После ночной смены Мария настолько устала, что едва передвигала ноги. Морозы в Москве сменила слякотная оттепель, каждый день валит снег. На пути домой Мария не раз оступалась, скользя по льду, спрятанному под слоем мокрой каши.
За смену она ни разу не присела то привозят мальчика с аппендицитом, то бабушку с переломом бедра. Как будто люди специально ждут ночи, чтобы вызвать «Скорую» и поехать в больницу. Шагая, Мария только мечтает скорее дойти до своей хрущёвки и провалиться в сон. Она смотрит себе под ноги, чтобы не упасть, и не замечает, как из-за стены дома выходит человек и встаёт у неё на пути. Мария останавливается и поднимает голову.
Перед ней стоит мужчина лет сорока, на вид бомж или уличный вор. Лицо в ссадинах, одежда неопрятная, висящая чужим мешком, сырая насквозь. Мария пробует обойти его, слишком устала, чтобы даже думать о побеге.
Извините, вы не поможете мне? вдруг спрашивает мужчина.
Мария медсестра, и просьбы о помощи у неё срабатывают, как стоп-кран у вагона. Она замирает.
Я… Он хватается за голову и на мгновение закрывает глаза. С поезда меня выбросили. Хорошо, что снегу навалило удачно упал, цел остался, только ушибся.
Меньше пить надо, устало роняет Мария, всё равно пробуя обойти его.
Да я не пил! Только чай попил в купе. Похоже, подсыпали что-то. Уснул сразу. Всё украли, даже одежду сняли. Хорошо, хоть не голого выбросили. Близко от вашей станции.
Повезло, кивает Мария. Вам в полицию и в больницу надо. Голова болит? Тошнит? Похоже на сотрясение мозга.
В полицию я уже сходил. До следующего поезда ещё несколько часов. В участке не хочется ждать, грабителей моих, говорят, всё равно не найти. Со мной ехал старик, похожий на профессора очки, бородка. А следователь сказал: все эти очки и борода липовые, и помощники есть. Так что, спасибо, что жив. Помыться бы одежда сырая, до нитки промок. Одежду вашу верну, честно.
Да вы молодец! Может, ещё и ключи от квартиры дать, где деньги лежат? фыркает Мария, усмехнувшись его просьбе.
Ну вот все так. Никто не верит. Господи, за что мне всё это? Мужчина смотрит вверх с таким отчаянием, что Марии становится его жалко. Она внимательно оглядывает его. Одет кое-как, а речь правильная, интеллигентная. Бомжи так не говорят.
Ладно, пошли ко мне. А то, и правда, простудитесь. Посмотрю, найду что-нибудь из одежды.
Спасибо вам! Все отворачивались, даже не слушали.
Мария открывает дверь своей квартиры и садится на пуфик. Ноги гудят, глаза слипаются.
Вон ванная, проходите, показывает она на дверь в тесной прихожей. Я поищу одежду для вас. Как вас зовут?
Павел, говорит он, включая свет и запираясь в ванной. Скоро слышится вода.
Мария тяжело вздыхает. О мечте о сне приходится забыть. Брат уехал учиться в Питер, но чуть-чуть его вещей осталось. Ничего, не обеднеет. Она достаёт из шкафа чистую футболку, спортивные штаны, полотенце, выкладывает за дверью в прихожей.
Наливает суп в тарелку, ставит в микроволновку. Садится, задумавшись: если мама сейчас придёт, подумает бог знает что Мария греет суп, в ванной мужчина моется. Молится: «Господи, пусть мама задержится в магазине». Но чуда не случается: щелкает замок.
Маш, дома? раздаётся из коридора. Мария выглядывает с кухни.
А я думаю, это ты в ванной, удивляется мама, щурится. Кто там тогда?
Мам, не кричи. Мужчина с поезда. Сейчас умоется и уйдёт, тихо объясняет Мария.
Ты ему вещи Сашины приготовила? Что случилось?
Говорю же выбросили его с поезда, ограбили.
Господи. В дом тащишь! А если он вор или маньяк? Может, полицию вызвать?
Мам, всё нормально. Был он уже там, поезд только через несколько часов. Пусть придёт в себя и уйдёт.
Из ванной никого не слышно. Павел выходит уже в чистой одежде. Шумно здоровается, чуть виновато.
Покажись! И как такого крепкого мужика обокрали? подозрительно спрашивает мама.
Извините, что напросился. На поезд к дочке на свадьбу ехал, отравили в купе, ограбили. Всё забрали: документы, телефон, деньги, пожимает плечами Павел.
А к нам как попали? Мы от вокзала далеко!
Мама, хватит допрашивать, встревает Мария. Павел, садитесь, суп остынет.
Маша всегда всех тащит в дом то кошку, то собаку, теперь вот мужчин с поезда, бурчит мама, но место освобождает.
Ешьте, только аккуратно. Если маме понравитесь, живым отсюда не уйдёте, шутит Мария с лёгким сарказмом.
Всё тебе весело. Работы много ни личной жизни, ни семьи. Сколько можно одной быть? продолжает мама.
Мам, прекрати. Павел подумает, что мы его в семью зовём, улыбается Мария.
А ну вас, махает рукой мама и удаляется.
У вас строгая мама, Павел ставит тарелку.
Да, одна подняла нас с братом.
Вы врач?
Нет, медсестра. Ой, а как вы без паспорта уедете? Ни денег, ни документов!
В полиции обещали помочь. Можно ваш телефон? Я дочку оповещу и другу позвоню.
