хорошо, тихо сказала она. Завтра утром схожу в банк, но мне нужно время, чтобы подготовить перевод.
Ты лучшая! вскочил Кирилл, подхватил её на руки и закружил по комнате, несмотря на её протесты. Видишь, мы станем миллионерами! Сейчас позвоню Вадиму, обрадую его!
На следующий день Агафья действительно поехала в банк, но не занимать деньги, а проверить счета. Внутренний голос, который когдато спас её от плохого контракта, шептал: «Не спеши».
День был суматошным: сломалась швейная машина, пришла налоговая с проверкой. Она металась, как белка в колесе, подписывала акты, успокаивала швей. К вечеру голова болела, будто молотком стучат.
Решив поехать домой пораньше, она не захотела заходить в офис за ноутбуком, а мечтала о горячей ванне. Подъезжая к дому, заметила у подъезда незнакомый чёрный джип.
В квартире было тихо. Агафья тихо открыла дверь, из гостиной доносились приглушённые голоса и звон бокалов.
Странно, Кирилл не говорил, что будут гости, мелькнуло в голове. Она хотела крикнуть «Я дома!», но чтото её удержало. Тон разговора был слишком раскованным, слишком громким.
Сняв туфли, она прошлась на цыпочках по коридору. Дверь в гостиную была приоткрыта.
Ну ты даёшь, брат! Развел её всё-таки? раздался грубый хриплый смех. Агафья узнала голос Вадима Соколова.
А то! ответил Кирилл, самодовольно, будто никогда не говорил ей так. Я же говорил, главное правильный подход: немного нытья о «нашем будущем», пара комплиментов, и клиент готов. Завтра она переводит деньги.
Агафья прижалась к стене, сердце колотилось в горле.
Десять миллионов? уточнил Вадим.
Десять, сказала она. Выгребут всё подчистую. Дура старая. Она реально верит, что мы построим элитный комплекс.
Ну, комплекс в наших мечтах, заржал Вадим. А она не просчитает? Документы?
Какие документы! Она в этом ни разбирается. Подсунем ей договор займа на фирмуоднодневку, подпишет. Она нам верит, как в Бога. Видел бы ты, как она на меня смотрит: «Кирюша, Кирюша» Тьфу.
За твой актёрский талант! воскликнул Вадим. Тебе не противно? Всётаки она неплохая, ухоженная.
Ухоженная фыркнул Кирилл. Смотри на её шеи и руки. Как ни мажь кремом, всё равно полтос. Я каждый вечер, ложась в постель, представляю Свету. Кстати, Света уже ставит чемоданы. Как только деньги придут, на Сочи рвёмся. Я Аге скажу, что в командировку на объект, а сам адьос. Пока она будет в полиции, будем искать ветра в поле.
Жестко, сказал Вадим, почти восхищённый. А если посадит?
Не посадит. Она гордая, стыдится признать, что её обманули. Договор займа будет реальный, просто фирма банкрот. Риски бизнеса, детка.
Агафья сползла по стене на пол, ноги отказались держать её. Внутри стало холодно, будто кровь заменили льдом. Каждый слово Кирилла, ещё вчера целовавшего её руки, врезалось в мозг, как раскалённый гвоздь. Три года она жила в иллюзии, считая это счастьем, а это был лишь бизнеспроект, долгосрочная инвестиция.
Она захотела вломиться в комнату, перевернуть стол, схватиться за его лицо и разорвать ухмылку. Но не пошевелилась. Годы борьбы с бандитами и чиновниками закалили её сталь. Истерика подарок врагу; она не слабая.
Медленно, контролируя каждый вдох, она встала, взяла туфли и без шума, как вошла, вышла из квартиры. На лестничной площадке позвала лифт, спустилась вниз, села в машину. Руки дрожали, но голова была кристально ясна.
Значит, Сочи. Значит, Света. Значит, фирмаоднодневка, мысленно прошла она, глядя в окно своей квартиры, где двое стервятников делили её «шкуру».
Завела мотор и поехала не к маме, а в офис. Там в сейфе лежал её загранпаспорт, учредительные документы и печать.
Через два часа вернулась домой, принёсши полные пакеты еды из ресторана и бутылку дорогого коньяка. Открыв дверь, уронила ключи, разнесла пакеты.
Кирюша! Я дома! крикнула она, голос её звенел от радости.
Из гостиной высунулась голова Кирилла, он успел надеть рабочую улыбку, но в глазах мелькнул испуг.
Агаша! Ты рано. У нас совещание с Вадимом, решили отметить твоё мудрое решение.
Агафья вошла, сияя.
Ой, Вадим, здравствуйте! Как приятно, что вы здесь. Я как раз купила вкусного, давайте праздновать!
Вадим, полный мужчина с блестящими глазами, подошёл.
Агафья Петровна, моё почтение! Рад, что вы с нами. Кирилл сказал, вы согласились? Верно. Большие деньги любят решительных.
Да, я всё обдумала, начала она раскладывать на стол контейнеры с едой. Хватит чахнуть над золотом. Нужно расти. Кирилл мне глаза открыл.
Она подошла к мужу и поцеловала в щеку. Он слегка напрягся, потом расслабился.
