Ну что, мамочка, как договаривались, завтра за тобой заеду, отвезу всё как надо. Я убеждён: тебе там обязательно понравится, Вениамин торопливо надел куртку и тихо прикрыл за собой дверь.
Анна Дмитриевна, усталостью опустившись на диван, в который уже вросла душой, долго раздумывала. Её, в общем, уговорили соседи все нахваливали:
Вот твой Веня, молодец ты, Анна, такой заботливый сын у тебя! То санаторий, то сиделку наймёт А мы так по-простому, никому не нужны.
Но в душе у Анны Дмитриевны что-то чесалось неприятно, тревожно. Ну да ладно, утром увидим.
Вениамин приехал на следующее утро чуть ли не с петухами. Чемоданы мамины мгновенно спустил, усадил её на заднее сиденье, и поехали.
Завидно, бурчали бабки на лавочке у подъезда, сына не сыщешь такого. Всё у неё есть то сиделка, то на отдых везёт
Пансион за городом был настоящий современный комплекс под Москвой.
Мам, честно пять звёзд, только смотри, сын хитро смотрел ей в глаза.
Когда вышли на территорию, где прогуливались бабушки и дедушки с палочками, а на скамейках кипел неспешный разговор, Анна Дмитриевна поняла: её опасения были не напрасны.
Но держалась, как всегда. Приучилась лицом не выдавать.
С сыном взглянулись он отвёл глаза сразу. Видно, понял, что мать поняла всё.
Мамочка, здесь врачи свои, занятия интересные, общение ну попробуй, всего три недели, там видно будет пробормотал Вениамин, не глядя ей в глаза. Анна Дмитриевна только ответила:
Езжай, сын. И не зови меня «мамочкой», давай по-простому мама, как раньше, ладно?
Он обрадованно кивнул, чмокнул её в щёку и убежал.
Ей предложили выбрать: отдельная комната или с соседкой. Анна Дмитриевна решила жить с кем-то. Одна с мыслями страшнее.
О, привет, милая, встретила её роскошная женщина лет за девяносто в халате, наконец-то я не одна. Марианна Львовна звать.
Познакомились.
Комната ну правда, пятизвездочная: общий зал, две спальни, душ с санузлом сын постарался на славу.
Марианна Львовна оказалась из обеспеченных, одинокая, 91 год:
Я, дорогуша, устала, всегда хотела, чтобы за мной ухаживали. Свою трёшку прямо в самом центре сдаю, а сама тут, в тепле и с заботой. Лето племянник на Чёрное море возит. А ты чего тут оказалась? Молодая ведь ещё.
Анна Дмитриевна засмеялась тонко. Но сдержать излияния не смогла.
Привыкла одна, сын с женой живут отдельно не сдружились. Квартиру они купили, как только деньги появились, и переехали. Может, и хорошо: с Надеждой не сложилось, всё пыталась ей что-то объяснить, учить, а сама не давала в доме хозяйкой стать. Веня тогда между нами метался, хотелось, чтобы он меня поддержал. А теперь живём порознь. Сначала вроде и радость, а потом Здоровье подвело.
Понимаю, сказала Марианна Львовна, закручивая бигуди, сегодня танцы, вы пойдёте?
Нет, сегодня отдохну. Анна Дмитриевна ушла в свою комнату, легла.
Правильно всё. Внучка Ариша в Питере учится, после выпускного вернётся будет где жить, семья своя появится.
А сама виновата. С Надей не общий язык, ведь это я, Анна Дмитриевна, ей не давала хозяйничать, вмешивалась во всё. Веня из-за нас метался, а я на себя тянула хотела быть единственной.
Глупо.
Когда они ушли вроде посвободнее стало, и отношения наладились: в гости бегают, звонят. А потом опять не так. Всё ждала «большего». Болезни сама себе напридумывала, притворяться стала, что слабее, чем есть. Думала, будут чаще приходить. А сын, видимо, устал или испугался, что совсем стала немощной Вот и отправил в пансион.
Думалось просто отдохну. А выходило как в ловушке.
Компаньонок нанимал мне, а толку? Ни одна не нравилась: всё хотелось своего, чтоб родные заботились.
Ариша только радовала: часто звонила из Питера:
Бабушка, всё хорошо я скоро приеду! А у тебя как? Не скучаешь?
Всё хорошо, доча, отвечала Анна Дмитриевна.
Бабушка, не грусти, держись! Я по тебе скучаю.
А сама виновата. Вениамину даже наболтала, что путаю лекарства, забывать стала. Думала вдруг предложит с ними остаться? А он, видно, испугался за меня, с Надей-то они всё на работе
Ну, решил, что так лучше.
Так я и оказалась в этом пансионате «пять звёзд». По факту дом для пожилых, но уровень, конечно, как в санатории.
Глянула в зеркало: ну и что? Восемьдесят с лишком. На фоне местных ещё могу дать фору многим. Здравый ум сохранился, силы есть.
Может, оно и к лучшему. Ладно, пройдёт время разберёмся.
Первую неделю будто в тумане прожила. Долго, как целая жизнь.
Веня приезжал каждую пятницу, привозил вкусности, подарки, но тут и так хватало всего.
Одно омрачало: если это и правда всё. Чувствовала себя оставленной.
Врачи сказали сыну во время очередного визита:
У вашей мамы здоровье хоть завидуй. Всё в порядке, только нервы чуть шалят, но это в её возрасте нормально.
И Вениамин, впервые за долгое время, был по-настоящему рад. Так удивился, что Анна Дмитриевна почувствовала: сын рад её жизни.
А потом Ариша внезапно приехала:
Бабушка! Папа сказал, ты на отдыхе? Место, конечно, странное Я диплом защитила, поздравь! Ты скоро домой? Я вернулась, без тебя пусто. Хочу с тобой пожить, можно?
Сердце в пятки ушло у Анны Дмитриевны внучка так искренне это сказала!
Папа завтра приедет, будем забирать тебя собирайся! сказала Ариша.
Анна Дмитриевна сама не знала плакать или смеяться. Просто кивнула.
Марианна Львовна, поправляя прическу:
Дорогая, вам не сюда вам домой надо. Вы не для пансиона рождены. Домашняя вы, наша родная. Сказала, выпрямилась и ушла к себе в комнату.
Анна Дмитриевна стала собирать вещи до последнего не верила, что вернётся домой из этого «рая».
Веня приехал рано. Зашёл, улыбнулся:
Мама! и обнял.
В машине уже ждали Ариша и, к удивлению, Надя. Огляделись они друг на друга и у Анны Дмитриевны стало тепло-тепло на душе.
«Сама виновата. Всё мешала, командовала. А зачем? Вон они мои родные».
Спасибо вам, едва слышно прошептала Анна Дмитриевна, садясь в машину. Сын как будто всё понял.
И по дороге домой сердце наполняло настоящее счастье и радость.
Теперь будет всё иначе. Теперь она верит: впереди только светлое.
Ведь пока жив никогда не поздно просто жить и делать счастливыми своих близких.
