Ловец снов
Опять началось?! Симочка, Сим, просыпайся! Она же скоро всех разбудит! Держи её! Лена скатилась с кровати и трясла за плечо сестру. Вот когда она успокоится
Соня металась во сне, и её протяжный, тоскливый стон заполнял комнату так, что казалось воздух дрожит, а по спине бежит холод.
Как в жутком фильме про призраков! бормотала Сима, стягивая с себя одеяло, полусонная подбежала к Сониной постели.
Она аккуратно укутала сестру своим одеялом, легла рядом и обняла её, тихонько шепча знакомую с детства колыбельную:
Баю-баюшки-баю, не ложись на краю
Да какие тут баюшки, Лёнчик! шепнула Сима встревоженно. Соня вся горит, разбуди маму!
Лена с трудом поднялась, тяжело вздохнула и всё же пошла в другую комнату, хотя знала: за это могут и поругать. Но Соня для мамы родная, как и остальные. Если Оксана узнает, что от неё что-то скрыли, точно не простит.
В спальне родителей было по-русски тепло и спокойно. Лена склонилась над кроваткой младшего брата Серёжи, что стояла рядом с большой кроватью, и осторожно прикоснулась к плечу матери.
Мам, мамочка
Оксана открыла глаза, такие же тёмно-карие, как у Лены, и сразу накрыла пальцы дочки своей рукой.
Что случилось, доченька?
Маме плохо, Соня совсем жаркая Неправильная она, как чугунная сковородка.
Серёжа заскулил, и Оксана быстро принялась тихо напевать, как недавно пела Сима, укладывая маленького сына. Потом осторожно взяла Лену за запястье и приложила её руку на спинку братика.
Укачаешь его чуть-чуть, чтобы не проснулся. Я бегом
Оксана поднялась легко, забыв про боль в спине после падения со стремянки накануне, так мгновенно действует материнская тревога. На цыпочках пересекла коридор и, едва заглянув в детскую, уже всё поняла по тревожному дыханию дочерей и тягучей ночной тишине большого дома.
Дом этот стал её гордостью. Сколько раз ей твердили: «Не осилите вы стройку возле Киева, куда вам! Проще в хрущёвке остаться» Родня не стеснялась бросать обидное: «На что вам такие палаты? Все равно вы бездетные!»
Из таких слов комок поднимался к горлу, а голова невольно склонялась ниже, будто земля тянула к себе за то, что не дала стать матерью. Кто не знал этих взглядов тот не понимал.
Каждый раз, если Алексей встречал жену с опущенными глазами, он немедленно обнимал её и качал, как маленькую, как будто хотел подчинить своей крепкой любви всю её боль.
Брошь ты это! Не слушай их, Оксанка. Ничего они не понимают. Все у нас получится! твердо заявлял он.
Но врачи разводили руками: «Мы не боги».
Ещё больнее стало после того, как Алексей начал строить дом. Тогда Оксана опустила глаза и нервно сказала:
Не со мной тебе строить, Лёш Ты мужчина, тебе нужна семья. А я не могу тебе детей дать, развестись хочу.
Он только фыркнул, швырнул на стол кружку с чайком, обжёг пальцы.
Даже и не мечтай, зло сказал он. Мне нужна только ты. Дети будут хорошо. Не будут значит, не судьба. В США или Европе по-другому думают, может, а у нас в Украине по-нашему. Я же тебя люблю!
Для Оксаны этот разговор обидой не стал, но и не принёс покоя. Не любит мужчина задумываться о том, что не даёт ему жизнь. Сегодня говорит одно, а завтра кто знает
Но Алексей твёрдо стоял на своём. Он слишком долго ждал именно такую.
До Алексея у Оксаны была первая, глупая свадьба, чтобы сбежать от материнской строгой любви. Мать, Лидия Семёновна, могла любить без оглядки, но внезапно обрушить на голову бурю упрёков:
Как со мной природа так сыграла: вроде умница, а то опять что-то не то!
И Оксана молчала, под этим взглядом желая только понять: как любить того, кто лишь ругает?
Если бы кто спросил: «Любишь ли ты маму?» девочка ни минуты не колебалась бы: конечно, да! Но взрослея, Оксана осознавала: ни образование, ни профессия, ни контакты не добавляют родителям теплоты.
Лидия Семёновна умела нравиться, становилась душой компании, но только не для своей дочери.
Перед свадьбой Оксана спросила:
Мама, а ты меня любишь?
Не выдумывай! Хочешь одобрения на каждый шаг? Не ожидай!
Мама Я просто хочу, чтобы ты гордилась мной иногда
Когда будут свои дети поймёшь, что нелегко любить даже своё. У меня вот С папой был бы сын, всё иначе пошло бы
Тогда Оксана и поняла она «не та» для своей семьи. Не мальчик, не наследник Вот оно что.
Её быстрая свадьба продлилась недолго. Муж исчез сразу после выкидыша: вещи собрал, ушёл по прописке и не вернулся ни за вещами, ни за словами.
Оксана обижаться не стала, просила отца разрешить жить самой. Отец встал на её сторону поддержку дал, и мать первый раз не перечила.
Работа шла, карьера строилась, но в душе пустота. После осложнений врачи сказали прямо: «Матью вам быть уже не дано, скорей всего».
Она, бывшая смелой Оксанкой стала будто закоптившимся уголёчком. И все это видели.