Ты моя умница, промурлыкал он, обнимая её за талию. Я знал, ты меня поддержишь.
Конечно, милый. Завтра утром едем в банк, уже заказала наличные. Сниму всё и сразу Вадиму под расписку отдам.
Глаза Вадима блеснули алчным огнём.
Наличные это отлично! Понашему. Уважаю.
Вечер прошёл в тумане. Агафья улыбалась, подливала мужчинам коньяк, слушала тосты за «светлое будущее». Она удивлялась, как могла не видеть фальшь в его улыбке, холодный расчёт в глазах. Любовь слепа, но предательство хороший окулист.
Когда Вадим ушёл, качаясь и напевая чтото под нос, Кирилл обнял её.
Ну что, спать? Завтра важный день.
Да, милый. Иди в душ, я пока приберу со стола.
Лежа в постели рядом с тем, кто планировал её разорить, Агафья не сомкнула глаз. Слушала ровное дыхание и прощалась не с ним, а со своей доверчивостью, которая умерла, когда услышала его смех за дверью.
Утром она разбудила его поцелуем.
Вставай, миллионер! Деньги ждут.
Кирилл встал бодрым, надел лучший костюм, надул плечи.
Я готов! Агаша, ты паспорт взяла?
Конечно. Всё взяла.
Поехали в банк. По дороге Кирилл болтал, строил планы, рассказывал, какой дом они построят. Агафья кивала, глядела в окно.
В банке их проводили в VIPкомнату. Менеджер, знакомая Агафьи, принесла пачки денег десять миллионов рублей, пять плотных упаковок.
Кирилл смотрел на деньги, как заколдованный. Его руки тянулись к столу.
Оформляем выдачу? спросила менеджер.
Да, сказала Агафья. Оформляйте.
Она подписала расходный ордер, деньги перелетели в её сумку.
Поехали к Вадиму в офис! подгонял Кирилл, выходя на улицу. Он ждёт с нотариусом.
Подожди, Кирюш, остановилась Агафья у машины. У меня сюрприз.
Сюрприз? Какой? нетерпеливо переминался он. Агаша, времени нет!
Быстро. Садись.
Она открыла багажник, достала большой спортивный чемодан и поставила его перед ним.
Что это? удивлённо спросил Кирилл. Мы кудато едем? На Сочи? Прямо сейчас?
Агафья рассмеялась коротко, почти гримерно.
Ты не едешь куда ты собирался? К Свете? Или сразу к маме?
Улыбка сползла с лица Кирилла, он побледнел.
Агаша, ты чего? Какая Света? О чём ты?
О той, с которой ты планировал уехать на Сочи на мои деньги. Я всё слышала, вчера, когда пришла пораньше.
Кирилл открыл рот, но не смог вымолвить ни звука. Он выглядел, как рыба, выброшенная на берег.
Я слышала каждое слово: «старую дура», «однодневка», «как ты меня кинёшь». продолжала она.
Это это шутка была! Мы с Вадимом просто пьяные были! Ты не так поняла! он бросился схватить её за руку, но она оттолкнула.
Не трогай меня. Никогда больше меня не трогай. В этом чемодане твои вещи: трусы, носки, дешёвые костюмы, которые покупал до меня. Машину заберу она оформлена на фирму. Карты, привязанные к моему счёту, я блокировала полчаса назад.
Ты не можешь! вскричал он. Мы в браке! Половина денег моя!
Эти деньги? хлопнула она по сумке с наличными. Нет, милый. Это деньги фирмы. Я их сняла для хозяйственных нужд. Ты к ним не имеешь отношения. А про имущество Ты сам сказал Вадиму: «Она гордая, будет молчать». Я не гордая, я умная. Я уже отправила нашему «старичку» запись вашего разговора. Дада, в гостиной стоит камера с микрофоном. Поставила её, чтобы за домработницей следить, а теперь поймала вас.
Кирилл понял, что игра проиграна. Маска любящего мужа соскользнула, обнажив лицо испуганного мошенника.
Агаша, прости! Бес меня ввёл! Вадим подговорил! Я люблю тебя, правда! Не выгоняй меня! Мне негде жить!
Иди к Свете, может, она тебя приютит. Хотя без денег ты ей вряд ли нужен.
Агафья села в машину, заблокировала двери и опустила стекло.
Прощай, Кирилл. Документы на развод пришлют по почте. Не приближайся ко мне и к моему бизнесу. У меня, как ты сказал, «всё схвачено». Может, и не посадю, но жизнь испорчу так, что Сочи будет сниться тебе только в кошмарах.
Она нажала газ, оставив бывшего мужа на парковке с чемоданом в одной руке и пустотой в другой.
Её слёзы текли по щекам, боль была огромна, но сквозь неё пробивалось ощущение освобождения. Паразит вычеркнут, дело спасено, бизнес сохранён.
Сумка с десятью миллионами рублей лежала на соседнем сиденье.
Ничего, подумала Агафья, вытирая слёзы тыльной стороной ладони.И, расправив плечи, она шагнула в новую жизнь, где каждое утро будет начинаться с ароматом собственного успеха.