Мария достаёт трубку, а мама уже суетится, ссыпая украшения и золотое кольцо в коробку.
Прекрати, мам, шепчет Мария. Вдруг он, правда, вор? шепчет мама в ответ и удаляется к соседке.
Мария передаёт телефон Павлу, а сама смотрит в окно. Павел звонит дочке по лицу видно: новостью не особенно расстроена. Потом связывается с другом, спрашивает адрес.
Всё, водитель скоро приедет, поворачивается к Марии. Знал бы, не ехал: жена с новым мужем не хотела меня видеть, дочку пожалел.
Вы кто, если у вас по звонку машина?
Да фирма небольшая, ремонтом техники с другом занимаемся. Друга не послушал, с поезда решил ехать и вот. Теперь только поезда обходить буду стороной.
Мария смотрит на Павла человек приличный, хоть и чужая одежда маловата, но вид у него достойный.
Она думает: мама, может, и права хорошо бы, если бы дома кто-то ждал, муж, дети. А у неё тридцать на носу, дома мама. Только был когда-то Леонид, но предал и она осталась ни с чем.
Вы добрая очень, вдруг говорит Павел. Всё у вас будет хорошо.
А вы? Почему один? Бизнес есть
Да, на свадьбу ехал один. Развелся, не сложилось.
К вечеру звонит телефон.
Это за мной, Павел поднимается. Спасибо большое, Мария. Я свой номер забил подписался как «Павел с поезда». Вряд ли вы позвоните, но если помощь обращайтесь. Одежду верну. Извинитесь за меня перед мамой, она меня, кажется, ворами считает.
Мария едва не плачет вот он, случайный человек, а уходить не хочется. Но кто она ему? Она улыбается:
Не попадайте больше в такие истории.
Я теперь только на машине и никуда без страховки, улыбается Павел и выходит в зимний сумрак.
Мария смотрит вслед машина, Павел машет ей в окно. Вот и всё. Завтра забудет.
Ну что, проводила? спрашивает мама на пороге.
То ругалась, что привела, то зачем отпустила, пытается не выдать тоски Мария.
Хороший человек он, видно сразу.
А зачем тогда украшения прятала?
Да дyракa старая
Проходит три недели. Подходит Новый год. Марии чудится, что вся история с Павлом ей приснилась. Всё нереально как-то. Предновогодняя смена обещает быть спокойной. В ординаторской стоит маленькая ёлочка, пациентов мало, вероятность, что привезут кого-то, низкая. Можно наконец-то выспаться.
Ну что, Маринка, опять вместе? улыбается хирург Тихонов. Он нарочно подстраивается, чтобы быть с ней на смене. Все знают доктор любит молодых медсестёр, но Мария делает вид, что ничего не замечает.
Представляете, что сейчас? врывается Людмила из приёмного.
Кого-то уже привезли? Тихонов надевает маску.
Да Дед Мороз тут, с подарками, в отделение рвётся! Можно пустить, людей порадовать?
Почему бы и нет, Тихонов берёт Марию под локоть.
В приёмном отделении слышен голос. Красная шуба, шапка, белая борода, мешок на плече Дед Мороз требует пустить его к больным.
Из Лапландии спешу поздравить, говорит он весело. Мария узнаёт голос.
А мне казалось, Дед Мороз в Великом Устюге живёт, смеётся Тихонов.
Дед Мороз проходит по палатам, раздаёт мандарины, конфеты. Пациенты светятся от счастья. Прибегает медсестра из соседнего отделения и просит зайти и к ним. Дед Мороз сбивается с толку, смотрит на Марию.
А Снегурочку нашу вам не отдам, дедушка, шутит Тихонов и увлекает Марию за собой.
Позже Дед Мороз возвращается без шубы, с бородой и шапкой в руках, мешок болтается. Мария смеётся:
Ну и сюрприз! Получилось поднять настроение.
Я уж надеялся, что на смене вы, очень хотел порадовать, улыбается Павел.
Старушки после такого не заснут до утра!
Видимо, мне придётся дежурить одному, Мария, вздыхает Тихонов. Идите уж, общайтесь.
Через месяц Мария пишет заявление и уезжает к Павлу. Мама счастлива: «Дочку пристроила теперь можно и пожить. Внуков поняньчу!». И решила не спешить уходить из жизни.
Всё плохое почему-то называют судьбой, а всё хорошее случайностью. А ведь ничего не бывает просто такМария долго вспоминала, как всё началось с усталости, скользких дорожек и случайного незнакомца на пороге. Теперь она стояла на освещённой веранде нового дома за городом, в котором пахло травами и мандаринами, а внутри смеялись дети Павла и приезжавший в гости Саша. Где-то гремела посуда мама укладывала пирог в духовку и ворчала, что «случайных» людей бывает меньше, чем кажется. Павел вышел следом, осторожно обнял Марию за плечи.
А ты ведь тогда могла и не пустить меня домой, тихо сказал он.
Я могла и не выйти на ту смену, улыбается Мария, а в окнах отражаются ёлочные огоньки.
Они стоят рядом, слушая, как по двору проходит снег, как издалека доносится смех ловя каждый момент новой жизни, которую однажды подарила случайная доброта. И вдруг Мария понимает: настоящая судьба всегда выглядит как случайность, на которую согласился навстречу, несмотря на собственную усталость, страхи и весёлое недоверие того вечно шумного мира за стеной.
И пусть впереди будут и тревоги, и зима, и дожди Мария больше не боится. Ведь теперь точно знает: самое лучшее всегда приходит тогда, когда его совсем не ждёшь, но открываешь дверь и сердце.