Но жизнь вдруг начала меняться. На семейном празднике у тётушек появился Алексей обычный таксист, что привёз кого-то на дачу. Когда Оксана устала слушать застолье, где её опять хотели сосватать, она села к нему в машину.
В центр города! велела.
А деньги?
Сумочку забыла только ключи при себе.
А ты улыбнись, и мы в расчёте, подмигнул он.
Она настойчиво сбегала за деньгами, но машину таксиста уже и след простыл.
Наутро Алексей ждал во дворе, весёлый, спокойный. Так и началось их знакомство. Она дочь профессора и бизнесмена, он таксист? Но что-то у них возникло Настоящее.
Мама ломала копья дома, грозила проклясть:
Я никогда не дам согласия! Прокляну, лишу всего!
Но Оксана уже не желала жить для чужих ожиданий. О своих страхах она рассказала Алексею до свадьбы.
Алексей, тебе важно, что у нас может и не быть своих детей?
Я на тебе жениться хочу, а не на твоей матке, отшутился он. Люди для детей живут, что ли? Ты мне нужна, Оксанка.
Свадьбу сыграли под Киевом, в родительском селе Алексея. Оксанины в стороне. Отец сухо поздравил, мать так и не приехала. Алексей же был счастлив.
И свекровь, Татьяна Ивановна, с порога скомандовала:
Тощая ты, не смотри так! Кормить будем, научим хозяйкой станешь. Варенье варить начнём дед да тёти по кустам не оставят ни ягодки!
Оксана чувствовала: в этом доме всё иначе. Здесь не спрашивают «приняли или нет» просто обнимают.
Однажды свекровь крепко прижала Оксану к своей широкой груди.
Жалко мне тебя, милая. Но всё наладится. Главное, чтобы дом был родной, и мужа своего держи любит он тебя. Деток Бог сам даёт, а не врачи.
Тогда Оксана прислушалась. По совету Татьяны Ивановны они с Алексеем подали документы на приёмного ребёнка.
Но судьба распорядилась быстрее. Через знакомую из опеки узнали трое детей нуждаются в семье: Сима, Лена и маленький Саша. Мать их, соседка, отказ написала после пожара.
Ну, что, Оксан, рискнём? Алексей смотрел ей прямо в глаза.
Оксана кивнула, не в силах спорить: «Пойдём за ними!»
Так у них в семье появилось трое чужих, а сразу же Саша за Оксаной ходил хвостом, Лена с Симой быстро потеплели.
Проблемы ждали всюду, родственники не понимали:
Чем же ты думала, Оксана?! Как могли троих взять?
Это мой выбор, мама. Жизни своих я ни на что не променяю.
Время шло. Дети росли, хлопот было столько, что Оксана едва успевала дышать между работой на удалёнке и уроками. А когда вдруг, как снег на голову, пришло известие, что она беременна, поначалу не поверила даже врачу-узисту.
Ошиблись вы!
Вот вам и ошибка! улыбнулся доктор, поворачивая экран. Позвать мужа?
Оксана плакала от счастья. Серёжа родился зимой. Старшие приняли малыша спокойно, но Саша стал ревновать, ночами просыпался и лез к Оксане на руки.
Всё равно ты у меня любимый, гладила его по вихрам Оксана, семьи много любви не бывает.
И вдруг судьба столкнула их с новым испытанием в дом вернулась Соня, дочка двоюродной сестры Оксаны.
Тяжёлая семейная трагедия: Насти не стало, Соня осталась одна и в результате сановитых собраний Оксана взяла девочку под опеку. Соня долго боялась темноты, кричала ночами, просыпалась в слезах.
Бабушка Таня объясняла девочкам:
Не игрушки лечат страх тьмы, а любовь. Окружите Соню теплом, покажите, что она своя.
Пробовали и новым платьем угодить, и игрушками. Не то А выручил всех Саша. Бабушка подарила ему книгу про индейцев.
Здесь ловец снов есть! торжественно сказал он сёстрам. Надо Сонечке сплести, чтобы больше кошмары не приходили.
Оксана принесла нитки, девочки помогли, а перья «одолжили» у домашних гусей бабушки Тани. Плели всей семьёй.
И вот, в ту самую ночь, когда Соня проснулась от страшного сна и, заплаканная, впервые сама протянула руки к Оксане, та крепко обняла новую дочку.
Никому тебя не отдам! Ни людям, ни страху шептала она, сидя на полу детской и мёрзнув в тонкой пижаме.
Когда утром Лена принесла маме чашку чая и указала на украшение над кроватью, оба засмеялись сквозь слёзы.
Это ловец снов, мам. Саша придумал.
А мне больше кажется, что Соня теперь под защитой не одной паутинки задумчиво улыбнулась Оксана, а целой толпы ловцов: у каждого из нас свой для неё.
Соня проснётся, почувствует руку Оксаны в своей ладони, и впервые за долгое время улыбнётся. В этот момент бабушка Таня, под шум детских голосов на кухне, принесёт куриного птенчика на счастье, а Саша счастливым криком оповестит о готовом обеде.
На кухне уже спорили две бабушки, отец подъехал к калитке, голос мамы в коридоре, а Оксана смотрела на свою семью и слышала, как дом дышит, взрослеет, смеётся.
Вот оно, счастье не чужое, своё. Дом, наполненный любовью, в котором даже самым страшным снам нет места. Может, ещё кто-то однажды войдёт в этот дом ну и пусть, ведь сердца тут хватит на всех. Время покажет
И маленькая Соня улыбалась, сжимая чужую, но теперь уже родную руку.
